Сергей Карелин - В двух мирах

Поэтому мы нашли небольшую пещеру, расположенную метрах в десяти над землей, в одной из сравнительно невысоких прибрежных скал, которые тянулись вдоль морского берега. Добравшись до нее, мы быстро обследовали наше будущее пристанище.

Я первым делом установил на вход самые сильные известные мне защиты, и мы, плотно поужинав, устроились на ночлег, решив по очереди охранять сон друг друга. Мне досталась вторая половина ночи, и я, окружив себя сферой тепла, так как в пещере было довольно холодно, погрузился в зыбкий сон.

Проснулся я от громкого рычания. Вскочив на ноги и стряхнув с себя остатки сна, я выхватил меч Тауноса. И увидел в проходе существо, издававшее разбудившие меня звуки. Оно безуспешно пыталось прорваться через мою защиту, и это, похоже, его сильно злило.

Чудовище напоминало мантикору, летающего льва с головой человека, одно из экспериментальных созданий магов Шандала. То же гибкое львиное тело, такой же мощный хвост с острым шипом на конце, те же острые как бритва когти

Только вот вместо человеческой головы у твари была страшная морда, изуродованная огромными клыками и вся заросшая грязно-серой шерстью. В общем, настоящее кабанье рыло, только сильно увеличенное.

Тварь потихоньку преодолевала защиту, пробираясь в пещеру. Оглянувшись, я увидел рядом с собой Гниммера, который смотрел на тварь испуганными глазами.

– Ты что же меня не разбудил? – грозно поинтересовался я у дрожащего от страха гнома

– Но здесь ведь защита! – прошептал тот. – И сначала она хорошо держалась. А потом вдруг это чудовище начало медленно продвигаться!

– Ну так врезал бы ему! Или уже забыл, что ты вообще-то маг?

– Ты врежь, – надулся гном, – а потом говори…

Я пожал плечами и произнес одно из самых разрушительных из известных мне энергетических заклинаний. Оно вызывало тонкий белый луч и называлось так заумно, что я никогда не пытался произнести это название вслух.

Тем не менее действовало оно эффективно. Постоянно пользоваться им было неудобно из-за прямолинейности его действия и больших энергетических затрат. Но в данном случае оно было как раз кстати.

Однако дальнейшие события меня разочаровали, и, наверно, следовало бы извиниться перед гномом. Белый луч шипя вонзился в чудовище и, к моему изумлению, исчез. Это было невозможно! Я не чувствовал никакой магической защиты на этой твари, и тем не менее моя атака не причинила ей никакого вреда.

– Что, видел? – пробормотал испуганным голосом гном за моей спиной.

– Видел, – буркнул я, наблюдая за тем, как тварь выбирается из защиты. Ничего не оставалось как вступить в рукопашную. Но, хоть в пещере и было тесновато, сначала я решил еще раз применить волшебство.

Перед тварью появились архангел и два черных рыцаря. Больше я не мог вызвать, так как был ограничен небольшим пространством пещеры. Вызванные мной создания напали на незваного гостя. Он, кстати, оказался очень проворным и хитрым. Я, несмотря ни на что, почти восхищался им.

Длинный хвост хлестнул по архангелу, выбив у него меч. Затем тварь, увернувшись от мечей черных рыцарей, полоснула своей когтистой лапой по обезоруженному врагу, разрезав его тело пополам. Я открыл рот. Вот это да! Так быстро с архангелом, существом, входящим в обойму самых сильных магических созданий в Шандале, на моей памяти никто не расправлялся. Что же это за неуязвимая тварь такая?!

Но следом за этой удачей нашему противнику пришлось туго. Рыцари напали на него с двух сторон, и, несмотря на всю свою изворотливость, он не избежал нескольких ран, правда неглубоких. И они его только раззадорили. Пещеру огласил пронзительный рев, и хвост твари взмыл в воздух. С него сорвались две голубые молнии, превратившие моих рыцарей в горки пепла.

На этом мое терпение кончилось, и я, сжав свой верный меч Тауноса, бросился в атаку. Это оружие, подаренное мне Главой Белой гильдии, в бою жило собственной жизнью и лучше хозяина знало, как ему действовать. Я этому никогда не мешал и никогда об этом не пожалел. То же самое произошло и сейчас.

Чудовище завороженно уставилось на клинок, по которому стекали струйки синего пламени. Гипнотизировал он его, что ли? Длилась эта заминка несколько секунд. Меч просвистел, отрубив чудовищу хвост. Я сразу откатился в сторону и прижался к стене, выставив перед собой меч. И правильно сделал!

Гневный рев искалеченной твари был страшен. Но ее бешенство и скрежетание когтями по каменному полу пещеры длились недолго. Тварь выскочила из пещеры и исчезла.

Я, тяжело дыша, опустился на пол. Оглядевшись, увидел гнома, который вылезал из-за большого камня около стены. Судя по его виду, он уже оправился от страха.

– Ложись спать, – посоветовал я, – мое время дежурить. Да и толку от тебя…

– Не понял! – сразу взвился Гниммер. – Я, по-моему, все объяснил. Эта ублюдочная мантикора плевать хотела на наши заклинания! Ты что, не понимаешь? Я же…

– Ладно, хватит, а? – взмолился я – Заканчивай с потоком своего красноречия. Ты элементарно мог заговорить эту мантикору насмерть. Только почему-то не додумался.

Гном, что-то обиженно бурча себе под нос, не стал спорить и улегся, свернувшись калачиком, и по-моему примеру окружил себя тепловой защитой. Через несколько минут в пещере раздался громкий храп.

Я усмехнулся и, сотворив небольшой костер, уселся рядом с ним, погрузившись в свои мысли. К счастью, ночь прошла спокойно. Правда, снаружи то и дело раздавалось рычание, стоны и прочие не особо приятные звуки, но на это вскоре перестаешь обращать внимание.

Утром мы продолжили свой путь вдоль морского берега. Море было холодным и неприветливым. Резкий, пробирающий до костей ветер явно поставил перед собой задачу нас заморозить. Приходилось согреваться заклинаниями.

Ближе к полудню начался противный моросящий дождь, но спрятаться от него было некуда. С одной стороны тянулось море, с другой стороны каменистый склон, сменивший длинную цепь скал. И в этом холме не было никаких намеков на пещеры.

Одно радовало: по пути нам никто не встретился. Даже странно! Куда же подевались все местные чудовища, которыми, как я слышал, кишат Мертвые острова? Сомневаюсь, что они испугались двух мокрых и усталых путешественников, по всем правилам являющихся легкой добычей.

Когда солнце начало скатываться в море, предвещая наступление вечера, мы поднялись на преградившую нам путь невысокую гору, и перед нами открылся великолепный вид на раскинувшийся внизу порт. Он был поистине гигантским.

На много километров тянулись верфи, забитые множеством кораблей разнообразных размеров и очертаний. Через бесчисленные склады вилась крутыми зигзагами дорога, исчезавшая в широком проходе между возвышавшимися вдали горами, охватывающими порт полукольцом. Насколько я знал, эта дорога вела в город.