Владимир Лошаченко - Стажёр

Венчание прошло в небольшой церкви Единого Творца, расположенной в купеческом квартале, в предпоследний день пребывания в столице. Саму свадьбу, на которую должны приехать родители жены и приближенные родственники в количестве четырнадцати человек, Пашка решил устроить через три месяца в графстве. Иногда в карету Чернота приглашал инженера Лаваля и лекаря Мирамо. Беседы велись на самые разные темы, особенно интересно было слушать Мирамо, тот оказался превосходным рассказчиком.

Юная графиня с жадным интересом познавала мир — столько нового оно узнала за последние дни, а вот Пашка иногда кривился от дальнейших перспектив. Только сейчас начал осознавать некий дискомфорт неясного будущего относительно любимой жены. Взять ее с собой на Базу, а затем на Землю? Неизвестно, как пройдет адаптация, а если к тому времени родится ребенок, как на него подействует переход в параллельный мир? Нет, рисковать жизнью и здоровьем близких людей он не собирался. Придется Беате ждать мужа в родовом замке графства Лоредан. Пашка рассчитывал после стажировки получить отпуск месяца на два-три и провести его естественно здесь. Решив не морочить себе голову и не терзаться напрасно неясным будущим, вскоре оставил это никчемное занятие. Чего раньше времени загадывать — как будет, так и будет.

Прошло два месяца после возвращения графа Черного дé Лоредана с супругой в свое графство. За столь короткий срок многое здесь изменилось. Небольшой городок Кото разросся раза в два — переселенцы стекались отовсюду, услышав о лучшей доле. Молодежь охотно шла в графскую дружину — привлекала большая оплата. Везде кипела небывалая стройка — в городе возводили дома для новых переселенцев, в замке строили мастерские и кузни, сам замок основательно ремонтировался. Беата оказалась рачительной хозяйкой — слуги ее слушались беспрекословно. Красавица обладала добрым, но твердым характером — народ сразу признал ее главенство.

Пашка сделал для себя неприятное открытие — оказывается, по всей стране пейзане пахали землю деревянной сохой. Потому он напряг своих кузнецов по производству железных плугов. Новшество распределял по несколько штук в каждое село — не хватало железа. Он, не задумываясь, продал крестьянам невиданный доселе сельхозинвентарь с рассрочкой выплаты, прекрасно понимая, что даже такая мелочь, как стальной плуг, значительно повысит урожай, а следовательно и уровень жизни самих селян. Позаботился и о тягловом скоте — на ярмарках приобрели три сотни быков — доу — громадные зверюги с короткими рогами, легко приучаемые человеком. Талантливого инженера Жозефа Лаваля усадил за разработку механической косилки и сеялки, предварительно снабдив того эскизами и объяснениями чуть ли не на пальцах. Лаваль от услышанного и увиденного прыгал по комнате, крича во все горло:

— Граф, вы гений и величайший механик!

С трудом граф успокоил разбушевавшегося инженера.

— Это все семечки, Лаваль, ваша основная задача — пушки и порох.

Буйство тот же час прекратилось.

— Задание грандиозное, но столь же опасное. Вы, господин Лаваль, не переживайте, ответственность я беру на себя. Будем считать, что я вас силой заставил делать запрещенное законом оружие.

После этих слов Лаваль повеселел и согласился сделать такую весьма сложную работу. Все новшества, а также содержание дружины требовало серьезных финансовых вливаний. К сожалению, на территории графства из залежей полезных ископаемых добывались лишь медь и каменный уголь, правда, весьма неплохого качества. В задумчивости Чернота провел не один день и нашел, что в этом мире может принести мгновенную прибыль при низких затратах — ширпотреб. В империи имелись стеклодувы, но весьма в ограниченном количестве. Выдували примитивные кружки с уродливыми ручками и такие же бокалы. О цветном стекле понятия не имели, оконное стекло только в очень богатых домах, да и то сложенное из нескольких кусков. Ну а зеркало — это вообще из области сказок. Народ смотрелся в надраенную медяшку или бронзу. Стеклодув Петек, небольшого роста мужичок, с мощным торсом, сходу въехал в прожекты графа и, следуя его указаниям, принялся искать помощников подмастерьев.

Наемная бригада строителей-артельщиков, привезенная из Савоны, спешно строила большую мастерскую. Удача сопутствовала планам графа — песок изозера Гарда, лежащего близ замка, по всем показателям подходил для стеклянных изделий. Пашка просидел не один день, записывая все, что он помнил о производстве стекла. В новой мастерской каменщики соорудили три больших печи для варки стекла с поддувом воздуха. Кузнецы установили четыре чугунные станицы, водрузив сверху толстые медные листы для прокатки оконного стекла.

Конечно, Пашка не мог найти таких добавок, как соединения марганца и кобальта, пришлось довольствоваться тем, что под рукой. Он точно помнил, что искусственный хрусталь получили на основе окиси свинца. Горы белого песка высились перед стеклодувной мастерской — сегодня первая варка. Сам мастер-стеклодув приплясывал возле печей от нетерпения — продувка стекла воздухом для осветления явилась для него большим потрясением. Нильс Петек с благоговением смотрел на графа — Его светлость — величайший человек, и ему, простому человеку, посчастливилось работать с ним. Нильс о стекле за два месяца столько узнал, что не познал бы за десять прежних жизней. Стекло, остывающее на разных столах после прокатки тяжелыми стальными вальцами, получалось ровным, прозрачным и почти без пузырьков. Да только за одну эту методу Нильс готов был целовать графские сапоги. После недели изготовления оконного стекла перешли к изготовлению цветных витражей — вот тут-то дело и застопорилось. И если зеленый цвет получили без труда — добавили медного купороса, то с остальной цветовой гаммой облом-с. На третий день мучений Пашка, не выдержав, плюнул прямо в варочную печь и сам обалдел от неожиданного результата. Стеклодувная масса моментально окрасилась в яркий рубиновый цвет. Вспомнив старую поговорку: «куй железо не отходя от кассы», — Чернота плюнул в остальные две печи. Получилось на выходе стекло синего и золотого цветов. Мотавшему головой Нильсу пояснил, дескать, кинул в печи секретные добавки. Последующую декаду пришлось Пашке плевать в варочные печи, задавая при этом цвет.

Но витражи и оконное стекло — для богатых и зажиточных людей, нужно браться за ширпотреб — недорогая посуда, бусы, серьги, тара под вино. Отдельный вопрос — зеркала. На серебряную амальгаму пришлось перевести три тысячи серебряных монет, правда, дело того стоило. Прибыль обещалась быть двадцатикратной. Под ширпотреб построили вторую мастерскую. К ассортименту добавилась посуда, кувшины, стаканы, разноцветные пуговицы.