Денис Луженский - Сны чужие

- Я давно уже не гуляю по мирам, мальчик. Не считая поселка на том берегу, последние тридцать лет есть лишь два места куда мне приходится выбираться время от времени - лавка книготорговца в Липлаше и маленький магазинчик Book's Worm в предместьях Бристоля. Тебе, надо заметить, несказанно повезло, что одна из таких вылазок совпала с твоим появлением на Тропе после встречи с метаморфом. Я тогда оказал тебе услугу как собрату, но это вовсе не означает, что мне есть какое-либо дело до политических дрязг Долины. Этот дом, этот остров и эти книги - вот всё, что мне теперь нужно от жизни. И даже если Тропа окажется закрыта для меня - тоже беда небольшая, проживу как-нибудь без сэра Артура и французского коньяка. Это понятно?

Тарвелг сделал движение рукой, как будто нарисовал в воздухе большую жирную точку.

- Понятно, - выдавил из себя Олег, - ты не поможешь мне.

- Извини, - травник пожал плечами.

- Нет… не могу…

Олег внезапно подался вперед, перегибаясь через стопки книг, что отделяли его от Тарвелга. Рука травника дернулась к лежащему поблизости арбалету… но так и замерла, почти касаясь пальцами цевья.

- Я начинаю жалеть, что помог тебе тогда, мальчик, - пробормотал Тарвелг, косясь на лезвие ножа, поблескивающее в опасной близости от его горла.

- У меня нет выбора, - глухо ответил ему Олег, - мне нужна Тропа. И у меня слишком мало времени чтобы доказывать тебе в чём ты не прав.

- Однако же, начало неплохое, - Тарвелг через силу улыбнулся. - Ты почти ничего и не сказал, а я уже начинаю догадываться о сути своей ошибки. Воистину, красноречие твоё подобно отточенному кинжалу и разит наповал.

- У меня нет выбора, - повторил Олег.

- Это, дружок, отговорка для тех, кто не хочет искать. Выбор есть всегда. Хочешь заставить меня помогать тебе? Чудак, вспомни зачем ты пришёл сюда. Таких как ты или я нельзя удержать против воли, ты ведь не сможешь всё время держать эту железку у моей глотки.

Олег медленно опустил оружие.

- Вот и славно, - травник хмыкнул. - Кажется, ты уже допил свой чай? Тогда не смею больше задерживать дорогого гостя. Дверь за твоей спиной.

- Я не могу, - он смотрел в сторону, не решаясь вновь встретиться взглядом со старым эрхадом. - Не могу уйти. Я слишком многое потерял, чтобы просто сдаться.

- Каждый из нас что-то потерял; путь любого "дваждыживущего" - путь потерь. Я прожил на этом свете всемеро дольше, мальчик, так с чего же ты взял, будто исхитрился потерять в своей коротенькой жизни больше, чем я?

- Потому… - он медленно подбирал слова, словно пытался сложить наощупь детскую мозаику -нехитрая задача, когда глаза открыты, но вслепую - проще убиться, чем сделать всё правильно.

- Потому, что ты - эрхад, а я - Эрхал; ты боишься умереть, а я - уже умер… дважды умер, по разу в каждом из миров… И после этого продолжаю жить, продолжаю видеть, как вокруг меня погибают те, кто мне дорог… Я больше не боюсь собственной смерти, я боюсь, что из-за меня могут умереть те, кого я ещё могу спасти… Мне очень, очень нужно попытаться их спасти… всех, кто ещё остался… всех…

Слова кончились. Аргументов толковых найти не удалось, мозг упрямо отказывался их искать, мозг забыл о логике и плюнул на красноречие, мозг просто устал. Мозаика вышла кривая, ни на что толком не похожая. То, что сложилось, довольно было пальцем ткнуть - всё тут же рассыпется ворохом ярких, но бессмысленных пластмассовых деталек. Всего лишь пара жёстких, или хуже того - снисходительных фраз, всего лишь одна ироничная усмешка…

Но травник почему-то молчал. Он сидел, крутил в пальцах пустой стакан, смотрел на гостя задумчиво и не торопился тыкать пальцем в детскую мозаику его слов…

Глава двенадцатая

- Почему ты пошла за Хартом?

Галель с удивлением уставилась на мальчишку. Вопросы - это было нечто новое, непривычное для вечно молчащего Рыжего. Тем более - такие вопросы. Может даже ответить ему, раз такое дело? Поколебавшись немного, она решила, что от ответа большой беды не будет.

- Серый доказал, что за ним стоит идти.

- Тем, что разрушил ваши обычаи?

- Тем, что сумел их изменить. Он ведь не просто сломал старое, но и предложил нам новое взамен. Это достойно уважения, поэтому я и пошла за ним.

- Я слышал, не всем пришлось по вкусу то "новое".

- Даже мы, дети Ардов, не можем быть едины в своих чувствах. Да, не все приняли изменение. Что с того?

- Вы убили их, да?

Галель почувствовала укол раздражения.

- Любишь задавать глупые вопросы, парень?

- Ответь, - упрямо потребовал Рыжий.

- В смерти нет позора, если эта смерть приходит в честном бою.

- Они были вашими братьями, вы знали друг друга с детства, жили рядом, ели из одних котлов…

- И что с того? - оборвала кальира Галель. - Тебе не понять, ты не родился в арде. Я жалею о потере каждого, кто ушел тогда к Хабар-Калазу. Но не жалею их самих - все они ушли достойно, побеждённые сильнейшим. Высшее Мастерство очистило их, никто не остался обиженным. Честь…

- Лицемерие, - холодно бросил Антри, в свою очередь прервав её на полуслове. Галель почувствовала, что лицу стало жарко от гнева. Она поднялась, глядя сверху вниз на сидящего кальира. Правая рука сама собой сжалась в кулак…

- Иногда, - сказал ей слепец, - проще заставить другого замолчать, чем признать, что он прав.

Эндра-ши загнала собственную ярость поглубже и ответила не менее холодно:

- Я же говорю, что тебе этого не понять. Мы не живём ради смерти, но уж коли приходится уходить - нет лучшего пути к Хабар-Калазу, чем достойно проиграть в бою лучшему воину, чем ты сам.

Рыжий больше ничего не сказал, он как будто ушел в себя, уставившись незрячими глазами в одну точку. Гнев Галель остыл так же быстро, как и вспыхнул. Ей вдруг стало неловко: парень - калека, а она на него чуть ли не с кулаками готова наброситься. И с чего бы это вдруг её так задели слова кальира? Ведь неправда правого не уязвляет.

Углубляться в собственные сомнения не было никакого желания и на скрип открывающейся двери Галель обернулась с невольным облегчением.

- Бларт?

Что-то в замершем на пороге эндра-ши было не так, взгляд его упрямо ускользал от Галель, как у нашкодившего мальчишки. Похоже, парню было порядком стыдно и тревожно, он пришел поговорить, но никак не мог выдавить из себя хотя бы слово.

- Тебе, не иначе, кто-то по щекам надавал, - усмехнулась Галель, - а ответить ты не сумел.

Бларт встрепенулся, фыркнул сердито, но тут же снова сник.

- Выйди, - буркнул он, - нужно сказать кое-что.

И скрылся за дверью, не дожидаясь ответа. Галель озадаченно посмотрела ему вслед, потом бросила Антри короткое: "Потом договорим". Кальир даже не шелохнулся, словно и не к нему вовсе обращались. Эта его манера порядком раздражала наставницу, но устраивать склоки с упрямым "учеником" она считала ниже своего достоинства. Не стала и теперь давать волю чувствам, лишь негромко хмыкнула и вышла из комнаты.