Сержио (СИ) - Двок Андрей

Если при возможном нападении разбойников я готов был сражаться деревенским оружием, то с серьезным соперником решил без сомнений использовать свои земные запасы. Жизнь дороже! К ежедневным работам и тренировкам добавилась еще одна забота, — охрана деревни. Происходило это нечасто, раз в десятицу, а то и в две. Как и планировал, ходил туда с деревенским оружием и доспехами. Единственное, сделал себе 2 сулицы, использовав те наконечники, что взял с собой с Земли.

Наступил смутан, следующий после листопада месяц. Дома — это ноябрь и в Хабаровске в это время уже бывают серьезные холода. Здесь же температура уверенно держалась в районе 15 градусов днем и 8-10 ночью. Для меня, так… теплынь. В один из дней, проходя мимо харчевни в сторону деревенской лавки полюбопытствовать, что нового привез лавочник Сав из Кравоса, обратил внимание на четыре новых лица. Они стояли у крыльца харчевни «Старая чехонь». И это были воины.

Трое — явно варнийцы: крепкие голубоглазые блондины, одетые в кожаные доспехи. У каждого за поясом висел боевой топорик. А вот один и видом, и вооружением разительно от них отличался. Это был худощавый смуглый черноволосый и черноглазый воин среднего роста в кожаном ламинарном доспехе. На поясе у него висел длинный кинжал и натуральная сабля.

Предраг, младший сын хозяина харчевни Милоша, заводил в конюшню четверых верховых лошадей. К трем лошадям были приторочены круглые щиты и по 5 сулиц в специальных тулах. На луке их седел висели кожаные шлемы. К еще одной был приторочен отличный композитный лук, щит-баклер, тул плотно набитый стрелами, копье длиной метра два и какие-то свернутые веревки. На луке седла красовался металлический шлем. Еще две лошади были впряжены в фургон, похожий на те, что он видел в фильмах о Диком Западе. Тот стоял во дворе перед конюшней.

Мне стало интересно, и я вместо посещения лавки решил посидеть в харчевне и, по возможности, послушать разговор воинов. Информация об этом мире не имела для меня цены, а от этих воинов можно было узнать больше интересного, чем от крестьян в деревне. Дождался, пока они зайдут в харчевню, и последовал за ними. Ну, что сказать? Послушать разговор получилось без труда. Наемники, а это были именно наемники, орали на всю харчевню. В общем, картина маслом: «Солдаты на отдыхе». Вино лилось рекой, кости летели на пол, а Брина и Эма (дочки Милоша) взвизгивали от щипков разгулявшихся вояк.

К сожалению, никаких божественных откровений я не узнал, но как говорится: курочка по зернышку клюет. Любая информация может пригодиться. Эти четверо наемников не нашли себе работы в Кравосе и теперь шли в Хетск. Они считали себя хорошими бойцами и были уверены, что уж в столице графства найдут работу. Трое из них, как я и догадался, были варнийцами, а смуглый наемник — из Махаратша. Кроме того, что в баронствах Кравос, Кронос и Аристи сейчас мало работы для наемников, я узнал, что между обеими графствами Варнии обострились отношения и возможна хорошая драка. Собственно, поэтому сейчас безработные наемники и стремились оказаться в столицах Хетского и Вранского графств.

Когда уровень загула начал уверенно приближаться к дебошу, а я такие вещи видел безошибочно, просто ушел домой. Удовольствия в таких забавах я не находил. Завтра был последний день десятицы, и я хотел сделать себе небольшой выходной. Последнее время сильно вымотался, хотел выспаться и предупредил домашних, чтобы без необходимости не будили. Рассчитывал встать сам. Однако утром меня разбудила Цветелина…

— Сержио, вставай. Просыпайся.

— Что случилось? Э-э-э…доброе утро, — я с трудом приходил в себя.

— Сержио, извини что тебя разбудила, но, кажется утро не очень доброе.

— А что такое?

— Милош собирает всех мужчин деревни у колодца. Беда у него.

— Какая беда? Что произошло?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Две его старшие дочки пропали. Спать ложились, они дома были. Утром встали, а их нет!

— Все, встаю….

