Ольга Табоякова - Дела семейные

- Он тебя, что не покормил там? - уместный вопрос застал меня врасплох, но я понял, что меня не хотят обидеть, они удивляются отношению деда.

- Нет, мы заказали, но тут к деду подсел странный Кидар, и дед сказал идти прямо сейчас.

С лица Райвши стерло все чувства. Он превратился в беспокойство. Меня это напрягло, вздернуло.

- Дедушка Райвши, что случилось? Игис сказал, что им надо поговорить. Я и пошел. Мне, что не надо было уходить?

- Васенька, давай мы пойдем к нему, по дороге я расскажу как у нас тут все, а там посмотрим. Ты знаешь я тоже пойду, погуляю на своем кресле. Тайм мне недавно сделал усовершенствование - новую штучечку на кресло приделал, я как раз и попробую.

Дверь в комнату открыли сильные руки доктора Шалома:

- Райвши, Вы, куда собрались без меня?

Он увидел меня:

- Ба, да и Васенька здесь, а мы беспокоились. А Игис?

Было видно, старик доктор забеспокоился о своем друге.

- Здесь он недалеко, вот к нему и идем.

- Я с вами прогуляюсь, - отозвался доктор.

- Вот Вы и расскажите мальчугану, как мы тут без него бунт усмиряли.

- Ладно, уж, я расскажу, - улыбнулся доктор Шалом, - без меня ничего и не было.

И он мне рассказал.

***

- Доктор Шалом, как хорошо, что Вы так быстро, - донна Карамелла размахивала руками, не давая нам пройти внутрь.

- Прекраснейшая, что произошло?

- Доктор, одному из посетителей стало плохо. Мы перенесли его в кабинет. Пойдемте скорее.

- Безусловно, донна.

Мне стало так не хорошо, завтрак встал комом желудке, дурнота и беспокойство накатили волной. Я не мог не спросить у донны Карамеллы:

- Это с дедом Игисом случилось?

Она внимательно уставилась на меня, колеблясь, что говорить, но это и выдало ее. Мне стало ясно - с Игисом.

Первым по лестнице поднимался доктор, за ним шла донна Карамелла, указывая направление, за ними подлетал дедушка Райвши, планируя на своем кресле. Потом шел я, за мной остальные.

- Меня позвали совсем недавно. Барщух и позвал, он сегодня ночной дежурный. Марта меня разбудила с криком, что с мастером Игисом случился удар. Я ее сразу послала за доктором. Барщух рассказал, что посетители кушали, с мастером Игисом был еще кто-то, они сидели и разговаривали. Но тут при перемене блюд, второй посетитель вскочил и убежал из зала, а мастер Игис сполз со стула. Он кинулся было за тем, который убежал, но увидел, как плохо стало мастеру и подбежал к нему. Мастер был без сознания. Барщух и еще один из посетителей перенесли мастера в кабинет, положили на диван. Я уже подошла, они протерли мастеру лоб. Он был весь холодный. Мы ждали доктора.

Доктор Шалом выслушал донну Карамеллу и пробормотал что-то неразборчивое. Мне показалось, я уловил слово "удар".

Вердикт доктора был неутешительным: "третий удар, до следующего утра не доживет, его нужно срочно везти домой".

Я не помню, что они говорили, но помню, как они размахивали руками, что-то кричали. Все слова стерлись из памяти, меня будто поглотило море и не отпускало на сушу.

Я помню, шел с ними домой к деду Райвши. Запомнил я почему деда перенесли не к нам, а к ним - у нас дом внутри весь разгромлен, еще не привели в порядок. Мою руку не отпускал Би. Его рука держала меня в относительной реальности. Доктор Шалом сказал, что скоро подействуют лекарства, и я смогу поговорить с дедом. Еще он велел кому-то найти и позвать Треша.

***

- Васенька, родной мой, иди сюда, - дед позвал меня с дивана.

- Да, деда, - я подскочил к нему, - Ты лежи деда, доктор сказал, что тебе лучше скоро будет.

-- Будет, будет, - он усмехнулся, - ты не волнуйся.

-- Дедушка, а что случилось?

-- Маленький, доктор сказал, что у меня случился третий удар. К сожалению, почти ничего нельзя сделать. Ты, маленький, не плачь, я уже старый перец.

-- Деда, а причем тут перец?

-- Это такое выражение на востоке "старый перец", значит уже в суп пора.

-- Дед, может не надо, а?

-- Ох, Васенька, хорошо, что это не Башне случилось. Такого большого подарка я не ожидал. Теперь я попрощаюсь с вами со всеми, и в посмертии Вы меня позовете.

-- Дедушка, куда Кидар делся?

-- Он ушел.

-- Дедушка, о чем вы с ним говорили? Барщух сказал, что он вскочил и убежал, а ты упал.

-- Васенька, Кидар не виноват. У него самого случилось горе. Я ему помочь не смогу, поэтому нечего и говорить. Плохо мне стало, я давно знал, что так и будет, старый я уже. С тобой я не успел попутешествовать, жаль. Не мог я оставить Дауона и Треша. Но ты у меня толковый получился, сам всего добиваешься, и еще ты очень удачливый к тебе люди приходят те, которые нужны. Ты это, маленький, запомни и не отказывайся от тех, кто рядом с тобой. Люди могут быть разными, но твой д.., - дед поправился, - твоя удача всегда приведут нужных людей.

Доктор Шалом зашел в комнату и встал позади меня:

-- Васенька, ты иди вниз, сейчас Треш придет, поговори с ним. Я пока с ним посижу.

-- Позови мне Треша, - попросил меня дедушка.

-- А папу?

-- Папу не надо, ему не надо видеть меня таким, я лучше к нему приду потом, после уже. Он когда маму свою увидел присмерти, то долго не мог прийти в себя. Почти два года. Я хочу оградить его от этого сейчас.

Дед закрыл глаза.

***

Кто другой на моем месте переживал бы за брата, которого отпустил. Но пусть переживают те, кто не знает Васеньку и встретят его на пути. У него потрясающее умение обламывать людям удовольствие, если те ему мешают. Я уверен, что Цукине не оставит моего брата. Самое время, подумать об оставшихся: о себе, папочке, докторе Шаломе и нашем доме.

Я ничего не успел придумать, как вмешался случай в лице нашего соседа Бебешека. Бебешек наш знакомый, официально он владелец нескольких крупных торговых компаний, а неофициально он предоставляет охрану всем купцам, проживающим в пригороде, а также направляющимся из столицы или в столицу по восточной дороге. Единственный, кто не платит Бебешеку за охрану - это мой дед Игис. Бебешек поддерживает с дедом хорошие отношения, кому хочется, чтобы тебя превратили в насекомое или кучку навоза на крестьянском поле. В его подчинении более трехсот человек, которые занимаются подобной охраной. Другими двумя людьми, перед которым пасует Бебешек, являются его жена Хара и ее мама Асся. Вот из-за них все случилось. Правильно сказал древний революционер, казненный на главной площади: "Женщины - это корень революции. Копни поглубже, и найдешь женщину".

В это раннее утро доктор Шалом срочно понадобился Харе, вернее не ей, а ее любимому питомцу - заморскому животному кингюрю. Этот кингюрю было внешне похож на обезьяну в помесь с коровой. Лечить его брался только доктор Шалом, т.к. было установлено, что подобное животное он видел во время своего проживания в столице. По мнению Хары, доктор больше всех знал о кингюрю, а спорить с донной Харой могла только донна Асся. Но в данном конкретном случае у нее было аналогичное мнение.