Ирина Сыромятникова - 01_Меч Лун

Несколько мгновений я тупо наблюдал за жуткой картиной, продолжая сжимать в руках чашу светильника, вопли умирающего звенели у меня в ушах, потом я заметил, что человек в центре пентаграммы зашевелился. Он перевалился на бок и сжался, стараясь целиком укрыться под куцым серым плащом. Я узнал в нем Фернадоса и наконец-то испугался. Клубы тьмы и зеленого огня все быстрей кружились над пентаграммой, образуя гигантскую свистящую воронку. Вихрь вырвался за пределы Знака, подхватил Меч Лун и понес, кружа и переворачивая. Я отчаянно рванулся следом, в бешенный водоворот, чудом успев ухватиться за молочно-белый самоцвет на конце рукояти.

Меня пронзило ощущение Силы, равное которому я еще никогда не испытывал: лед и пламя, тьма и свет одновременно, мириады бриллиантовых игл пронзили мое тело, прервав дыхание, заморозив крик, одна часть моего существа упивалась блаженством, но другая, большая – содрогалась в агонии. Я мертвой хваткой вцепился в рукоять Меча Лун и теплая волна промчалась по моему телу, растворяя иглы и оживляя мускулы.

– Фернадос! – имя всплыло в мутнеющем сознании как последний проблеск надежды. – Помоги мне!

Вихрь все кружил и переворачивал меня, пока маг осторожно выглядывал из своего укрытия, кажется, мой вид произвел на него впечатление. Мирандос что-то прокричал, но ветер относил его слова и я отчаянно забился в потоке, стараясь оказаться ближе к центру водоворота.

Маг говорил о Мече, о его рукояти или о камне на ней. Перевернуть! По миллиметру, предельно осторожно, я перехватывал руки ближе к гарде, с некоторым опасением взялся за лезвие – оказалось, что на ширину ладони под гардой заточки нет.

Знаки на лезвии погасли, но ярко вспыхнул белый самоцвет, теплая волна свернулась и развернулась, под моими ногами оказался пол. Вихрь изменил направление – теперь он вращался вокруг Меча, бесконечной спиралью втекая в камень, сила порывов уменьшалась и, наконец, последний лоскут тьмы со вздохом растаял внутри. Я с трудом перевел дыхание.

Маг выставил из-под плаща голову и внимательно огляделся.

– Мне надо что-то еще сделать?

– Нет, нет! Все великолепно, он иссяк. Ты не поможешь мне встать, Дэвид?

Я спрятал Меч в ножны и с грехом пополам поставил мага на ноги.

– Эх! Ведь надо ж было так глупо попасться! Надеюсь, Вильям не сильно пострадал.

– Без понятия, у меня не было времени его искать. О, Дваждырожденный! Что если он ожил?

– Меч Лун, – маг многозначительно кивнул, – разит насмерть, но проверить, конечно, не мешает. Иди и если найдешь Вильяма, пришли его сюда.

Я кивнул и заспешил на лестницу. Опасения оказались напрасны: куча тряпья и железок – вот все, что осталось от Дваждырожденного, но, спустившись ниже, я обнаружил сюрприз. На ступеньках башни меня ожидал Жак в компании дюжины желтых сторожевых псов. Страж ласково трепал по загривку самого крупного, украшенного множеством шрамов кобеля и тихим окриком успокоил встрепенувшуюся свору.

– Ты что – и на псарне знакомых имеешь?

– Нет, сэр. Это – талант, у меня с детства к зверям тяга. Спасли меня собачки, вы ведь правы были, Дваждырожденный – шустрая тварь.

– Я то думал – они тебя треплют. Ладно, тут такая проблема: мага я нашел, он очухался и требует Вильяма, а у меня уже сил нет его искать. Ты не пошуруешь в башне?

– От чего же нет, сэр. А как там дела?

– О, да, извини! Все кончено, колдун и тварь – мертвы, Месса сорвана, маг жив и здоров, про твоего друга не скажу – не знаю.

– Обойдется, Вильям – мужик везучий.

– Ну, так помоги его везению. Встретимся дома.

– Вы доберетесь сами, сэр?

– За меня не волнуйся.

Страж оставил, наконец, собак и, прихватив оба фонаря, двинулся в башню.

Если таким образом он хотел помешать мне спуститься в Канализацию, то он жестоко ошибся – блуждание при свете звезд мне нравилось куда меньше подземной кромешной тьмы. Протолкавшись мимо лениво ворчащих псов, я прямиком отправился к темному провалу колодца и остановился только тогда, когда последний проблеск света растаял в гулкой темноте.

– Мои поздравления! – ради разнообразия в тоне Крабата не было сарказма. – Твое боевое крещение прошло более чем успешно.

– Повезло, – отмахнулся я. – Что ж ты мне не сказал, что там может быть такая чертовщина?

– Если бы я пытался рассказать обо всем, то говорил бы до сих пор, – нравоучительно заметил призрак и примирительно добавил, – Не стоит обижаться – всего не предусмотришь.

– Замнем. Ты не проводишь меня до дому?

– С удовольствием.

– Горячая ванна и постель – вот все, о чем я могу сейчас думать.

– Да, тебе надо восстановить силы.

– Успею.

– Я бы не был так оптимистичен.

У меня в ушах зазвенел колокольчик.

– Что я пропустил, Крабат? Мы сокрушили всех, теперь нет причин для беспокойства!

Призрак помялся.

– Видишь ли, нечки просто не могли понять, что их убило. Демон и Дваждырожденный – это уже сложнее, но главное – ты противостоял Черному Ветру и победил. Теперь все твари Дебрей знают, где искать Меч Лун и наследника Силы. Полагаешь, они оставят тебя без внимания?

Я только застонал.

– Плевать на них! По крайней мере, я успею выспаться.

– О, да. Пара дней у тебя есть. Если появиться что-то неожиданное, я тебе сообщу.

Постарайся давать мне такую возможность почаще.

Я вновь брел по бесконечным тоннелям Канализации, но тишину подземелья на этот раз разбивали только мои шаги. Призрак бесшумно плыл впереди, указывая путь своим слабым мерцанием. К счастью, пол был почти ровный.

Пробираясь через хрупкий лес известковых отложений, который вырастила вода на полу и потолке коридора за долгие века кропотливой работы, я притормозил.

Кажется, здесь я уже был.

– Крабат, а свет Меча тебе не мешает?

– Нет, он ведь порожден магией.

Я вытащил Меч Лун и использовал волшебное оружие в качестве свечки. В этом месте под разными углами сходились три трубы, образуя подобие зала, украшенного потеками рыжеватой извести.

– Ты не считаешь, что Меч лучше спрятать от греха подальше?

– Мудрая мысль, мой мальчик! Здесь я почти так же силен, как в подземелье замка, место просто идеальное.

– И от усадьбы не далеко, по-моему.

Я снял Меч вместе с ножнами и попробовал найти место посуше в этом царстве текущей воды.

– Вон, в том коридоре довольно сухо.

– Не могу же я просто бросить его на полу!

Мне удалось установить Меч стоймя за гроздьями сталагмитов, тут вроде бы не капало, но кончик ножен все равно мок в луже.

– Как ты думаешь, он не заржавеет?

– Вряд ли.

– Ну и ладно.

Оставшийся путь я прошел молча, сосредоточено считая шаги. Наконец, в тишину подземелья проник посторонний шум, эхо суетливого внешнего мира.