Багровое сердце - Марк Райнер

как намёк на тонкий и красивый комплимент, — герцог сложил губы в самодовольную улыбку, но на душе у него становилось все более неспокойно, — осмелюсь спросить, каков, по вашему мнению, я?

— Я же сказал, — человек в кресле сверлил его своими немигающими круглыми глазами, — Это будет зависеть от ваших поступков.

— Понимаю... Тогда скажите, — Белиньи весь напрягся, — в чём вообще цель вашего визита? Вы приходите к правителю, ко мне, с туманными предложениями, вы не говорите ничего прямо, я лишь понял, что вы, ждёте от меня каких-то поступков. Как по мне, это весьма дерзко.

— Оооо, я вовсе не желаю быть дерзким, — незнакомец покачал головой, — разве дерзкие приходят с прошением? А я явился, чтобы попросить вас лишь о двух вещах, — он встал с кресла и чуть-чуть отошел назад. Герцог облегченно вздохнул: давящее, неуютное ощущение пропало.

Маленький, страшный человек встал за спинку кресла и вцепился ногтями в его спинку. В таком ракурсе он выглядел весьма забавно, напоминая сидящую на ветке сову. Но Белиньи даже не улыбнулся.

— Мы пришли с далекого востока и первое, что нам нужно — это приют, — сказал незнакомец, — я хочу, чтобы земли вашего герцогства стали домом для моих людей. Для себя лично я прошу вашей всесторонней помощи и поддержки. Быть может, — незнакомец снова подошел к Белиньи и навис над ним, — всё, что я прошу, звучит несколько нагло и эфемерно, но я не хочу, чтобы вы обманывались видимостью, герцог. Я говорю об очень серьёзных вещах. И за эти серьёзные вещи я готов серьёзно платить. Ведь деньги... — неизвестный вновь пронзил герцога своим пугающим взглядом, — вам нужны деньги.

— Ах, вот к чему всё! — герцог выдавил из себя короткий смешок, стараясь всеми силами показать, что он контролирует ситуацию, — я не имел чести бывать в ваших краях, и быть может, ваш народ, о котором вы толкуете, неприлично богат. Но заверю, что и Вермен — не бедный город. Мы не стоим с протянутой рукой. Не сказать, чтобы мы нуждались в покровительстве… Впрочем, — добавил он поспешно, словно боясь перегнуть и спугнуть парламентёра, — всё зависит от предложения.

— Мы можем говорить по-дружески? — странный человек чуть наклонил голову и впился в лицо герцога своим жутковатым взглядом.

— То есть?

— То есть, со всей откровенностью. Ваш Вермен, — незнакомец прошаркал к окну и взглянул на улицы города, — знавал времена получше. У меня было время изучить его — очевидно, что он пришёл в упадок.

— Была война.

— Да, много лет назад, не так ли? — гость явно не собирался уступать, и Белиньи, хоть и улыбался, чувствовал какую-то острую тоску от правоты его слов, — иначе, вы бы не задрали торговые пошлины.

— Да, и их платят, — герцог заёрзал, — очевидно, это свидетельствует о востребованности порта Вермен, не так ли?

— О востребованности порта свидетельствуют корабли в порту, и их немного, — возразил неизвестный, — ещё мне известно, господин герцог, о том, что вы подняли налоги, и о том, что всякий может выйти из заключения под крупный залог. Как мои люди, которых я освободил из заключения на днях.

— Да, как раз об этом я и хотел сказать… — оживился Белиньи, внутренне радуясь, что можно сменить тему, — они ведь... маги? Вы знаете, — он снова неловко улыбнулся, будто бы пытаясь оправдаться, — обычно я не имею никаких дел с магами. Называйте это принципом или причудой — как вам угодно. Быть может, вы даже не поймете меня... Не поймете причин. Это дело семейное...

— Почему же, — неизвестный кивнул и Белиньи снова почувствовал облегчение, — я прекрасно вас понимаю. Думаю, у вас достаточно поводов для личной неприязни к колдунам любого рода. Но подумайте вот о чем... — незнакомец сделал паузу, — те маги, с которыми вы встречались прежде — жалкие чванливые одиночки. Таких людей я и сам ненавижу. Их ложная свобода и дешевые фокусы развращают чернь. Признайтесь, герцог, что для вашей нелюбви к ним есть не только личные причины... Народ должен быть спокойным и верным, всякие смутьяны нам с вами ни к чему... В самом деле, — человек сверкнул глазами и обошел вокруг стола — Кто захочет работать на полях или торговать рыбой, когда бородатый шут в яркой одежде мечет перед ними молнии?

— Да... Да, вы правы, — с трудом пробормотал герцог. Ему как будто бы не хватало воздуха. Теперь, когда незнакомец стоял рядом с ним, он чувствовал себя совершенно невыносимо.

— Моя магия, уважаемый герцог, это вещь иного сорта... Мы — люди из древних преданий, господин Белиньи. О нас говорят шепотом, говорят со страхом... Иногда мы исчезали со страниц истории Белой Империи, но на самом деле, мы были всегда... Вы знаете, кто мы, — неизвестный замолчал, словно давая Белиньи возможность взвесить и осмыслить услышанное, — подведу же черту под сказанным: мои люди — не чета тем магам, которых вы так ненавидите. Мы организованны и покорны. Мы послушны судьбе. Мы явились в ваши земли лишь потому, что того требует само провидение. Сейчас в вашем... — незнакомец запнулся, — ...нашем мире происходят некие... — он сделал таинственную паузу, — важные события. Нашему народу их значимость известна, но для всех непосвященных высший смысл данных перемен должен быть скрыт. Я верю вам, герцог, я вижу, что вы достойны войти в круг посвященных, и потому я открываю вам тайное значение моих слов: мои люди должны разбудить невероятную силу, которая вскоре станет средоточием всей истинной власти на земле. Сейчас вы на пороге судьбоносного решения, господин Белиньи. Вы можете отказаться от союза с нами и мы покинем вашу страну, отправимся на поиски тех земель, где нас будет ждать... более теплый прием. Но если вы согласитесь, то уверяю вас... — тут неизвестный сделал шаг и подал герцогу руку, словно бы предлагая ему встать. Белиньи растерянно пожал его холодные пальцы, — ...всё это вам зачтется тысячекратно, и вы... — незнакомец улыбнулся — станете тем правителем, чьё имя запомнят века. Я всё сказал, но последнее слово остается за вами — странный человек отступил на несколько шагов и замер, — жду вашего решения, герцог.

Внезапный порыв ветра с глухим щелчком распахнул оконную раму и ворвался