Диана Ольховицкая - Факты и реальность

— Лика, что с тобой? Ты как-то странно себя ведешь.

— Понимаешь, — отвечаю еще более чувственно и нежно, чем привожу Адриана в полное замешательство, — я давно хотела тебе сказать, что ты… — поднимаю на милого взгляд, полный искреннего восхищения, — ты особенный! Умный, талантливый, смелый, надежный! С тобой рядом всегда очень тепло. А еще… А еще я тебя очень ценю и уважаю!

— Ого! — изумленно качает головой Адриан. — Что-то все это как-то подозрительно. Но все равно приятно.

— Почему это «подозрительно»? — обиженно надуваю губки. — Я же правду говорю!

— Просто я никогда не слышал, что тебе во мне что-то нравится, — отвечает милый неожиданно серьезно. — Я больше к насмешкам привык. Хоть просвети, за что это ты меня так резко уважать начала.

— Я… это… ну, в общем… — Растерянно оглядываюсь по сторонам и вдруг, заметив в руках драгоценного спасительную подсказку, заявляю уверенно: — За то, что ты изучаешь фортификацию!

— Да? — переспрашивает милый, листая магический справочник. — Вот бы никогда не подумал…

Смущенно опускаю глаза. А что, нужно было сказать Адриану, что я, кроме всего прочего, еще уважаю его за то, что он не бегает, обожравшись стимуляторов, в стрингах по городским подземельям? Интересно, выдай я такое, меня бы правильно поняли?

— Если быть честным, — милый с загадочным видом захлопывает книгу, — фортификация не является моей сильной стороной, так — имею общее представление, почему и справочник у тебя попросил. Но если мой интерес к этой великой науке будет каждый раз встречать такой неописуемый восторг… — Выдержав эффектную паузу, заключает со смехом: — Я рискую превратиться в эксперта.

Попрощавшись с Адрианом, поднимаюсь в спальню. Интересно, почему для того, чтобы сказать любимому человеку то хорошее, что ты думаешь о нем на самом деле, должно произойти что-то из ряда вон выходящее? Как все-таки странно устроен мир.

ГЛАВА 8

Самое радостное и восхитительное утро — когда не нужно рано вставать! Вот спишь себе и спишь. Солнышко в окошко игривым лучиком, а ты от него на другой бочок. И сны на рассвете самые вкусные и интересные… Да! Сегодня я решила выспаться — вдоволь, всласть, сколько душе угодно. Ах, красота какая!

Слышу, как в спальню тихонечко входит горничная. Это она, видимо, свежие цветочки принесла. Улыбаюсь сквозь сон. А может, и записку от милого. Ничего, проснусь, тогда…

— Барышня, — пробивается сквозь блаженную полудрему неуверенный голос служанки, — к вам пришли.

— Пациенты? — интересуюсь, не открывая глаз.

Вот повезет, если сейчас придется срочно куда-то бежать! Бр-р-р! А утром уже довольно прохладно, совершенно неохота из-под одеяла выползать. Но долг есть долг, ничего не попишешь.

— Нет. — Голос горничной приобретает некоторую загадочность. — Энтот ваш, военный который.

— Адриан?! — быстро захлопав ресницами, сажусь на постели.

Если милый объявился ни свет ни заря, значит — дело серьезное. Может, кому-то в гарнизоне срочная помощь потребовалась? О, Древние! Только не говорите мне, что война началась! Я такой ужасной новости не переживу! Да-да! Особенно с утра и не позавтракав. Решительно поднявшись с кровати, натягиваю первое попавшееся платье и, пригладив рукой непослушные локоны, с взволнованным видом спускаюсь вниз.

— Что случилось? — испуганно смотрю на драгоценного. — Кто-то заболел? Несчастный случай? Сюда движется огромная армия врагов? Да не молчи же ты!

— Лика, — милый посылает мне удивленный взгляд, — что с тобой? — И, застенчиво вытащив из-за спины букет белых хризантем, признается: — Я просто зашел пожелать тебе доброго утра.

— Адриан, — с размаху плюхнувшись в кресло, закидываю ногу на ногу, — вот скажи, у тебя вообще мозги есть? Ты же меня до смерти напугал! Что за дурацкие выходки!

— Ну вот, — изобразив обиженный вид, милый присаживается в кресло напротив, — а не далее как вчера кто-то утверждал, что я умный и талантливый. Или это я за ночь так сильно поглупел? Бывает же…

— Кофе будешь? — печально вздохнув, предлагаю более спокойным голосом. — Раз уж все равно выспаться мне не судьба.

— Буду, — весело отвечает Адриан и, заглянув мне в глаза, добавляет серьезно: — А ты в это время объяснишь, что такое невероятное с тобой вчера приключилось.

— С чего ты взял? — отвожу взгляд. — Да ничего, все как обычно…

— Так я и поверил. То-то вид у тебя был как у нашкодившего ребенка. Я как-то в детстве бабушке полчаса рассказывал, какая она умная и красивая. После того как ее любимую статуэтку разбил. — И, бросив на меня тревожный взгляд, произносит тихо: — У меня мало времени… очень серьезная политическая ситуация. Любая мелочь может иметь решающее значение. Лика, я тебя прошу…

— И твои цветы… — возникает у меня в голове внезапная догадка.

— Да. Белые хризантемы означают: «Скажи мне правду».

И что ты с ним будешь делать! С беззаботной улыбкой прошу горничную подать кофе. Аристократка я в конце концов или нет? И вообще, спросонья перемещать горячие предметы… Я, можно сказать, еще и не жила толком, да и Адриан мне не чужой. Аккуратно размешиваю сахар серебряной ложечкой. История с полуэльфом абсолютно идиотская, но раз милый хочет…

— Хорошо, я расскажу, — сделав глоток обжигающего напитка, ласково смотрю на драгоценного. — Но, боюсь, ты даром потеряешь время. Речь идет всего лишь о небольшом недоразумении, к твоим политическим вопросам это не имеет ни малейшего отношения.

Приняв таинственный вид, кратко передаю милому первую часть истории.

— Ох, ни тролля себе небольшое недоразумение! — Поперхнувшись, Адриан ставит на стол чашку. — С монстром… драться… Хвала Древним, ты хоть заклинания боевые вспомнила! Лика…

Милый посылает мне какой-то совершенно непонятный взгляд.

— Лика, это ужас! Кошмар! И ты так спокойно об этом говоришь!

С удивлением разглядываю Адриана. Странный он какой-то. Я-то думала, драгоценному будет интересно про мои подвиги услышать. Он же воин все-таки, должен оценить, как я чудовищу в челюсть вмазала! Ведь есть чем похвастаться, сама собой горжусь! А у милого губы побелели, да его вообще чуть не трясет. Ладно, раз кое-кто у нас такой впечатлительный…

— Да не волнуйся ты, — небрежно махнув рукой, откидываюсь в кресле. — Это вовсе и не зверь был. Сейчас будешь хохотать до слез. Когда я активировала светящийся шар, оказалось… — делаю эффектную паузу, — оказалось, что это всего-навсего извращенец! — Наивно хлопаю ресницами. — Да-да, здоровенный такой бугай-полуэльф, почти голый и под возбуждающими стимуляторами! Адриан, ты чего не смеешься?