Олаф Локнит - Проклятие Змея

—... Он говорит правду, — вдруг заметил Тотлант. — Пиктов подряжали не для убийства. Похоже, дикари пренебрегли приказом и решили вырезать наш отряд по собственной инициативе.

— Принимается как смягчающее обстоятельство, — бросил Конан. — Продолжай, Доран.

На предоставленные месьором Лейном деньги (сумма оказалось внушительной, но ее стократно возместят сокровища Тразариха...) была срочно нанята дружина Харальда Змеелова и оказавшийся в той же гавани аргосский пиратский корабль — тот самый карак, который видели Сигвальд с Темвиком. Кто капитан? Ваше Величество, наверное, его не знают — некий Алонсо Руис из Мессантии.

— Алонсо? — у Конана просто челюсть отвисла. — Ишь, куда забрался старый негодяй! Как не знать, знаю... Паскуда редкостная, даже по меркам Барахас! Доран, это была твоя самая большая ошибка — добры молодцы капитана Алонсо, увидев сокровища, перерезали бы всех вас за милую душу! Знаешь, какая у него была кличка на Полуденном Побережье? Алонсо Кишки Наружу. Есть у него милая привычка вспарывать животы своим противникам, от грудины до пупка...

— Предусмотрено, — небрежно ответил Доран. — Я же не полный идиот... Мои волчата задержали у себя в гостях двоих сыновей капитана, и если Алонсо устроит неприятный сюрприз, оба прелестных малютки умрут какой-нибудь жутко неприятной смертью.

— Хороши малютки, — фыркнул киммериец.— Два мордоворота, по двадцать с лишним лет каждому... Да и гнусным характером целиком удались в папочку. Честное слово, ни по самому Алонсо, ни по его отпрыскам скорбеть не буду, даже не уговаривайте. Кстати, позапрошлой ночью мы, случайно, не ваш корабль утопили?

— Случайно наш, — огорченно покачал головой Простец. — Спаслись лишь немногие, включая мага.

— Как его имя? — осведомился Тотлант. – Я знаком со многими адептами Черного Круга, вдруг еще один знакомый отыщется?

— Он не из Стигии... Аквилонец. Принял посвящение в тайном капище Сета, неподалеку от Шамара. Ангильберт из Таброния.

— Никогда не слышал, — отрекся волшебник, а Конан воскликнул с не наигранным возмущением:

— Что творится на белом свете, а?! Куда только смотрит барон Гленнор?! Тайные капища, подданные Аквилонии вступают в Черный Круг... Кошмар! Хальк, когда вернемся, напомни мне, чтобы я попенял Латеране. Вернемся, однако, к нашим баранам. Доран, а что ты скажешь насчет проклятия, тяготеющего над кладом?

— Проклятие? — усмехнулся толстяк. — Я, государь, сугубый реалист и предрассудками не страдаю. Надо отделять золото от сказок. Предпочитаю золото.

— Боюсь, золота Нифлунгов тебе не видать,— снисходительно проворчал киммериец. – А вот двадцать пять лет рудников или галер я тебе обещаю твердо — хоть жирок сбросишь. Убивать тебя пока никто не будет, пригодишься в будущем. Геберих?

— Слушаю, Конан-рикс.

— Приставь к этому господину двоих дружинников построже. Попробует сбежать — повесить. Можно не за шею.

В шатре Конана было душно и тесно. Королевская палатка, бесспорно, довольно велика, однако, сейчас в гостях у достославного государя находились практически все главнейшие участники похода за кладом Нифлунгов, не исключая грустного Руфуса из Оргайла и улыбчивого Сигвальда, страшно довольного своим недавним подвигом — ничего себе, изловить настоящего злодея короны!

— Предположим, что нашими действиями и впрямь руководит Хранитель сокровищ, — вслух размышлял аквилонский король. — Этот неизвестный монстр желает, чтобы золото попало именно в мои руки, и потому главнейший соперник, Доран, выведен из игры. Хранитель почти наверняка содействовал Темвику и стае белых волков — поймали-то они не мелкую сошку, а предводителя!

— Случайность! — разом обиделись Темвик с Сигвальдом. — Доран со страху побежал в сторону, где укрылась засада! Там мы его и скрутили.

— Ему могли и подсказать... – недоверчиво хмыкнул Тотлант. — Хранитель почти наверняка может незаметно влиять на волю и разум человека.

— Ладно, давайте ненадолго забудем о Доране и подумаем, какой негодяй его нанял? — вопросил киммериец. — Кто прячется за спиной пресловутого «месьора Лейна»? Подозрения у меня самые нехорошие, скажу прямо... Хальк, что скажешь? Ты у нас первейший дворцовый интриган, значит, можешь если не догадаться, то хотя бы предположить — кто против нас играет?

— Он играет не против нас — это вторичный постулат, — не задумываясь, ответил я. — Первично — золото царя Тразариха. Мы являемся лишь досадной помехой на пути к сокровищам. Ясно как день, Доран Простец этого человека побаивается и уважает, как младшие львы в прайде уважают вожака. Слышали, что было сказано? Ежегодный доход от незаконных сделок и контрабанды превышает две сотни тысяч — сумма умопомрачительная, почти одна пятая от доходов государственной казны! Хозяин месьора Лейна почти наверняка обладает реальной властью и реальным влиянием в королевстве, пускай иногда ему и требуются услуги обычных низкопробных бандитов наподобие тех, что ходят под рукой Дорана. Давайте вспомним, кто из высших дворян и купцов Аквилонии обладает крупными состояниями, сколоченными за последние пять лет — именно столько Доран знаком с Лейном?

— Я ж тебе не государственный казначей и не глава налоговой управы, — развел руками Конан. — Гленнор мне обычно докладывает, кто и сколько приворовывает из казны, кто из придворных обогащается не самыми достойными способами, но здесь совершено другой размах! Чувствуется сила большой и тайной организации, выкачивающей золото из крупных городов и провинций!

— А если это сам барон Гленнор пошаливает?— подал я еретическую мысль. — Тайная служба не может существовать без денег — это аксиома! Надо платить аквилонским конфидентам, подкупать чиновников в сопредельных странах, устраивать заговоры и покушения, содержать тайную гвардию «Беркутов»... Представляешь, во сколько казне обходится такое удовольствие, как Латерана?

— Хотите чеканную историческую фразу? — оскалился король. — Хальк, можешь записывать: «Тайная служба — лучший друг короля!» А равно и наоборот. В первый год моего правления без помощи барона Гленнора и его ведомства мы просто не удержались бы у власти. Расходы на Латерану оправданы, тем более, что я дозволяю Гленнору и графу Кертису зарабатывать деньги самостоятельно и далеко не всегда законно. Знаешь сколько питейных домов и борделей лишь в одной Тарантии принадлежат Латеране? Вот то-то же. А я знаю! Гленнор к истории с Дораном непричастен, готов руку дать на отсечение — барон служит королевству и королю. Тут что-то другое, более простое и сложное одновременно...