Илья Яковлев - Черный снег

– И править будут военные? – поинтересовался Борис, – Без правящей партии, без программы, без правительства?

– Само собой – нет. Без партии, дорогой мой Борис Рудольфович, без какой-нибудь политической силы, идеи, объединяющей общество, без программы не обходилось никогда, ни в какие времена, ни одно государство. При любом общественном строе, будь то диктатура, монархия, демократия или ещё что-нибудь. Вопрос только в том, какая партия, какая идея главенствует в политическом курсе руководства страны.

– Но ведь деятельность всех без исключения партий запрещена? – заметил Борис, – Или я не прав?

– На данный момент – да, – улыбнулся бравый генерал-лейтенант, – Но дело в том, что одной партии деятельность будет разрешена, и в самом скором времени.

– И какой же, если не секрет?

– А вы поразмыслите сами. Что требуется от партии в данный момент? Каким требованиям она должна отвечать? Особенно, если учесть, что на данный момент выкрутасы с её стороны нам вовсе ни к чему.

Борис задумался. Он, кажется, уже начал догадываться, к чему клонит этот энергичный генерал и эти догадки его положительно пугали. Он стряхнул пепел с сигареты и произнёс, взвешивая каждое своё слово:

– Очевидно, она должна быть полностью подконтрольна в первую очередь нашей организации. На всех её деятелей должен быть неплохой компромат. Желательно, чтобы она была хотя бы в меру экстремистской, потому что на силовом этапе от неё потребуется принятие крайне непопулярных решений. Но главное, идея…

– Идея проста, – сказал, как отрезал Крымов, – По нашему глубокому убеждению объединяющей идеей в нашем обществе может стать только национал-патриотизм. Не пещерная модель гитлеровского национал-социализма, отягощённая всяческим бредом вроде антисемитизма и тому подобной дребедени, способной повлиять лишь на моральных уродов, а национал-государственность. С экономической моделью госкапитализма.

Некоторое время Борис молчал и курил. Напористость генерала, его откровенность могли ошарашить кого угодно. Он затушил сигарету и осторожно сказал:

– Простите, но я знаю всего одну организацию подобного рода. Правда, она не совсем отвечает перечисленным вами требованиям. Ей-то как раз и свойственно тяготение к этой, как вы выразились, пещерной модели гитлеровского национал-социализма. Хотя все остальные признаки явно налицо. С экстремизмом у этих ребят всё в полном порядке. Я имею ввиду Русский Национальный Союз. Или я не прав?

– Абсолютно верно. Именно они. А этот бред мы из них вышибем, сами же говорили, что они нам подконтрольны. Ведь как раз ваш отдел этим и занимается.

– В последнее время мы чем только не занимаемся. Только вот ещё квартирные кражи не расследуем и карманников не ловим.

– Этот бардак теперь в прошлом. Время заниматься настоящими делами, твёрдо сказал генерал, – И вот тут-то как раз и вопрос, и предложение к вам.

Борис пожал плечами (он поймал себя на том, что слишком уж часто пожимает плечами):

– Ну, собственно, почему именно я? У нас есть специалисты, прямо занимавшиеся РНС, они могут дать гораздо лучшую консультацию…

Генерал жёстко посмотрел Борису в глаза и сказал:

– Мне, дорогой мой человек, консультации на хрен не нужны. Мне нужно, чтобы этими оглоедами руководили. Ваш отдел выделяется в самостоятельную структуру с подчинением непосредственно мне. У РНС организация полувоенного типа. Вы же прекрасно понимаете, что есть такие вещи, которые наша организация делать просто не в состоянии. Не по статусу. Ваш отдел должен принять на себя руководство боевой частью РНС, усилить её, выкинуть примазавшихся, чётко структуризировать. Короче говоря, навести порядок в их авгиевых конюшнях. Их политики сольются в какое-нибудь объединение с другими патриотически настроенными партиями, создадут что-то вроде правящего патриотического фронта. А боевая часть должна быть подчинена нам и только нам. Мы не допустим повторения истории с КПСС, которая полностью подчинила и нас, и армию, и МВД, своей воле. Мы должны оставаться на верху пирамиды, мы, а не они!

– А я-то тут причём? – спросил Борис.

– При всём. Ваш Грибоедов засиделся, пора и честь знать. Я уже говорил, что мы собираемся всюду выдвигать молодых и энергичных. Вы молоды, вы один из старших офицеров отдела. Вы прекрасно проявили себя в первый день новой эры (он так и сказал – "новой эры"). Вам и карты в руки. Берите своих молодцов, берите этих чернорубашечников и начинайте действовать. Официально всё то, что я говорил по поводу создания патриотически настроенного правительства и парламента будет объявлено уже в ближайшие дни. Но вы можете не ждать официального решения Временного Комитета. Организационные вопросы надо решать прямо сейчас. Можете идти. Жду вас завтра к десяти утра с конкретными предложениями, – Крымов встал, давая понять, что аудиенция закончена.

Борис поднялся, пожал протянутую ему генеральскую десницу и на негнущихся ногах вышел из кабинета. В приемной он машинально кивнул улыбавшейся ему Эльге и проследовал к себе в кабинет. В кабинете его с нетерпением ожидала вся компания, включавшая в себя на этот раз кроме Рэма и Юли Викторию с обоими стажёрами, а так же Веселова, опалённого огнём сражений с тараканами и ещё пару приятелей – оперов. Заметив, что с выражением лица у Бориса что-то явно не в порядке, вся компания чуть ли не хором спросила:

– Ну и что он тебе сказал?

Борис невидящим взглядом обвёл кабинет и произнёс, удивляясь спокойствию своего голоса:

– Он назначил меня местным рейхсфюрером СС.

8.

Народ некоторое время молчал, потом потребовал разъяснений. Борис поведал вкратце содержание своего разговора с новым шефом. Рэм почесал в затылке и поинтересовался, что решил (и решил ли вообще) Борис ответить на столь интересное предложение. Борис в ответ хмыкнул и сказал, что Рэм не дурак и сам должен понимать, что шеф абсолютно не интересуется Борисовым мнением по этому вопросу. Не зря же сказал, что от этого предложения не отказываются, а терять в данный момент работу Борис не собирается. Равно, как и справлять против ветра всеразличнейшие виды личных нужд. Посему он советует всему личному составу отдела разойтись по кабинетам и заняться подготовкой материала по РНС. Веселову, лично занимавшемуся в своё время чернорубашечниками, подготовить к завтрему справку, Рэму выдернуть для беседы руководителей местного отделения РНС и занять работой стажёров.

– Сегодня? – поинтересовался, вставая со стула, Рэм.

– Чем скорее, тем лучше, – вздохнул Борис, – Мне уже завтра с утра надо чем-то порадовать их высокопревосходительство.