Петр Мамченко - Дело рыцаря Тьмы

- -

В эту жуткую, тёмную ночь, давным-давно скованное великое зло вырвалось на свободу! Правда, тут же заснуло…

Манга "Ранма 1/2"

Что-то мокрое, холодное прошлось по лицу. Он не глядя, оттолкнул это "что-то" и зашёлся в кашле. В следующий момент его скрутило судорогами, казалось, каждая жилка в теле звенит, как струна, каждая клетка вибрирует, не находя себе места. Больно… Больно! Бо-ольно-о!!! Его трясло, как в припадке, он катался, рыча и завывая, захлёбываясь воздухом и извиваясь.

Убить! Разорвать! Уничтожить того, кто обрёк на муки. Растерзать!

Постепенно судороги отпускали. В глазах прояснилось, а бессмысленный шум разделился на отдельные звуки.

— Димка! Димочка, ну что с тобой, приди в себя! Да отстань от меня, глупая тень, не мешай! Видишь, ему плохо! Ну пропусти, пожалуйста, будь хорошим пёсиком!

Медленно и тяжело он подтянул под себя конечности и приподнялся, разворачиваясь в сторону звуков.

Два существа. Слабые, жалкие создания. То, что поменьше, обладает толикой Тьмы, но печать искажена, почти бесполезна. Второе, испускающее звуковые вибрации, и вовсе бессильно. Лишь слабый дар к восприятию вибраций Сил. Неужели эти жалкие существа посмели причинить ему боль?

— Ахр? — Звук, изданный им, озадачил его самого. — Ухагр?

— Димочка! Тебе больно?! — Существо покрупнее вновь попыталось отодвинуть уродца с испорченной печатью, но не преуспело. — Да что же это такое! Пусти, зараза блохастая!

— Уходи! Опасно! — Прорычало мелкое создание, и он вдруг почувствовал себя уязвлённым. Почему этот калека от Тьмы вибрирует звуком сложнее и правильнее, чем он сам? Это оскорбительно!

— А-Ы-РР! — На этот раз ему понравилось! Получилось громко и очень грозно! Он сильный! У него могучая печать, и Тьмы в нём много, не то, что в этих!

Правда, при первой же попытке приблизиться к жалким созданиям, одна из конечностей подогнулась, и он упал, больно ударившись. Больно! Почему? Это они делают больно? Он сделает им ещё больнее!

— Ну пусти же, видишь, он даже на четвереньках не держится! Ему помочь надо!

— Уходи, далеко! Владыка изменил его! Опасно!

Тьма пришла по первому зову, и он с восторгом рассматривал стремительные чёрные струйки, текущие по коже. Сила! Его Сила! Как много! И управлять ею куда легче, чем слабым непослушным телом.

Тонкие струйки Тьмы метнулись к двум существам, но уродец прыгнул навстречу, принимая удар на себя, и только жалобно взвизгнул, мгновенно окутанный целым коконом тёмных течений. Странно. Отчего это слабое создание само кинулось навстречу удару? Или считало, что сможет на равных сразиться с ним?

Он сжал глупое существо, забавляясь тем, как содрогается и сминается хрупкое тело. Уродец извивался, из последних сил пытаясь защитить свою жалкую печать. Забавно! Можно поиграть, прежде чем разломать печать, и поглотить крохи Силы?

А вот и то, что покрупнее приблизилось. Тоже хочет сражаться? Это будет просто! Хватит одной струйки тьмы, чтобы…

"Нет!"

Изнутри вдруг пришла иная воля, и остановила истечение Силы. Его и только его Силы!

— А-урх! — Яростно взрычал он. Кто посмел? Кто сумел пробраться внутрь к нему и прикоснуться к его Силе?! Должно быть, он уже поглотил кого-то, и этот кто-то теперь пытается украсть его Тьму! Убить!

Он ощутил чужое присутствие в мыслях, и безрассудно ринулся в бой… Чтобы уже через миг понять, что победить невозможно. На него обрушились волны эмоций, валуны слов, обвалы воспоминаний. И он, слабый, новорождённый, оказался смят, завален, раздавлен бездной куда более зрелой и полной личности. Не поглотил, а был поглощён, в последний момент успев лишь испытать детскую обиду. Он так молод, и так мало успел узнать и испытать… Как несправедливо!

- -

— Затем, на развалинах башни…

— Простите, а башню тоже я… развалил?

— Нет, это ещё до вас постарались.

"Кавказская пленница" к/ф

Дмитрий выплывал из беспамятства медленно, как из трясины. Но это и неудивительно. Теперь понятно, почему родич утверждал, что лучше было бы обойтись без награды Цьяхимлетонга. Его аж передёрнуло от воспоминаний о том, как Владыка бесцеремонно корректировал его печать и усиливал ауру. Грубо, болезненно, с элегантностью слона в посудной лавке. Неудивительно, что после этого снятся кошмары. Как будто он стал примитивным демоном, и напал на Катю и питомца.

Даже открыть глаза было не просто, но он всё же справился.

И тут же понял, что это был не просто сон. Всхлипывающая Катя гладила бесформенный комок, который лишь при очень хорошем воображении можно было признать чёрным зверем. А в самой комнате как будто что-то горело. Или, правильнее сказать, оплавлялось кислотой. От ковра остались только жалкие клочья, кровать и ближняя тумбочка как будто пережили нашествие термитов. В полу и в ближней стене виднелись глубокие проёмы — всё, чего касалась почти неконтролируемая Тьма, исчезало, растворялось без следа.

Димке стало дурно от одной мысли, что случилось бы с Катей, если бы Сила прикоснулась к ней. Питомец честно исполнил свой долг, защитив подругу хозяина. Оставалось только надеяться, что не поплатился за это жизнью. Поганый Владыка! Что с ним сотворило древнее чудовище? Неужели пыталось превратить его в бессмысленного пожирателя? Или этот приступ безумия — лишь побочный эффект?

Сил не было даже пошевелиться. Но стоило лишь пожелать — и взор обрёл глубину. Дмитрию хватило одного взгляда, чтобы удостовериться, что искажённая печать питомца не повреждена. И заодно разобраться, почему почти неуничтожимый зверь до сих пор лежит бесформенной скомканной тушкой.

— Помоги мне подняться…

Девушка вздрогнула и повернулась. Димка ощутил почти физическую боль, уловив страх в заплаканных глазах любимой. Он так хотел защитить её, так волновался, ставил защитные заклинания на квартиру, даже оставил магического телохранителя — и едва не убил её сам! Если бы он лишь на миг усомнился, не вмешался в то, что считал лишь бредовым сном… Нет, лучше и не думать!

— Димочка, ты пришёл в себя! Тебе лучше? Может, врача вызвать?

Катя сделала пару неуверенных шагов навстречу, а затем опрометью кинулась к нему, обняла и разрыдалась. Парню оставалось лишь сцепить зубы, и обнять её в ответ. Он даже не знал, сколько времени прошло с того мгновения, как он потерял сознание. И сколько пришлось сидеть молодой женщине рядом с изломанным питомцем, ожидая пробуждения обезумевшего жениха. Как же ей, наверное, было страшно! И ведь продержалась, не вызвала ни врача, ни кого другого, чтобы не подвергать опасности посторонних людей!