Ничтожный владыка демонов 2 (СИ) - Меглин Алекс

— Его тело довольно устойчиво ввиду гибридизации, даже моя кровь сожрет его не так быстро, как остальных, — нефилим отступил в тень. — Три-четыре месяца у тебя есть. Выжми из него все, Лин.

***

Я внезапно оказался богат. Конфликт с вампирами частично разрешился в мою пользу, я получил положенные деньги и вещи. Бесполезный для меня арбалет, заклятый на уничтожение нежити и кольцо с самовосстанавливающимися зарядами разряда молнии.

Но с другой стороны пришлось подписать второй договор крови за день, налагавший на меня обязательство молчать об участии в сражении с Измайловыми.

А если взглянуть с третьей стороны, то сумма за мою голову приросла одним нулем, и Фюзель даже не догадывалась, кому я мог так крупно насолить. Я, к слову, тоже.

И чесотка. После тренировки невыносимо начала чесаться голова. На все вопросы Дан многозначительно хмыкал, либо молчал. Но по двум выступающим бугоркам, я начал догадываться о причинах. Что и подтвердилось утром. Проснувшись, я обнаружил, что лицо залито кровью из лопнувшей на месте роста рожек кожи.

— Они что всегда будут? — ужаснулся я. — Не только в демонической форме?

— Да! — рявкнул демон. — Не ной, мальчишка, прими знак греха с честью.

Я постучал по твердым, полностью черным выступам, заостренным на концах. Рога едва пробивались через волосы, но на фоне их белизны выступали заметно.

— Поздравляю, — протянул руку уже двадцатый встреченный демон.

В демонической форме рога заметно прирастали в длине. На них и наколоть можно кого-нибудь. Я еще пару раз пытался призвать плотную ауру, но все старания оканчивались редким туманом. На тренировках с Лином ничего особенного не происходило — он накладывал на стену печать притяжения, а я скакал, пытаясь достать мишень когтями или мечом. В доспехе железной крепости двухчасовая тренировка настолько изматывала, что оставшееся время я просто спал.

— Кого там нелегкая принесла? — простонал я, переворачиваясь на другой бок.

— Это я, — раздался робкий голос Пети. — Фюзель попросила напомнить тебе о вашей сделке. Мероприятие через час, в банкетном зале. Я и вещи принес.

Сука. Я как-то вытеснил из сознания день рождения огрихи. Десять мнут отмокал в душе, с грустью смотря на притворяющийся дохлым член. Да, братишка, мне тоже страшно, но делать нечего. Оделся в костюм. Мда уж, выгляжу, как…

— Настоящий проститут, — подсказал Дан.

Нам нужна кровь. Она сделает меня сильнее, позволит не умереть при следующей встрече с вампиром. Из беседы с доком я выяснил следующее: низшие кровососы не боятся чеснока, серебра, солнца, распятий; но уже вампирские бароны уязвимы перед серебряным оружие, а князья не выносят дневной свет, короли… Им законы не писаны, они по-настоящему бессмертны. Против любого упыря отлично помогает магия огня, к остальным методам воздействия они более-менее устойчивы. Но в магии я совершенный ноль, так что оставалось только серебро.

В Измерение демона не протащишь оружие или артефакты, но благодаря нефилиму меч встроен прямо в мое тело, а умелые парни из мастерских покрыли его напылением из серебра. Которое осталось пылью у меня на загривке. Я даже не удивился. Если бы все в жизни было так просто.

— Ты готов? — Петя окинул меня оценивающим взглядом. — Это не мое дело, но ты уверен? Она каждый год такое проворачивает, и еще никому это не пошло на пользу. Последний счастливчик вообще на баб перестал смотреть, стал содомитом, да простит меня Создатель.

— Фюзель каждый год такое устраивает? — спросил я.

— Я даже жаловался боссу, провел целое расследование, — Петя перешел на шепот. — Но он только посмеялся. А люди страдают. Спрашивал, что и как там, но все молчат. И крестятся. Даже демоны крестятся.

— Уверен, что все так плохо? — вздрогнул я.

— Все еще хуже, — часто закивал мужчина. — Чтобы Фюзель тебе не пообещала, оно того не стоит.

— Не стоит, парень, — из-за поворота вышел полностью седой юноша. — Я там был.

— Не стоит.

