Алла Щедрина - Право вредности

Роджер пожал плечами:

— Я образованный молодой человек, подающий надежды, но не более. После смерти отца оказалось, что его состояние далеко не столь значительно, как я представлял, его хоть и хватило на оплату долгов, для жизни не осталось ничего. В результате я нанялся не необременительную, как мне показалось, работу, с перспективой женитьбы на состоятельной нанимательнице.

— Неплохо. Хотя последнее — лишнее, так как… ну, любой, знающий меня хоть немного поймет, что это чушь.

Роджер усмехнулся:

— Мне откуда об этом знать? А пока разберусь, что к чему, отступать будет некуда — придется ждать и надеяться на то, что ты все-таки оценишь меня по достоинству. — Роджер, привстав, церемонно поклонился. — Кстати, это может объяснять, почему я избегаю романов «на стороне».

— Только не полностью, — заметила Арика, включаясь в игру. — Это выглядело бы слишком неестественно. Будешь периодически заводить себе кого-нибудь, тщательно скрывая это от меня. Мужчина ты или нет, в конце концов?! Местные кумушки будут в восторге! — Она расхохоталась. — Что ж, на первые три-четыре года сойдет. А там видно будет.

— Исходя из моего опыта, подобная «крыша» может быть действительна до десяти лет и даже дольше.

— Д-да? — с сомнением заметила Арика. — Что ж, посмотрим. Кажется, все. До завтра.

— Прошу прощения, Арика.

— Да?

— У тебя в комнате стоит компьютер, подключенный к сети. Нельзя ли сделать отводку в эту? Чтобы мы…

— О чем разговор! И не отводку, наверное. Просто поставим вам комп и сделаем сеть. Чтоб вы пользовались информацией из моего и ты, Лонг, пожалуйста, займись «секретарской» работой. Что важно, а что нет, сообразишь. И, если ты не против, домашней бухгалтерией. Она меня уже достала. Договорились?

— Да, — ответил Лонг.

— Еще какие-нибудь пожелания?

— Нет, пока все, спасибо, — отозвался Роджер.

— Тогда пока. До завтра.

Арика проснулась от того, что ее бесцеремонно трясли за плечо.

— Мг-м, — она продрала глаза и недовольно сфокусировала взгляд на Вете.

— Что еще стряслось?

Вместо ответа Вета разрыдалась. Ошарашенная, Арика быстро села на кровати, окончательно проснувшись:

— Да что с тобой?

— Меня а-арестовывают, — сумела выдавить из себя Вета сквозь череду всхлипов.

— Что-о? За что? — Дотянувшись до подруги, Арика посадила ее рядом на кровать и обняла за плечи. Одновременно она послала успокаивающую волну, и вскоре Вета могла говорить почти членораздельно.

— Доритас, ну, мой последний… Он подал заявление в полицию, что я украла у него какие-то бумаги.

— Какие бумаги?..

— Откуда я знаю? — Вета снова разрыдалась.

Арика, вновь послав успокаивающий импульс:

— А с чего ты вообще взяла?..

— Из салона позвонили. Туда за мной целый наряд полиции прислали. Они обыскали все. Кора, у нее муж сестры в полиции, потихоньку вызнала, что к чему и успела предупредить. Они вот-вот будут здесь!

Звонок, раздавшийся от входной двери, заставил обеих подскочить. Вета испуганно вцепилась в подругу.

— Успокойся. Если это всего лишь бумаги, ты и двух часов не просидишь — вытащу тебя под залог. А вот что ты вся зареванная — плохо. Постой-ка, — Арика, сосредоточившись, быстро привела подругу в порядок. Она сама не раз использовала подобное заклинание, поэтому все получилось быстро.

— Притворись, что арест для тебя полная неожиданность, поняла? Возмущайся, скандаль…

Вета неуверенно кивнула.

— Так, чем мы тут занимались, — Арика, вскочив, распахнула дверцы шкафа и, вынув из него несколько вешалок с одеждой, раскидала их по креслам и дивану. — Я советовалась с тобой, что надеть в театр. Поняла? И понаглей, понахальней! — Арика накинула легкий халат и плюхнулась в кровать. Как раз вовремя — за дверью послышались шаги.

Стук в дверь, и после небрежного «Войдите» в комнате появился Роджер. Увидев женщин, он остановился в нерешительности.

— Кто там пришел? — небрежно поинтересовалась Арика. — Я никого не приглашала.

— Полиция. Хотят видеть госпожу Вету. — он виновато взглянул на Арику, чуть пожав плечами.

Та вскочила, демонстрируя удивление с долей возмущения. Краем глаза она следила за Ветой, на лице которой отразился страх, впрочем, тоже как бы вперемешку с удивлением.

Из-за спины Роджера, отодвинув его в сторону, в комнату вошел сержант полиции. Арика, обняв Вету за плечи, холодно-вежливым тоном приветствовала блюстителя закона.

— Доброе утро, господин сержант. Чем обязана?

— Вы хозяйка дома?

— Да.

— Вот ордер на обыск вашего дома, а также ордер на арест Веты Кроес, присутствующей здесь.

Судя по шуму, обыск уже шел вовсю. Продолжая обнимать Вету одной рукой, другой Арика взяла протянутые бумаги. В ордере на арест причиной были проставлены подозрение в шпионаже и государственной измене. Арика сжала губы.

Вета вдруг ощутимо вздрогнула и подалась назад. Подняв глаза, Арика увидела в руках у сержанта наручники.

— Господин сержант, — Арика, чуть улыбнувшись, пренебрежительно указала на браслеты, — не думаю, что в этом есть необходимость.

Сержант покачал головой:

— Таков приказ.

— Да ладно вам. Или вы всерьез опасаетесь, что не сможете всем отрядом контролировать единственную женщину? Кстати, представьте, что скажут об этом журналисты, которые, наверняка, дежурят уже у подъезда.

Сержант упрямо покачал головой.

Неожиданно вмешался Роджер:

— Прошу учесть, господин сержант, что госпожа Вета является творческой личностью. Ее психика гораздо более хрупка, чем у нетворческих людей. Не говоря уже о том, что, как сказала госпожа Арика, являясь женщиной, госпожа Вета не представляет для вас опасности, — он задумчиво покачал головой. — И, несмотря на это, вам было приказано использовать наручники?

— Не было распоряжения не использовать их. При обвинениях данного уровня наручники обязательны.

Роджер небрежно пожал плечами:

— Вероятно, это обычный недосмотр. Ведь согласитесь, необходимости в этой мере нет. В случае же, если уточнение не было сделано сознательно, то это, скорей всего, является оказанием на госпожу психического давления. Что, в свою очередь, говорит о недостатке фактов обвинения, иначе в подобных уловках необходимости бы не было.

Сержант явно заколебался. Роджер, тем временем, уверенно закончил:

— И, кстати, кому бы все это ни было выгодно, возмущение знатных клиентов госпожи выплеснется на выполняющего приказ, а отнюдь не на тех, кто его отдал.

Вета, до сих пор молча стоявшая рядом с Арикой, вдруг решительно махнула головой и с чуть подрагивающей улыбкой шагнула вперед, протягивая руки: