Арлен Аир - Под светом трёх лун

Шуня сама, что-то пожевала под ногами, пока я сидела, прислонившись к дереву в размышлениях.

По дороге ехать я точно не могла. Ближе к вечеру, наверняка, появится еще больше любителей скрасить одиночество тиры. Припомнила совет Эна, когда, тот рекомендовал мне пристроиться к каравану. Жаль, что не послушалась.

Вернуться назад в Луран, через портал тоже не получалось. Я не могла проносить вещи объемом больше себя. Бросать лошадку было жалко. Я чуть не плакала от такой безысходности. Забралась на спину Шуни и повела ее не к дороге, а через лес. Скорость движения резко снизилась. Но я решила, что это по любому лучше, чем ехать открыто по дороге.

До вечера мы прошли возможно не так уж и много, но зато никого не встретили. На ночь я оборудовала вполне приличную стоянку. Вот тут уже смогла поставить хороший купол и укрепить его по максимуму. Долго возилась с Шуней. Ее положено было не только расседлать, но еще протереть, накормить, напоить. И тот коврик, что был у нее на спине высушить. Прежде чем сушить, я его вымыла и добавила магии очищения. Запах убрать удалось.

Поразмыслив немного, запустила такое же заклинание на лошадь. Та возмущенно фыркнула и даже попыталась вырваться. Угу. За купол-то не выскочишь, как не старайся. Возмущенную Шуню, я все же очистила и даже причесала ей гриву и хвост. Управившись, смогла и сама перекусить. Путешествие становилось все более хлопотным. И если бы не воспоминание о Тате и других лекарках, то я бы уже повернула назад.

На другой день мы также топали через лес примерно выбирая северное направление. С трудом представляла, где я и сколько уже прошла. Выходить на дорогу я опасалась, но необходимо было сориентироваться.

Еще половину следующего дня, я двигалась в северо-восточном направлении, а дорога как сквозь землю провалилась. Я уже готова была начать паниковать, когда услышала странный звук. Было такое впечатление, что приближается нечто большое и шумное.

Шуня прошла еще пару шагов вперед, а я поняла, что мы стоим на дороге и навстречу нам несется четверка взмыленных лошадей, запряженных в какой-то тарантас. Причем скорость была такая, что та «коробченка на колесах», болталась из стороны в сторону, грозя опрокинуться в любой момент.

Поскольку, кони летели на нас, а управлять своей лошадкой я могла с трудом и не слишком быстро, то первой моей мыслью было, как остановить приближающихся коней. Все что успела, это растянуть поперек дороги воздушный гамак. Лошади со всего маха врезались и даже какое-то время пытались прорваться. Вот, сильные зверюги! Но все же остановились. Я осторожно приблизилась и заглянула в окно кареты (как это сооружение называлось правильно, не знала).

На полу, вцепившись в скамью сидела молодая женщина. Встретившись со мной взглядом, она заверещала очень громко и пронзительно. Я только пожала плечами и развернула Шуню в сторону.

Пока мы с лошадью выполняли сложные маневры вокруг кареты, из-за поворота выскочили пятеро всадников. Двое затормозили возле верещавшей тиры, а остальные направили на меня свои арбалеты. Ситуация была интересной. Чтобы изобразить какое-либо заклинание, нужно иметь свободные руки. А я обеими руками сцепилась в поводья Шуни. Дружелюбия на лицах всадников я не наблюдала и стала волноваться.

— Тира Камалия! — обратился один из всадников к даме. — Как вы? Она не причинила вам вред?

Э…э. это он обо мне? Вообще-то я лошадей остановила. Кто его знает, как долго они могли еще скакать и не развалилась бы эта повозка, от такой тряски?

— Кто ты? — обратился ко мне, один из мужчин с арбалетом.

— Я путешествую. Ехала мимо. А тут кони.

— Мимо ехала. Одна? Так, ребята на спускайте с нее глаз.

Пока я соображала, что сказать в свое оправдание и действительно зачем я в это ввязалась, появился еще один всадник.

— Тур, там много раненных, придется вернуться. Разворачивайте карету.

— А с этой что делать?

— Кто она?

— «Путешественницей» представилась.

— Давай ее тоже туда, к герцогу.

Дальше один из мужчин перехватил поводья моей лошадки и повел за собой. Остальные же двое, по-прежнему, держали на прицеле арбалетов. Вероятно я так отвыкла от общения с людьми, что вообще не могла внятно ни сказать, ни пояснить свое присутствие в этом месте. Молча поехала в указанном направлении.

Уже сразу за поворотом увидела место боя. Кто на кого напал разобраться не смогла. Но увиденное меня впечатлило. Тут топтались и всадники, и лежали раненые, и уже кого-то складывали под деревьями.

— Слазь и иди вперед, — ткнул меня в спину один из моих конвоиров.

Покорно спустилась с лошади, успев развеять заклинания, что навешала на нее. На земле я сразу успокоилась, поняла, что могу уйти в портал в любой момент. Но не пошла. Лошадку не хотела терять, да и моя сумка осталась прикрепленной к седлу. А еще, конечно, лекарское воспитание давало знать, я с трудом сдерживалась, чтобы не кинуться к раненым.

— Герцог, на дороге вот эту встретили, — начал представлять меня один из конвоиров, — возле кареты Камалии застали. Утверждает, что мимо ехала.

— Кто такая, как звать? — сухо обратился ко мне мужчина, которого все называли герцогом.

— Светлана из рода Алмарри. Ехала по лесу, услышал шум.

— По лесу. Одна? — уточнил он. — Чего ж так?

— А чтобы на дороге все встречные не задавали вопросов, почему одна, — разозлилась я.

— Тур, проследи, позже разберусь, — дал указание герцог.

Стражник подталкивая в спину повел меня куда-то. Проходя мимо одного из лежащих на земле, раненных, я притормозила. Прислушалась к хрипам и поняла, что это уже предсмертные судороги, ранение в живот было серьезным. Парень умирал.

Не осознавая, что делаю, стащила с правой руки перчатку и кинула ему на грудь. И только потом сообразила, что я не в лекарском одеянии, да и перчатка обычная кожаная. Но мой жест не остался не замеченным. Откуда-то сбоку подскочил воин и запричитал:

— Тира, тира. Пожалуйста, там мой брат Томан умирает.

Я просто замерла, открыв рот, от схожести ситуации, в которой уже была.

— Что там? — уточнила.

— В грудь болт попал.

Опять в грудь?! Да что же так этому Томану не везет. Если сейчас вылечу, сама лично ему на это место броню прикреплю.

— Тур, — не оборачиваясь, обратилась к стражнику, — мою сумку, бегом неси!

Сама же кинулась за Сарахом.

— Ты чего его опять не на тот бок положил?

Очков на мне не было, но и так видела, что снова пробито правое легкое.

— Дак, у него же там рана.

— «Там рана», — передразнила я. — Из нее кровь в здоровое легкое течет, он скоро дышать не сможет. Давай осторожно переворачивай.