Бер М. - Океан Надежд. Весна перемен

   - И какие земли вы обрабатываете? - спросил Кевин, глядя на еле заметный тусклый свет свечи, горящий в окне дома Доббсов.

   - Есть поле на расстояние в тысячи шагов от фермы, если идти на север. Там поле не только наше, но и наших соседей - Стивенсонов, Ларсонов и Прескоттов.

   - И разве нет никого кто бы смог вступиться за вас и сказать решительное "нет!" тирану-губернатору?

   - Хорошо, что наш разговор никто больше не слышит, иначе не жить нам на этом свете более. Устраивать бунты и протесты - не самая лучшая идея. Здесь и за меньшее тебя могут вздернуть на виселице, на главной площади губернии. Мы уже старики и просто хотим спокойно дожить отведенное нам время. А большинство молодежи, рожденной в местных селениях, теперь служит в губернаторской армии и получает за это хорошие деньги. Зачем им вступаться за нас? Идти против губернатора у них нет причин, да и погибать из-за стариков никому не хочется.

   - А если с ним просто поговорить? Рассказать о тяжелой жизни в деревнях?

   - Не думаю, что он захочет слушать кого-либо из ничтожного класса. Да и не добраться до него - он окружен очень хорошей охраной, которая просто убьет каждого, кто подойдет слишком близко к его дворцу без разрешения. Но есть у него главный охранник - вот кто на самом деле бешеный пес без привязи. Его зовут Джеймс Дан Гил Фостер - один из лучших бойцов в объединении Эрис. Он хладнокровен и безжалостен. Говорят, что губернатор принимает столь тяжкие для нас указы исключительно по его советам.

   Они дошли до фермы Доббса и остановились у амбара. В окне, где горел свет свечи, стояла Марта, с беспокойством вглядываясь во мрак.

   - Тебе надо отдохнуть, Кевин. Твои силы еще полностью не вернулись к тебе, а потому тебе нужен покой. - Фрэд помолчал. - Я знаю, тебе будет трудно его найти, но тебе стоит попытаться. А завтра, мы еще поговорим.

   На этом, Фрэд похлопал по плечу своего гостя, и направился к дому.

   - Фрэд! - окликнул его Кевин и тот обернулся. - Спасибо тебе за все. Спасибо вам обоим.

   Фрэд только приподнял в ответ руку и скрылся за дверью.

   Кевин простоял на месте, пока в окне Доббсов не погасла свеча. Затем, он взглянул на луну, чей магический свет проглядывался меж скоплением туч, и вошел в амбар, который в последние дни стал его спальной комнатой.

   Он долго не мог заснуть лежа на твердой постели и укрывшись колючим шерстяным пледом. Его голова продолжала перемалывать всю информацию, полученную им от Фрэда, но все чаще мысли его возвращали к Клэр и Кэтти, от чего он в какой-то момент не смог совладать со своими эмоциями и вновь зарыдал. Он сжимал зубами край пледа, чтобы его крик не разбудил пожилую пару. Он не хотел, чтобы Фрэд появился в его дверях с испуганной миной на лице. Он хотел побыть один, а потому сдерживал крики как мог.

   Когда силы на рыдания у него иссякли, он незаметно для самого себя уснул. Во сне к нему приходили только хорошие сны, в которых он понятие не имел о смерти жены и дочери и о параллельных мирах. На утро он не помнил, что ему снилось, но знал, что проснулся с улыбкой на губах.

Глава четвертая -

Логово

ведьмы.

Shallow

-

Poets

of

the

fall

1.

   Фаундэр закапризничал еще в начале пути. Возможно, его одолела лень и он решил показать хозяину свой капризный нрав, а может - он просто почувствовал, что дорога, которая им предстояла, ничего хорошего им обоим не сулила. Он недовольно фыркал, бил копытом и пытался укусить Бена Гор Уиллиса за руку, во время седлания. Бену с трудом удалось закрепить ремень под брюхом жеребца, который никак не хотел стоять смирно. Но, стоило пряжке сомкнуться, Фаундэр смирился и принял поражение.

   - Будь паинькой, парень, а взамен я угощу тебя сухарями, как только мы вернемся назад, - пообещал ему Бен, и конь одобрительно закивал, словно понимая человеческую речь. - Вот и славно.

   Уиллис погладил коня по гриве и похлопал по шее, после чего обернулся назад, услышав за спиной топот копыт другого коня. К нему приближался Райен Бэк Стерн на своем коне Веррасе. Кличку его конь получил в честь губернии, в которой он якобы родился, после чего был привезен в Андор отцом Стерна и подарен сыну на пятнадцатилетие.

   Райен Бэк Стерн был почти на десять лет моложе Бена, и примерно на столько же глупее. По крайней мере, так считал сумевший пробиться в люди Бенджамин Гор Уиллис - сын кузнеца Альфреда Уиллиса из ничтожного класса. Райен Бэк Стерн был второй причиной, по которой Уиллис не хотел отправляться в путь, но, к сожалению, не главной - компанию двадцатилетнего шалопая он бы смог вынести в течение суток, - но была другая, гораздо более весомая причина его нежелания отправляться в путь. А именно: Ивенский лес, болото Бувалн, и та, которая жила там последние двести лет. По легенде, андорская ведьма было коварной и злобной старухой, которая за долгие годы своей жизни погубила не мало человеческих душ. Но, выбора у Бена не было, уж таков был приказ губернатора, а он, как солдат губернаторской армии, должен был подчиниться.

   - Приветствую тебя, Бен, - поздоровался Райен, на что Уиллис ответил плевком себе под ноги. - Ты в первый раз посетишь те места?

   Запрыгнув в седло и сжав узду, Бен уставился в даль, туда, куда им предстояло отправиться.

   - Так как? - переспросил Райен, отхлебнув немного воды из своей фляжки.

   - Да. И, надеюсь, что в последний.

   - А я уже бывал там.

   Уиллис скептически поглядел на своего вынужденного товарища, после чего Райен неловко пожал плечами.

   - Ну, хорошо. На болоте я не был, но доходил до мест, откуда до него было рукой подать. Я и Фил - мой покойный старший братец, - часто бывали в Ивенском лесу и собирали хворост. - Уиллис подстегнул Фаундэр, и Стерн, чтобы не отставать от него, проделал то же самое с Веррасом. - Как-то, Филу захотелось отправиться вглубь леса. Мне эта идея показалась заманчивой. Конечно, мы слышали истории о Диздейн в детстве, и эти истории нас пугали, но нам ведь уже было по пятнадцать-шестнадцать лет, и мы считали себя вполне взрослыми, чтобы не испугаться при личной с ней встрече. - Райен хохотнул и мотнул головой, словно говоря: "Ну и дураками же мы были тогда".- Мы шли вглубь леса, по пути собирая хворост - благо, чем дальше мы шли, тем больше его становилось. Деревья из тонких и молодых, становились все толще и старее. Нам обоим было страшно, но никто не хотел в этом признаваться, а потому мы шли дальше. В лесу стояла полная тишина, словно никого кроме нас в нем живого отродясь не было. Даже сейчас, особенно по ночам, вспоминая тот день, чувствую легкую дрожь во всем теле. Боюсь, что дрожь может появиться и сейчас, стоит нам предстать перед Ивенским лесом.