Виктор Исьемини - Летний зной

— Мам! Ну, мама! Пить хочу!

Женщина устало вздохнула и велела слугам готовиться в путь. Потом отыскала кувшин, напоила капризного мальца, пригладила кудри старшего (тот досадливо морщился и норовил увернуться)… Наконец старший латник доложил: они готовы.

Вдова села в возок и велела:

— Поглядывайте, не появится ли благородный ок-Ренгар с союзниками.

Долго дожидаться не пришлось. Вместе с одноглазым рыцарем лагерь под Энгрой покинули около двух сотен воинов — полтора десятка сеньоров, которых ок-Ренгар пригласил принять участие в предприятии. Выглядели вояки достаточно браво — все в потертых плащах, в помятых видавших виды доспехах. И латники под стать сеньорам — тощие, костлявые парни на тощих костлявых конях, сущие разбойники с виду. Впрочем, они и есть разбойники по большому счету.

Одноглазый подъехал к повозке и склонился к оконцу:

— Мадам, мы готовы. Велите выступать?

Вопрос был вежлив по форме, но подразумевал распоряжение. Отныне госпожа ок-Дрейс вновь избавлена от необходимости отдавать распоряжения, в походе за всем присмотрит одноглазый рыцарь.

— Да, конечно, — кивнула вдова.

— И еще… — ок-Ренгар пожевал седой ус. — Какие-то дворяне наблюдали за нашими сборами. Похоже, этот поход их заинтересовал.

— Что за дворяне?

— Мне они незнакомы, но, думаю, мы еще встретимся с ними по дороге. Я велю Ангольду, чтобы держался поближе к вам и помог, если что.

«Ангольд, — подумала вдова, — вот как его зовут, этого славного малого. Ангольд».

Дворяне, на которых обратил внимание ок-Ренгар, и в самом деле объявились — настигли колонну в пяти или шести километрах от Энгры. Приглядевшись, вдова признала того, кто скакал впереди, сосед ок-Дрейсов. Считался союзником, поскольку не имел достаточно сил, чтобы вредить.

— Мадам! — выкрикнул рыцарь, осаживая коня в нескольких шагах от повозки. — Госпожа ок-Дрейс! Что я вижу! Вы ведете вооруженных людей, целое войско — и куда? Уж не намерены ли вы принять помощь чужаков! А как же мы, давние добрые друзья Дрейсов? Я… и прочие… почему вы не обратились за поддержкой к нам. Мадам ок-Дрейс! Как же так!

Еще бы, обратиться к ним… Тогда сеньората над Вейвером точно не видать — это вдова знала наверняка, потому и не подумала просить о поддержке земляков.

— Как же так! — надрывался сосед. — Госпожа ок-Дрейс, мадам! Скажите, куда вы их ведете!

— Не ваше дело, — прозвучал уверенный голос, и окошко перед вдовой закрыл лошадиный круп, покрытый линялой попоной. Ангольд направил жеребца между крикуном и повозкой. — Извольте-ка убраться прочь с нашего пути. Дорогу прекрасной даме ок-Дрейс!

В последней фразе при иных обстоятельствах могла бы почудиться ирония, но голос рыцаря был спокоен. Его соратники разъехались с дороги вправо и влево, пока сосед ок-Дрейсов кричал в темное окно повозки. Теперь два отряда сантлакских вояк застыли, обратившись фронтом навстречу друг другу и, хотя оружия к бою никто не приготовил, сцена приобрела зловещий характер. Под началом одноглазого было вдвое больше людей — и соседи отступили. Вдова с благодарностью подумала о б Ангольде — как вовремя он вмешался, избавил ее от необходимости препираться с этим рыцарем…

— Мама, — подал голос старший мальчик, — а ты купишь мне такой же кинжал, как у этого господина? Такой, с драконом?

ГЛАВА 12 Юго-восток Ванета

С рассветом имперское войско двинулось навстречу неприятелю. Ок-Линвер оставался в лагере — отдавал последние распоряжения командирам отрядов и наблюдал, чтобы обозные не копались. Он нарочно поднял солдат до восхода, чтобы начать боевые действия как можно раньше. Возможно, врагу требуется время на подготовку, а возможно, черный маг любит поспать подольше — если он не поспеет провести подготовку к битве или встанет, не выспавшись, и будет в скверном настроении… любая мелочь может сказаться на исходе схватки, а старый капитан решил, что в этой битве нельзя пренебрегать никакими мелочами.

Пока старик распоряжался на месте прежнего бивака, Эрегарт Изумруд уже помчался на поле будущей схватки. Мальчишка — что с него взять! Не терпится юнцу поскорей проверить свои силы, испытать свой талант. Накануне в шатрах колдунов допоздна не стихала работа, вспыхивали разноцветные искры, грохотали заклятия, иногда к темным небесам взмывали клубы вонючего дыма. Латники держались подальше от стоянки чародеев, глядели искоса и сдержанно поругивались. Более набожные да пугливые — бормотали молитвы и осеняли себя святым кругом.

Ок-Линвер не вмешивался, пусть маги занимаются своим делом, его интересует лишь результат. Если сумеют колдунишки своим противным Гилфингу искусством остановить закованных в сталь големов — то и славно, больше ничего от них капитану не нужно.

Дождавшись, чтобы самые нерадивые обозные мужики закончили сборы и напоследок отругав лодырей, ок-Линвер отправился к отрядам, которые разворачивали фронт на равнине. Поутру было прохладно, но денек обещал быть жарким — в небе ни облачка. В лесу темнее, но стоит задрать голову — и взгляду открывается розовая панорама. Рассветное солнце выкрасило ветви деревьев и небеса над ними неестественно розовым цветом. Вчера, на закате, все было облито багрянцем, будто кровью плеснули, но на рассвете все выглядит куда как радостней… Капитан был уверен, что кроваво-красного нынче к вечеру на окрестных полях будет предостаточно, и не солнце окажется тому виной… Однако ок-Линвер был слишком флегматичен, чтоб задумываться об отвлеченных вопросах, его ждали куда более насущные заботы.

Свита капитана — десяток всадников — все, как один, немолоды — ехали следом, этих и вовсе ничто не волновало. Им не было нужды рассуждать, достаточно исполнять приказы. Сходным образом мыслили и ванетские графы. Они поголовно, в общем-то, затаили недовольство распоряжениями ок-Линвера, но никому не пришло в голову не исполнить приказов. Когда старик выехал из-под сени леса на равнину, отряды латников уже заняли позиции на краю пашни под розовым небом. Кавалерия выстроилась, сохраняя деление на отряды под графскими знаменами, в центре — красно-желтые плащи гвардейцев. Ок-Линвер направил коня между эскадронами, на ходу бросил, ни к кому конкретно не обращаясь:

— Где Изумруды?

Гвардеец, оказавшийся ближе, указал вперед. Чародеи расположились перед фронтом кавалерии. Ок-Линвер кивнул и пустил коня шагом. Когда капитан миновал строй, увидел магов. Изумруды стояли тесной группой, нанятые ванетинские колдуны держались поодаль, не смешиваясь с зелеными плащами. Юнцы Измруды, позабыв приличную сдержанность указывали пальцами и звонко перекликались: