Юрий Погуляй - Счастливые Земли

Андагедец плотно сжал губы и коротко кивнул.

– Хорошо, пошли на совет.

– Гнев, – окликнул Горящего Гезеш. Тот отвлекся от беседы с Мудрым и тяжело поднялся.

– Вдвоем? – Шамм кивнул на Гнева.

– Да, лишним не будет. – Сотник алебардисту совсем не понравился.

– Горящий много знает, – заметил Кутхх.

– Да, – равнодушно согласился Шамм.

* * *

Ночные горы зрелище завораживающее, жуткое. А сегодня еще и небо плотно затянуло.

Мадрал вжался в камни, поглядывая на заставу впереди.

Наваленные валуны и небольшие воротца по центру, только одна повозка и проедет. С обеих сторон в щелях закреплены факелы. У прохода стража. Двое церковников в пластинчатых доспехах и открытых конических шлемах.

Тьма вслушался в едва слышную беседу. Ленивый разговор ни о чем. Скучно бойцам.

На груде камней появился еще один воин, в руках факел. Мадрал оскалился. Дурак! Этим «светом» он больше себя слепит.

Позади Тьмы легко звякнул металл. Настороженно уставившись на ворота, мадрал беззвучно пробормотал проклятие. Основной отряд ждал в ста шагах ниже по склону. И хоть был приказ о минимуме железа – кто-то умудрился поднять шум.

Церковники, к счастью, ничего не услышали. Тьма скользнул вперед, стараясь не потревожить ни один камень. Природная осторожность и повадки позволяли мадралу перемещаться практически бесшумно. Прижимаясь к склону, нелюдь приближался к заставе.

Эвар, взявший на себя командование объединенными силами Диких и Ан-Да-Геда, коротко обрисовал его задачу. На заставе святые отцы. Их следовало убрать первыми. В противном случае потери у отряда будут больше. Последователи Единобога карают за магию, но сами ею не гнушаются. Каждый священник прекрасно владеет боевой волшбой.

Мадрал подкрался почти к самой тропе и замер на краю площадки. Еще шагов пятьдесят – и ворота. Не сводя глаз с церковников, Тьма поднялся и прижался к скале. Мадралы только внешне похожи на волков. Суть их – кошачья. Недаром крепости первыми атаковали ловкие нелюди. Им не нужны штурмовые лестницы. Если есть хоть малейший выступ – мадралу его хватит. Племя, обитающее в Урочище, в месте, куда человеку путь заказан, привыкшее к постоянной угрозе со стороны лесных тварей, в других землях могло бы жить припеваючи. Но обителей своих волкоголовые не покидали.

Через десять минут Тьма сидел на небольшом уступе над воротами и оглядывал лагерь церковников. Сразу за стеной площадка расширялась. Нелюдь фыркнул.

Это даже не застава, а поселение. Несколько сложенных из камня домов охраны. Небольшая церквушка, чуть ниже по склону. Конюшня, нужник... Тьма вновь вжался в скалу. Из церкви вышел человек в рясе. Святой отец. Нелюдь был уверен, что священник не может его увидеть, однако шерсть по всему телу встала дыбом. Ларсовец стоял на крыльце, словно вслушиваясь или всматриваясь в ночную мглу. Лица единобожца мадрал не видел.

Снизу раздался громкий смех одного из стражников, и Тьма оскалился.

Смейтесь-смейтесь... Пока можете... Священник вернулся в церковь, и мадрал пополз дальше. Теперь он знал, где находится его цель.

Скользя меж домов, поминутно вжимаясь в темные углы, Тьма достиг святилища.

Где-то вдалеке звонко лязгнул металл. Крикнула ночная птица. Нелюдь вытащил из-за пояса кинжал и тихо постучал рукоятью в дверь.

– Что надо? – На пороге появился единобожец и, захлебываясь кровью, повалился внутрь святилища. Тьма уже перепрыгивал через падающее тело, когда из дальнего угла раздался удивленный вскрик. Сталь брошенного кинжала вошла в горло второму храмовнику, и в ушах застыл хрип. Мадрал бросился на улицу, стараясь как можно быстрее покинуть пределы заставы. Его задача выполнена. Остальное – в руках воинов.

Забравшись на скалу, Тьма еще раз оглядел лагерь церковников. Тишина... Покой...

Запрокинув морду к небу, мадрал тоскливо завыл.

– Это еще что? – Клар схватился за меч. Протяжный вой раздавался откуда-то сверху.

– Не знаю. – Его приятель настороженно оглянулся. Ни разу еще в округе никто так не выл.

– Священников надо предупредить. Явно – нечисть. Здесь отродясь волков не было. – Клар нервно сглотнул и шарахнул по воротам кулаком.

– Че? – донеслось оттуда.

– Подними священников, вой слышал?

– Понял! – недовольно буркнул товарищ.

– Не люблю эту заставу, – тихо проговорил приятель Клара. – На север бы перевестись...

– Святой Ларс следит за тобой, брат. Низки твои мысли! – скривившись, фыркнул Клар и обернулся.

Сначала он подумал, что зрение играет с ним плохую шутку. В ночной тьме со стороны Ан-Да-Геда приближался огненный контур человека.

– Господь, помилуй, – прошептал Клар.

– Это Горящий. – Его приятель схватился за мечи заорал. – Тревога! Горящий!

Гнев, поигрывая мечом, молча шел к заставе. Священников Тьма убрал, а следовательно, справиться с Проклятым сейчас невозможно.

Оба стража, сотрясая воздух дикими воплями, бросились под укрытие камней.

Со стен посыпались стрелы, но Горящего они не беспокоили. Приблизившись к воротам, Гнев взревел и приложил к ним руку. Огонь с треском накинулся на рассохшееся от времени и ветра дерево.

Лагерь церковников звенел железом, гремел лужеными глотками командиров. По прикидкам разведчиков Шамма – на заставе находилось не больше пяти десятков воинов.

Когда рухнули полыхающие ворота, Гнев бросился вперед.

Пропущенные удары он не считал, хотя каждый из них проламывал порядком прогоревшие доспехи, превращая Горящего в бешеный, плюющийся огнем факел.

Церковники еще не знали, что оба священника мертвы, и потому старались любой ценой сдержать Проклятого в воротах до подхода святых отцов.

Гнев с восторженным хохотом разил несчастных воинов налево и направо.

Ларсовцы перестали атаковать, перестроились, сдерживая демона слаженным полукругом. Пламя играло бликами на шлемах обреченных бойцов. Редкие и бесполезные удары алебардистов, прячущихся за спинами щитников, Горящего не беспокоили. Гнев замер, оглядывая единобожцев.

– Святые отцы убиты! – раздался далекий крик.

Воины попятились, и в этот момент демон бросился вперед. Прорвавшись через рассыпающийся строй, он наткнулся на металлическую решетку.

Доспехи, еще державшиеся на Проклятом, сослужили ему плохую службу. Отшатнувшись, Гнев попытался сохранить равновесие, но в следующий момент решетка прыгнула ему навстречу. Четверо бойцов, удерживающих стальной барьер, опрокинули Горящего на землю и прижал, и к ней ревущего от ярости Демона. К пригвожденному Гневу уже спешили солдаты Церкви с ведрами.

Тьма, наблюдавший за дракой с высоты, взвыл еще раз.