Алена Даркина - Приют на свалке

Йорген остановил себя, начал обратный отсчет: десять, девять, восемь… Ему бы только нырнуть в коридор в левом крыле, и тогда полицейские, охраняющие лестницы его уже не увидят. Четыре, три, два… Трамп стал рассказывать анекдот. Как же ты, кстати, мальчик… Ноль!

Дождавшись взрыва смеха, Йорген выскользнул из-за труб и мягко спрыгнул вниз. Гладкий костюм не зашуршал. Два шага — и он в левом крыле, невидимый для всех.

— Кто здесь? — вскрикнул Ведерников.

"Ну и нюх у парня. Хорошим был бы охотником", — Йорген приготовил нож.

— Ты чего? — спрашивает Трамп.

— Мне показалось, кто-то спрыгнул сверху и в левое крыло нырнул, — объясняет парень.

— Показалось… — лениво отзываются в ответ.

— Надо бы проверить, — настаивает Ведерников.

Йорген слушает его шаги, прижавшись к стене. Один, второй… Сейчас он покажется в проходе…

— Ведерников, стоял бы ты лучше на месте. Сейчас бес проскочит на лестнице — и не то, что охотником не будешь — из полиции вылетишь.

Парень остановился, не сделав третьего, рокового шага.

— Так проверить бы надо… — голос звучал неуверенно.

— Нзимби вызови. Ему поручили — вот пусть и проверяет. Он у нас как хищник — действует быстро. Наверняка свою работу уже закончил.

Йорген услышал, как Ведерников потопал обратно к лестнице. Опустил руку, проглотил слюну. Обошлось. Он бесшумно направился к открытым дверям тоннеля. За спиной опять разговаривали по рации:

— Рядовой Нзимби, кто-то проскользнул в левое крыло, надо бы проверить…

Йорген уже вошел в тоннель. Впереди замаячили бледно-красные фигуры. Значит, и они его видят. Он подбежал к ближайшей двери. Хорошо, что здесь замки проще, он вскрыл в три секунды и спрятался за дверью. На всякий случай ушел глубже — вдруг решат проверить. Снова замер прислушиваясь, потом включил усилитель звука, спустил в ухо проводок.

— Рядовой Нзимби, что вы здесь делаете? — различил он далекий голос.

— Господин лейтенант, разрешите доложить. Правое крыло по вашему приказанию проверено, никто не обнаружен. Рядовой Ведерников заметил, как кто-то проник в левое крыло. Я пошел вам навстречу.

— Откуда же он проник, если лестницы перекрыты, а правое и центральное крыло проверял ты и рядовой Юзефович?

— Не знаю, господин лейтенант, — растеряно ответил невидимый Нзимби.

"Пронесло", — подумал Йорген.

— Господин лейтенант, — раздался другой голос, — а вы разве не видели, кто-то у дверей показался, когда мы возвращались? Мне кажется, в левый тоннель свернул. Давайте проверим.

— Ладно, проверим. Оружие наизготовку.

Он услышал легкий шорох — открыли дверь в тоннель, где он прятался. "Да что же это за невезуха такая?"

— Видите, господин лейтенант? — когда мы на ярмарку шли, здесь закрыто было. А теперь — открыто. Точно сюда успел проскользнуть бес.

Йорген неслышно отступал вглубь. Пусть попробуют его поймать: по этим тоннелям можно всю жизнь бродить, главное, не заблудиться. Эта же мысль пришла в голову и рядовому Нзимби.

— Думаете, этот бесенок будет нас ждать? Уйдет глубже. Мы тут целый год можем за ним гоняться.

— Вот и надо его загнать так, чтобы обратной дороги не нашел, — разозлился Курмаев.

В этот момент, под ногами Йоргена что-то противно хрустнуло, он подвернул ногу, упал на стену. Древняя кладка с шумом стала осыпаться.

"Если не везет, то надолго", — стиснул зубы Йорген, чтобы не выматериться от боли в ноге.

— Выходи по-хорошему, — крикнули ему из темноты. — Поймаем, ведь на куски порвем!

"Или к хищникам выкинете…" — устало подумал он и, покрутив ногой, осторожно пошел дальше.

Ночь с понедельника на вторник. Приют

Единственная женщина в команде охотников была и агрессивно-сексуальной, и неприступной, как город для хищников. Казалось, ей нравилось, играть с парнями. Охотники хотели и ненавидели ее. Марк не стал исключением. Хотя ненависть появилась не сразу. Сначала только презрение, какое испытывает каждый сильный по отношению к навязанному ему слабому. Лиза и Йорген стали охотниками почти одновременно с Марком, только до этого они работали мусорщиками, а он служил в полиции. Марк прослужил в команде три месяца, когда в один день погибло сразу два охотника. Восемнадцать парней собрались в тренажерном зале, чтобы познакомиться с новыми членами команды, лишь недавно сдавших тест.

Сначала появился Йорген — обаятельный, смешливый парень. За ним — Лиза: красивые бедра затянуты в черную блестящую юбку, серебристая блузка расстегнута на пару пуговиц, так что почти видна грудь. На это охотники обратили внимание в первую очередь. И только потом на правильные черты лица, пухлые губы с ярко-красной губной помадой и длинные каштановые волосы, рассыпавшиеся по плечам. Марк хмыкнул: "Зачем таких берут? Вместо мусорщиков, будем еще одну задницу прикрывать"

Так думал не он один, потому что тут же посыпались подколы от ветеранов:

— Какая девочка! — притворно задыхаясь от волнения, проблеял младший лейтенант Ньюманн. — Прости за любопытство, а жить ты тоже в нашем общежитии будешь?

Лиза медленно перевела на него взгляд, улыбнулась, приподняв верхнюю губу. Все полюбовались ее ровными белыми зубами. Красиво поманила пальчиком Ньюманна.

— Иди, сюда. Только тебе, малыш, я скажу на ушко, где я ночую, — ничего не подозревающий младший лейтенант приблизился, и она молниеносным ударом врезала ему в челюсть, так что он отлетел на руки товарищей.

— С…! — заорал он в бешенстве, вытирая сочащуюся из губы кровь. — Я тебя убью.

Товарищи благоразумно придерживали его, уговаривая одуматься. Вместе с тем делали знаки Лизе, чтобы она ушла потихоньку. Рядовой Бреквел вскинула подбородок:

— Попробуй, убей.

Тут уже охотники решили, что наглую девку надо проучить. По морде она мужику съездила, потому что он не ожидал, но в честном бою девушка не может справиться с парнем. Ньюманна отпустили.

Он в одно мгновение подлетел к Лизе, размахнулся, чтобы ударить ее в лицо. Все ждали, что сейчас девка отлетит к стене так же, как младший лейтенант и конфликт будет исчерпан. Но она сделала шаг назад, чуть повернувшись спиной к Ньюманну, кулак просвистел мимо предплечья — Марк заметил, что плечом она изменила траекторию движения руки противника, тут же замахнулась ребром левой ладони на шею Ньюманна. Лейтенант пытался блокировать удар, а Лиза правой рукой наотмашь вмазала в солнечное сплетение. Парень повис у нее на руке, потом отступил, согнувшись, пытаясь вдохнуть. Все молча смотрели на эту сцену, длившуюся около десяти секунд. Когда Ньюманн выпрямился, желания убить девушку у него поубавилось.