Вскочил, плеснул себе в лицо воды, быстро оделся и вышел из дома. К колодцу, который находился в центре деревни на ее единственном перекрестке-площади, я подошел практически последним. Все мужчины деревни уже стояли там. В центре толпы стоял Милош вместе с обоими сыновьями. Таким угрюмым я его никогда не видел.

— Люди, беда у меня, — заговорил Милош. — Дочек старших у меня умыкнули.

— Кто? Кто такое мог сделать? — прошел по толпе ропот. — Что за нелюдь в деревне завелась? Скажи, Милош! Да за такое убить мало!

— А может, это кто с парней? — тут же пошли предположения. — Девки-то уже в самой поре. Может, скоро и появятся. Кнута таким кобелям дадим без жалости, да пусть женятся!

— Это наемники, — глухо проговорил Милош. — Четверо наемников, которые вчера в деревню приходили, а сегодня еще до света ушли в сторону Хетска. Я у сторожа нашего спрашивал.

Народ заметно поскучнел.

— Так, что сторож тревогу не поднял? Или они добровольно с ними шли?

— Не шли они добровольно! — Милош побагровел от гнева, но сдержался. — У них был большой крытый фургон. Они их там спрятали, и сторож их не видел.

— Так может, и не было их там? — мужики уже почти не поднимали глаз на Милоша и его сыновей.

— Надо барону нашему пожаловаться… надо в Хетск скакать, обогнать их и в Хетске пожаловаться страже…

Мне было явно видно, что все прекрасно понимают: Брина и Эма у наемников. Но люди боялись. Староста тоже никак себя не проявлял.

— Да вы что говорите?! Когда пожаловаться мы успеем и кому мы нужны? — закричал Братислав, старший сын Милоша. — Надо срочно их догонять и выручать девчонок. Представляете, что с ними сделают эти мрази?! Ссильничают их, а потом убьют! Спасать их надо скорей!

— Ты это… не кричи, — тихо ответил лавочник Сав. — Мы что сделать против них можем? Порубят они нас и все. Кто мы против них? Видел я их вчера, заходили ко мне в лавку. А лук у черномазого видел? Мы до них даже дойти не сможем, он всех положит. А коли дойдем? Что ты с воином сделаешь? Они нас перебьют и не вспотеют. Это тебе не сено косить.

— Так что, пусть наших девок воруют? Убивают? А мы будем по домам прятаться? — не унимался Братислав.

Милош молчал и только вертел головой, ловя взгляды сельчан. Но все понуро буравили своими взглядами землю. В его глазах все больше разливалась безнадега.

— Что скажешь, старый друг? — с горечью обратился Милош к старосте.

— Что сказать… Если толпой навалиться, то есть шанс с ними справиться, — ответил Атанас. — Но деревню без охраны бросать нельзя. Если на нее нападут, а никого из мужиков нет, кто женщин и детишек оборонит?

Толпа одобрительно загудела.

— Я помогу, — услышал я свой голос. — Только конь нужен. Вы знаете, у меня нет.

При этом одновременно досадовал про себя: «Хрен себя переделаешь. Был дураком, дураком и остался. Хоть сколько начинай жизнь заново. Вот мне это зачем? Однако, по-другому не могу. Идиот? Идиот!» Милош и оба сына благодарно мне кивнули.

— Дашь коня, Сречко? На время? — спросил Милош у главного деревенского скотовода.

— Дам, — буркнул Сречко. — Если загубите, надеюсь, расплатишься. Все по-людски должно быть. Вот и обчество подтвердит.

Милош только махнул рукой.

— Еще кто поможет? — спросил он.

— Я помогу выследить их, — подал голос Красимир, один из деревенских охотников. — Даже если с тракта сойдут, по следам их найду. Но драться не буду, извини.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Радован! Тихомир! Вы ведь женихались к сестренкам, — не унимался Братислав. — Что сейчас молчите?! Петухами перед ними ходили, а как до дела дошло, то молчите?!

— Хватит Братислав, — влез в разговор кожевник Обрад, отец Радована. — Сами решили сгинуть, никого больше не тащите за собой.

— Все ясно, — положил руку на плечо сыну Милош. — Пошли собираться. Сержио, пойдем! Доспех у меня возьмешь и оружие.

— Не надо. У меня свое. Единственно, тул для сулиц нужен. И 3–4 сулицы, кто может дать. У меня только две. Мало может оказаться. И щит.