Марина и Сергей Дяченко - Хозяин Колодцев (сборник)

Заранее изготовившийся Игар пнул в это лицо здоровой ногой. Удачно пнул, вымещая всю боль и весь страх; пнул к тому же и грамотно, вложив в удар вес всего тела, бросившись в лицо белокурому, как огромный злобный маятник.

Отец-Разбиватель был бы доволен.

Во дворе поднялось невообразимое. Блондин, лишившийся сознания, мешком лежал у подножия лестницы; глаза Игара, привыкшие к полумраку, невольно прикрылись. Там, у ворот Гнезда, было семеро, здесь гораздо больше, но нет времени, чтобы сосчитать…

Здоровенный камень служил на сеновале гнетом. Кто-то когда-то изрядно потрудился, втаскивая его по лестнице; теперь камень проделал обратный путь, причем куда быстрее и легче. Два крика слились в один; двое стражников, уже взбиравшихся наверх, присоединились к предводителю.

Игар лихорадочно оглянулся в поисках Тиар. Она стояла у порога, удерживая за руку плачущую старушку; Игару показалось, что он встретился с Тиар глазами. На мгновение…

Горло, о котором он совсем забыл, напомнило о себе режущей болью. Хорош боец — с черной траурной полосой поперек шеи…

О чем он думает?!

Он рванул лестницу на себя. Швырнул вниз подвернувшееся под руку дырявое ведро — оно не повторило успеха камня, зато здорово напугало нападавших. Судорожно стиснув зубы, Игар изо всех сил оттолкнулся ногами, ухватившись за лестницу, как за шест.

Она, конечно, сломалась — но не сразу; вместо того, чтобы красиво перелететь на спину заранее примеченной лошади, Игар сорвался в пыль и закричал от боли в раненой ноге. Кто-то прыгнул ему на плечи — Игар вывернулся, как угорь, ударив нападавшего локтем в зубы. На помощь ему неожиданно пришла перепуганная лошадь; кто-то шарахнулся от взметнувшихся копыт, а Игар ушел, проскользнув под круглым серым брюхом, и спустя мгновение навалился животом на добротное кожаное седло. Его схватили за ноги; лошадь дико заржала, Игар понял, что ему не уйти.

— Не бейте! Не бейте его!.. — это Тиар.

Темнота. Каждый удар, как кровавая вспышка; склоненное лицо, расквашенное, с выбитыми передними зубами. Уже без берета — на месте уха аккуратный рубец:

— Не бейте его… Сохраните мне его в целости. Сохраните только… Пусть крепенький будет…

Игар с тоской разглядел пленку сладострастия, подергивающую светлые глаза:

— Щенок… Наконец-то. Небо услышало мои молитвы…

Блондин вдруг поднял глаза, и Игар понял, что он искренне, истово молится. Благодарит своего доброго духа за благое дело.

— …Именем провинции Ррок!

Если на небе действительно живет добрый дух с густой бородой и голубыми глазами, то этот густой бас, несомненно, принадлежит ему. Только при чем здесь провинция Ррок?..

Испуганные хозяева жались к крыльцу; на их скромное подворье вваливался еще один отряд — числом поболее предыдущего. Всадники, оставшиеся на улице, выглядывали из-за забора, как куклы из-за ширмы.

С трудом перевернулся на живот и поднял тяжелую голову; его тут же огрели по затылку древком копья, и он на несколько минут лишился сознания, а придя в себя, застал посреди двора безобразную ссору.

— …правителю округи! — кричал предводитель вновь прибывших, немолодой стражник с железным значком на рукаве. — Поскольку в округе Требура преступников ловят люди властителя КорБора, а не какие-то подозрительные наемники! Здесь правосудие, а не самосуд, злодей принадлежит властям вместе с наградой, буде она назначена за его голову! А самозванцев, распоряжающихся на чужой земле…

КорБор… Откуда-то из Игаровой памяти возникло хищное лицо красивой женщины. Корова в розарии… Ясновельможная. Интересно, уморила она несчастную жену властителя? Или все-таки нет?..

Тем временем окровавленный блондин прижимал платок к разбитому лицу:

— Мне плевать на умников, являющихся на готовенькое! Если бы вы приволокли его на аркане два дня назад — я доплатил бы вам из своего кармана! А теперь мальчишка мой, и я чихать хотел на вашего властителя! Я взял его, а не… правосудие!..

Новоприбывшие стражники сгрудились плечом к плечу. Под их взглядами люди блондина тоже собрались в кучу; противостояние не обещало ничего хорошего. Из-за спин и копий Игар не мог разглядеть Тиар.

— Распоряжаться будешь у себя дома, — мрачно сказал обладатель густого баса, который оказался всего лишь черноволосым карликом у правой руки носителя значка. — Изловленных на нашей земле преступников надлежит спровадить в тюрьму города Требура с тем, чтобы учинить разбирательство…

— Плевать! — взвизгнул блондин; предводитель второго отряда, в чьей руке оказалась испещренная печатями грамота, недобро прищурился:

— Плевать на законы провинции Ррок?!

Видимо, разум одноухого блондина помутился от полученного удара, последующей радости и сменившей ее внезапной несправедливости; разум блондина помутился, иначе он не стал бы выхватывать саблю и замахиваться на вооруженного грамотой противника.

Оружие не помогло ему. Руки карлика были коротки, зато хлыст длинен. Блондин зашипел и чуть не выронил саблю.

— Закон!! — заревели бойцы из города Требура, опоздавшие к поимке Игара. С таким же успехом они могли бы закричать: «Двести семьдесят золотых! Немедленно!»

Игара схватили за шиворот. Он обмяк, будто мешок с мукой; деловитый стражник склонился над ним, желая поудобнее перехватить безжизненное тело, получил сильнейший удар головой в лицо и повалился на Игара сверху.

Таким ударом гордился бы сам Отец-Разбиватель; некоторое время Игар отдыхал, прикрывшись телом стражника от бушующих на подворье страстей. Звенели клинки, конские копыта взметали пыль и солому, носились обезумевшие куры и голосила хозяйка; влача на себе пребывающего в беспамятстве врага, Игар отполз к хозяйственным пристройкам. За дверцей щелястого сарайчика испуганно кричали запертые козы, рядом в загоне басовито похрюкивал огромный пятнистый боров. Редкой породы — волосатый, с кисточками на острых ушах.

— Где он?! Сопляк-то где?! Кто уволок его, а, заразы?! — рявкнули неподалеку.

Схватка перешла в битву.

Загончик запирался на кривой заржавленный гвоздь. Игар отпихнул от себя стражника, помаленьку приходящего в себя, и пролез в смердящую щель. Боров забеспокоился.

— Ну, ты…

Игар заговорил впервые с тех пор, как шею его сдавила веревка.

— Ну, не бойся… Я такая же свинья, как и ты…

И, как бы подтверждая эти слова, Игарова рука безжалостно схватила за отвисшие кабаньи причиндалы.