Владимир Лосев - Королева ночи

Когда заготовка раскалилась добела, Костик вынул ее из очага, клещами скрутил в некое подобие бараньего рога, немного разбил и бросил обратно.

— Это ты зачем так сделал? — лениво поинтересовался кузнец. — Крутить обязательно было? Зачем железо портишь?

— Закрутка дает прочность и однородность, — пояснил юноша. Сейчас он говорил то, что им объясняли на лекции. — Хороший меч так обрабатывают тысячу, а иногда и десятки тысяч раз, тогда он приобретает особо-прочную структуру, и сломать его становится трудно. Кроме того при каждом нагревании и проковке железо становится чище, из него уходят примеси, которые оно получило в болоте.

Самые лучшие мечи куются не один десяток лет, изо дня в день скручивая и разбивая — в результате металл становится словно собранным из мелких чешуек, становится твердым и в то же время гибким, хорошо держит заточку и не ломается при ударе.

— Глупость, это все! — неодобрительно покачал головой кузнец. — Кто мне заплатит за такую работу? Я, что, до конца жизни буду ковать один меч? Да меня из деревни прогонят уже через неделю. А древесный уголь кто мне жечь будет? И сколько его мне потребуется? Это уж точно, вы там в городе не знаете, что вам от жира делать!

Конечно, мы вам везем и зерно, масло, и птицу со скотом. А попробуй не привези! Сразу отряд стражников нагрянет, мечами размахивая. Спору нет, может это и хорошо. Но сразу предупреждаю, если сегодня хотя бы один меч не скуешь, то мы тебе с Логом убьем.

— Как скажешь, начальник, сделаем меч к вечеру, только он не будет очень хорошим, — быстро проговорил Костя, испугавшись угрозы, подумав о том, что сейчас его задача не мечи ковать, а выживать. — Думаю, для вашей деревни вполне сойдет, все равно же воевать не умеете. А настоящий меч стоит не один десяток табунов лошадей, знаю случаи, когда за такое оружие отдавали даже царскую казну…

— Табун! — насмешливо фыркнул кузнец. — Где же нам-то его взять? У нас пять кляч на всю деревню, да и те скоро сдохнут от старости. Бедно мы живем, а в последнее время стали еще беднее…

— А что за беда у вас случилась? — юноша бросил заготовку на наковальню, скрутил, разбил и снова засунул в очаг, куда мальчик подсыпал немного серого мелкого не очень хорошего угля из большого мешка, сплетенного из растительных волокон. Похоже, что и одежду и мешки делали из одной и той же ткани. — Воевать собираетесь. Неужели с соседней деревней заливной луг не поделили?

— Ближайшее село за лесом, нам с ними делить нечего, там посчитай, половина наших родичей живет, мы бы с ними договорились, — вздохнул кузнец. — Нет, дело хуже, до нас, правда, сама беда еще не дошла, но отголоски уже докатываются. Ты слышал что-нибудь о колдуне Ерике?

— Я же не местный, откуда мне знать, что у вас тут творится?

— Хоть и не местный, но все равно мог слышать, колдун известный, — кузнец поерзал на табуретке. — Он поселился у нас лет двадцать назад, пришел издалека, сначала вел себя тихо, поселился на отшибе у гор. Все радовались, у нас до этого у нас жили две ведьмы, но не очень умелые. А Ерик хорошо людям помогал, лечил, а за свою работу брал немного. Для него дождь призвать ничего не составляло. Бурю отогнать? Нет проблем! Выйдет, посохом своим дубовым о землю постучит, кулачком небу погрозит, прошепчет что-то, и все — нет никакой бури!

Разбойники и лихие люди с его приходом наши села обходить стали, особенно, после того как колдун одну банду заколдовал. Не знаю, что с ними делал, но кричали они так, что в соседней деревне слышно было. Видать совсем непотребное колдовство над ними учинил. Но справедливо — нечего людей грабить! У нас урожаи хорошие собирать стали, не только самим стало хватать, но и на ярмарку стали зерно возить. Расплатились перед королем за прошлые года — все долги отдали. Жили, да радовались, а не понимая, что это начало наших бед.

— И что же было дальше?

— Сказал уже — беда пришла, — кузнец вздохнул. — Заигрался Ерик со своей магией проклятой, старики говорили, что он что-то страшное в своем замке сделал. Вот тогда и появилась нечисть — его работа…

— Нечисть? — Костик вытащил заготовку, скрутил, разбил и снова бросил обратно в очаг и потянулся за водой в деревянной кадушке. Работа вроде и простая, а все равно усилий требует, да и жарко от раскаленного металла. — Это еще что такое? Оборотни? Упыри? Вурдалаки?

— Да нет, этих-то мы давно знаем, у нас с ними разговор короткий. Чуть что охотников посылаем, те их по следам находят, подранят из луков, чтобы не убежали, потом яму выкопают, туда тела бросят, да осиновыми кольями сердца к земле пришьют. Вот и все дела! Так наши деды поступали, так и мы делаем, поэтому нечисти не боимся, привыкли к ним уже.

Да и не лютуют они так, как эти, убьют одну семью, иногда две и все. Им же немного надо, кровушки напиться или мяса человеческого поесть, а как поели, попили досыта и успокоились. Эти же новые — совсем другие, им нас извести надо до последнего человека. А может приказ Ерика выполняют. Осерчал он.

— Зачем извести?

— Как зачем? Наверно, земля наша приглянулась, хотя если подумать — вон ее вокруг сколько. Иди в лес, выжигай делянку, да сажай, что хочешь. А свою землю мы не отдадим, в нее много труда вложено.

— Поэтому и мечи куете? Воевать с нечистью собираетесь?

— Не с ними — этих мечом не убьешь. Сам не видел, а люди рассказывали, что страшные они очень, роста огромного и силищей невероятной обладают. Сказки о великанах слышал?

— Когда маленьким был…

— Так вот великаны по сравнению с этой нечистью, народ тихий и спокойный. Люди рассказывают об этих тварях такие жуткие истории, что жилы стынут, да только сам своими глазами не увидев, ничего не поймешь…

— Забавные тут у вас творятся дела, — юноша задумался над тем, стоит ли резать металл на полосы, чтобы обрабатывать, как делали булат — скручивать отдельными полосами и разбивать, создавая сетку, но потом решил, что крестьяне все равно не отличат хороший меч от плохого, а если не скует меч к вечеру, точно убьют. — А с колдуном поговорить не пробовали?

О Ерике история Костику понравилась, если тот настоящий маг, то наверняка знает, как порталы открывать в другие миры, вот он его обратно и отправит. Придется, конечно просить, возможно поработать на него придется. Но куда теперь деваться, если так попал?

— Колдун сильный, но разлюбил он нас, — вздохнул кузнец. — Ему похоже, это нравится. Люди говорят, что он целую армию нечисти создает, а использует для этого обычных людей. Плавит их в огромных чанах, а потом выливает в особых формах.

— Плавит?

— Да, — кузнец задумчиво глянул вдоль улицы, светило уже в зените застыло, было жарко, тихо и покойно, словно деревня находилась в такой глуши, куда и цивилизация добраться не смогла. Впрочем, наверно, так оно и есть. — Сначала нечисти этой было немного, а теперь вокруг замка колдуна столько шатается, что к горам близко подходить никто не смеет, а кто попробовал, обратно не возвращались.