Джулия Смит - Мудрец острова Саре

— Ладно, беги. Спасибо.

Девочка понеслась дальше, а Атайя направилась вниз, поманив за собой Джейрена с Тоней.

Мелкая перепалка в крошечной деревеньке, ничего серьезного. Но с каждым шагом становилось страшней от дыма, запаха крови и яростных криков. Вдруг Атайе представилось, что подобные драки происходят в каждом селении и городе. Раньше она не успевала произнести спасительные слова, и колдуны покорно умирали. Теперь все изменилось. Ее не заставить молчать, однако горящие крыши и красные лица — ее совести. Настоящая гражданская война, как предсказывал Дарэк. Но сколько бы ни было в ней жертв, они ничто в сравнении с теми, кому уже отпустили грехи. Эту высокую цену придется заплатить.

Кибитка подкатила к деревне, когда драка уже сходила на нет: кто-то в стороне зализывал раны, кто-то старательно тушил огонь или гонялся за напуганными поросятами и цыплятами. Рукопашная прекратилась, но разъяренные возгласы не утихали.

— Надо рассказать отцу Бартоломею! — кричал седой старик. — Глупцы, неужели вы все продали душу дьяволу и решили, что парень может жить? Его нужно предать обряду отпущения грехов.

— Может, и так, — ответил один из мужчин, вытирая кровь, текущую из носа, — но как избежать гнева управляющего? Одно слово ему наперекор, и ты загружен дополнительной работой.

Третий серьезно кивнул:

— Да, этот надолго затаит зло. Мой урожай погиб от засухи, каждый грош теперь на счету. Малейший штраф — и моя семья будет голодать всю зиму.

— Нет нужды идти к отцу Бартоломею! — крикнул юноша-коротышка. — Разве вы не слышали? Больше ни одному колдуну не придется умирать. Их спасет принцесса Атайя!

— Сам ты оглох, малыш, — возразил старик, кинув в его сторону снисходительный взгляд. — Благая весть, на мой взгляд, принцесса Атайя умерла. Наложила на себя руки. Королевский гонец доложил уже почти две недели назад.

Атайя ахнула от удивления, закрыв рот ладонью, и тотчас повернулась к Джейрену с Тоней.

— Наложила руки… о чем они говорят?

Тоня перевела взгляд на Джейрена, который прикусил губу.

— Я должен был тебе сказать, — робко начал он приглушенным голосом, чтобы не услышали селяне. — Перед тем как покинуть монастырь Святого Джиллиана, Тоня выкинула в окно пару твоих вещей, чтобы монашки решили, что ты умерла, и не послали погоню. Я так тебе обрадовался, что как-то забыл об этом.

— И еще говоришь, что у меня проблемы с памятью!

Атайе было не до споров. Она поняла, что если история дошла до уединенной деревушки, то об этом известно по всему Кайту. Если ученики и так покидали их ряды, то теперь там наверняка никого не осталось.

Принцесса решительно подошла к спорящей толпе. Седовласый старик бросил на нее сердитый взгляд.

— Прочь отсюда. Это не твое дело.

— Да? — удивилась Атайя, сделав еще один шаг вперед. — Среди вас есть колдун, значит, дело мое.

— Кто ты? Священник? Нет, сразу видно, монашка, — заключил он, с отвращением взирая на изношенное серое платье. — И к тому же изрядно потрепанная. Кто тебя послал? Что ты возомнила о себе?

— Скажите, где найти этого человека, — спокойно попросила Атайя, встретив взгляд старика с такой уверенностью и смелостью, что он онемел от удивления. — Я могу ему помочь.

— Ты колдунья?

— Да. Как и мои друзья.

По двору прошелся ропот, некоторые селяне отошли в страхе подальше, другие крепче сжали грабли. Но некоторые смотрели на нее с надеждой, словно на ангела, посланного в ответ на их молитвы.

— Алек в доме управляющего, — возбужденно ответил ей юноша. — В большом каменном доме рядом с мельницей.

Атайя поблагодарила его и направилась к жилищу, вслед засеменили Тоня с Джейреном. Никто не сделал попытки остановить их — три колдуна в такой маленькой деревушке, как Пайпвел, — неодолимые враги.

— Мы с Джейреном до сих пор не чувствуем никаких следов, — пробормотала Тоня. — Видимо, выплески утихли.

— Да, почти. Как я понимаю, он не так-то плох… пока. Его мекан едва начался.

Не прошли они и двадцати ярдов, как из-за хибары во двор вышел светловолосый мужчина с едва стоящей на ногах женщиной. Она стонала от боли, прижимая к груди вывихнутую руку. Мужчина с окровавленным лицом не давал ей упасть.

— Помогите! — крикнул он. — Где Мириам? Позовите ее скорей! У Эммы сломана рука.

— Мириам уехала, — сказала одна из старух. — Прошлой ночью отправилась в Оксбридж принять роды. И свою ученицу забрала с собой.

— Давайте я помогу, — воскликнула Тоня и пошла к ним навстречу. — Я знаю, как вправлять вышедшую из сочленений кость. — Тоня улыбнулась покалеченной женщине, чтобы ободрить ее. — Вы муж?

— Нет, брат. Эмма не замужем. — Судя по тону, такое положение дел ему весьма не нравилось. — Ей уже двадцать. Должна давным-давно обзавестись семьей и нарожать детей.

— Зачем тебе их помощь, Этан?! — крикнул один из селян. — Они колдуны… они выпьют ее кровь!

— Заткнись, старый дурень, — огрызнулся в ответ брат Эммы, не удостоив человека даже взглядом. — Я не верю в эту дребедень и вам не советую.

Он еще раз оглядел троих чужаков — с любопытством, но без страха.

Тоня осторожно осмотрела неестественно выгнутую руку девушки.

— Как это случилось?

— Она подвернулась под руку во время драки: ее ударило цепом, предназначенным для меня, — сказал Этан, опустив от досады глаза.

Тоня повернулась к Джейрену:

— Иди в дом управляющего, — спокойно сказала она. — Ты справишься с Алеком один. Атайя говорит, он не далеко зашел. Потребуется только объяснить, что с ним происходит и какой у него есть выбор. Атайе лучше остаться со мной.

Джейрен кивнул и удалился, а Тоня с принцессой пошли за Этаном и раненой девушкой в один из не захваченных огнем домов. Брат ногой отогнал с дороги гуся и положил Эмму на соломенный тюфяк.

— Мне понадобится дощечка, чтобы наложить шину, и ткань. Примерно столько, — показала Тоня ладонями. Этан пошел выполнить распоряжение. Она нежно похлопала девушку по плечу и убрала назад локон цвета пшеницы. — Просто закрой глаза, — успокаивающе прошептала она. — Ты и не заметишь, как все уже будет позади.

Атайя, — мысленно передала Тоня, — усыпи ее и держи в состоянии сна, чтобы девушка не чувствовала боли, пока я вправлю кость.

Принцесса закрыла глаза, проникла в мозг Эммы, и та погрузилась в глубокий сон. Атайя не очень хорошо владела заживляющими заклинаниями и чутко ощущала напряжение Тони, вставляющей кость обратно. Некоторое время рука будет слабой, но заживет без шины и повязки. Однако Тоня попросила их неспроста. Если взять во внимание своенравие здешних жителей, то им незачем знать, что Эмму вылечили магией.