— Не стоит.

— Беги, мальчик, беги.

Передо мной встали шестеро мужчин. Одного я даже знал — дюжий санитар, отвесивший мне неплохой удар. Все абсолютно разные, но во взгляде каждого читался пережитый когда-то ужас.

— Ты это устроил? — я взглянул на Петя.

— Я должен был предупредить, — не отвел тот глаз.

— Ты не знаешь на что согласился! — крикнул старик с густой белой бородой. — Посмотри на меня! Сколько мне лет, как думаешь?

— Шестьдесят? — предположил я.

— Тридцать, тридцать, тридцать… — глухо застонал мужчина, вцепившись в бороду. — Через полгода мне тридцать…

— Это запах будет сводить тебя с ума, — вперед выступил санитар. — Будто в нос запихнули тухлую селедку! Все еда пахнет рыбой, даже нашатырь пахнет рыбой, весь мир теперь пахнет рыбой! Создатель, как же я устал.

— Да запах еще ничего! — воскликнул седой юноша. — Вспомните раскатыватель сосков или яйцебой!

Прокатился горестный стон, а мужчины синхронно схватились за причиндалы. Они были сломлены. Уродливая огриха сломала их мужественность, сломала веру в свое достоинство. Понуренные спины, опущенные глаза, дрожащие руки и страх перед женщинами. Вот какой оказалась цена!

— Она погибель мужского рода, — Петя положил мне руку на плечо. — Остановись, пока не поздно. Не совершай ошибку.

— Мне страшно, — честно признался я. — Но поступить иначе не могу, ведь на кону стоят не деньги, а моя жизнь!

— Глупец, — прошептал старик. — Кому она нужна, такая жизнь?

— Я вернусь, — обвел твердым взглядом всех присутствующих. — Я не только вернусь, но и отомщу за всех вас! Сегодня будет последний день, когда чудовище вышло на охоту. Ведь она не знает, что столкнется с настоящим охотником!

Возможно, это было глупо или смешно. Но я чувствовал в собравшихся искренне желание помочь мне, не допустить трагедии случившейся с ними. Я выдохнул и спустил штаны.

— Ты чего? — Петя медленно отодвинулся.

Я перешел в демоническую форму и явил истинный размер своего достоинства, дополнительно увеличившийся после возвышения. Напрягся и еще больше укрупнил половой орган.

— Настоящая булава, — потер глаза старик.

— С такой елдой он ее нашампурит, будто кусок свинины, — цокнул санитар.

— Порвет, как тузик грелку, — сплюнул молчащий до того лысый мужик. — За мои волосы!

Седой юноша заговорщицки мне подмигнул и я поспешил натянуть штаны от греха подальше. Что-то там Петя говорил про несчастного, что навсегда отвернулся от женщин. Не больно хочется, чтобы он повернулся ко мне.

— Мы с тобой, брат, — подняли кулаки мужчины.

— Я вернусь с победой, — я поддержал их жест. — Со щитом или на щите!

Глава 14

Внимание! В данной главе автор достиг уровня трэша и угара, опасного для жизни. Просьба убрать от экранов беременных стариков, детей-женщин и психически нездоровых личностей. И прошу сильно не бить палками, такова уж фантазия)

Толстые валики густо напомаженных губ блестели от жира. Огриха оторвалась от стейка из мраморной говядины и пригубила бокал красного вина. Она выглядела гораздо старше того снимка, что мне показывала Фюзель. Где-то на лет сорок. Рукава кружевного платья трещали, не в силах вместить чрезмерно изобильную плоть женщины, приканчивающей четвертую смену блюд.

— Значит, ты полукровка? — над столом зашумел густой хриплый бас.

— Угу, — кивнул я, подтягивая к себе вторую бутылку.

Женщина резко повернулась, подзывая официанта, и ее выдающийся бюст смел приборы и тарелки. Шепотом выдав указания, Василиса достала сигару и неспешно раскурилась, выпуская клубы практически черного дыма.

— У современных мужчин есть одна большая проблема, — сказала огриха. — Они не могут по настоящему овладеть женщиной, заявить на нее свои права. Сделать ее своей послушной, но любимой сукой. Смекаешь, о чем я?

— Отчасти, — кивнул я.

— Подсядь ближе, — внезапно сказала Василиса.