Александр Анфилатов - Зеркало мира

Ярослав оказался в тупике. Видя его замешательство Харм предложил:

— Передайте мне условленное серебро и через месяц–другой получите соответствующее количество золота.

Но Ярослав был достаточно дальновиден, чтобы так лохануться. Похоже, его разводили, притом глупо, как наивного туземца.

— А какие Вы дадите гарантии? — жестко спросил Ярослав, начиная раздражаться. — Может быть, товары, долговые обязательства или иное движимое имущество.

— Мое честное слово.

— Недостаточно.

— Можно составить пастору на этот дом…

— Он не стоит и десятой части договорной суммы.

Харм пожал плечами, давая понять, что большего он не может дать.

— Хорошо, — согласился Ярослав, уже все для себя решив, — я не могу нарушить наши прежние договоренности — серебро в обмен на золото. Через час мы отплываем. Едва Вы найдете товар, милости прошу в Риналь, там завершим сделку. Но ваше серебро не будет Вас ждать.

На деле Ярослав не знал, сумеет ли самостоятельно найти клиента. Ведь не будешь ходить по рынку и кричать: «Кому серебро? Свежее серебро…» Как пить дать, потянут за спекуляцию.

Торговец, казалось, ничуть не удивился ответу, но несколько смягчил позицию.

— Зачем так скоро отплывать и терять покупателя. Не лучше ли день–два подождать, возможно, что‑то удастся придумать. У меня есть должники и спрятанные клады. Чтобы все это собрать, нужно время.

Ярослав выдержал паузу, будто думает и произнес как бы с неохотой:

— Я могу задержаться до вечера, но не более. Товар ходовой, уйдет и в Ринале.

— Это слишком малый срок, хотя бы три дня.

Ярослав отрицательно покачал головой, не собираясь менять планы. Оставаться на ночь рискованно.

— Это окончательное Ваше решение? — спросил Харм, помрачнев.

— Да! — твердо заявил Ярослав.

Торговец безнадежно взмахнул руками.

— Я сделаю, что смогу…

Разговор окончен. Ярослав покинул дом торговца в сопровождении своих людей и, не задерживаясь, вернулся на корабль.

Сразу после подъема на борт, собрал команду.

— Судя по первой встрече, нас здесь не ждали, поэтому придется задержаться до вечера, а возможно, и до утра, потому как пройти извилистым фарватером ночью будет сложно. Поэтому всем оставаться начеку, броню не снимать и вооруженными на палубе не показываться. Вообще никто не должен знать, что нас здесь тридцать человек. На верху остаются лишь назначенные агеронцы. Борода, ты находишься под носовой надстройкой в готовности перерубить якорный канат.

После такой речи народ оказался в смятении, и Жиган выразил, можно сказать, всеобщий интерес:

— Ярослав, что‑то случилось? Может ты ожидаешь нападения?

— Нет, это лишь меры предосторожности, но я считаю в данный момент необходимые.

— Значит, на берег никто не сойдет? — разочарованно спросил Наростяшно.

— Нет, Банула, нужно подождать, возможно, завтра, если все будет спокойно.

Многие из тех, кто после более чем полугода жизни в джунглях Изумрудной долины хотел побывать на большом торгу, тяжко вздохнули.

Неожиданно в разговор вступил Шведов.

— Простите, капитан… — наигранно неловко начал он.

— Что‑то хотел спросить, Анатолий? — с готовностью согласился Ярослав.

— Я, конечно, человек новый и многого не знаю, но из‑за чего весь этот сыр–бор? Зачем на нас нападать? Мы что, кого‑то обидели? Или груз у нас особо ценный, или Вы, капитан, пока были в городе, кого‑то пришили?

Ярослав не смутился. В принципе, эти вопросы мог сейчас задать любой из его людей, Шведов их только озвучил, поэтому ответил со спокойной сдержанностью:

— Все не совсем так, и новички, действительно, многого не знают. Конечно, я в городе никого не убивал и ни с кем не ссорился. В то же время наш груз достаточно ценен, чтобы у неразумных могло возникнуть желание его отнять. Сейчас нас никто и ничто не защищает: ни закон города Низмеса, ни международное право, о котором здесь никто не помышляет. И даже если пританы города не сочтут для себя интересным положить глаз на наш корабль и груз, воспротивиться чему мы по малочисленности не сможем, если, конечно, вовремя не сбежим, но есть и пираты. Разбой в местных водах, мне не дадут солгать Ибирин и Зенон, процветает до сих пор. И то, что мы стоим на реке у стен города, а не в открытом море, ничего не меняет. Возможно, днем никто и не решится на нападение, но под покровом ночи надо быть осторожней. Я предлагаю, не дожидаясь захода солнца, уйти и спрятать корабль где‑нибудь в протоках.

Матросы одобрительно закивали головами.

— Да, да, спрятать корабль будет разумно.

День прошел в напряженном ожидании. Ярослав расхаживал по палубе надстройки, высматривая на берегу Харма, наблюдая за проходящими мимо лодками с грузом или отплывающими в низовье судами. В течение дня лишь пять небольших кораблей покинули пристани города Низмес, а вновь пришел только один. Между тем, у дальних причалов стояло (ремонтировалось или строилось) около сотни различных кораблей. Ранняя весна не считалась в здешних краях удачным временем для кораблевождения. Многие кормчие со времен влажного сезона и штормов, все еще отстаивались в портах. И, конечно, главной причиной застоя являлись изменчивые противные ветра. Пройдет немного времени, устоится южный теплый муссон, корабли потянутся на север к Агерону, на северо–запад к Семнану и Марелии.

Смеркалось. Четыре солнца Трона начинали прятать свои глаза за возвышенности на западе речной долины реки Кандо. Розоватый закат, как всегда значительно более продолжительный, чем на земле, начинал окрашивать предметы в серовато–оранжевые тона. Ярослав, понимая, что тянуть больше нельзя, подал команду:

— Поднять якоря!

Матросы побежали на шпиль, на минуту назад тихом и будто вымершем судне неожиданно поднялась суета. И в то же время вроде как кто ждал начала ухода корабля. К борту подлетела легкая речная лодка, более похожая на челн, с единственным гребцом на веслах. Незнакомый человек закричал, замахал руками, выражая настоятельное желание, чтобы его выслушали. Якорь еще только поднимали, и Ярослав подошел ближе к борту узнать, что нужно одинокому лодочнику. Им оказался крепкий бородатый мужик, посланец от Харма.

— Оуна наватаро, — взмолился он, — Харм просит Вас не уходить, подождать еще несколько часов. Харм собирает товар для обмена и будет готов к утру.

Ярослав в любом случае не мог никуда уйти без риска в темноте посадить корабль на мель. После продолжительной паузы он согласился.

— Передай Харму, что я буду утром на этом самом месте.

Незнакомец оттолкнул лодку от борта корабля, а «Паллада», повинуясь легкой руке Ибирина и подхваченная теплым ветром, дующим вечером в сторону моря, с пустынных высот на западе, устремилась вниз по течению реки Кандо.