Людмила Власова - Печать Тамирайны

— Ой, и не говорите, — махнула рукой я, — а эта так называемая устойчивая помада?

Русалки заголосили снова, но на этот раз предметом их негодования были производители импортной косметики. Через полчаса я поняла, что земноводные — девки хоть и недалекие, зато свои в доску. Они тоже прониклись ко мне доверием и повели к дому лешего короткой дорогой. По пути я сообщила им, что к лешему приехал внучок — Макар. Это известие вызвало у русалок приступ игривости. К дому лешего мы шли с песнями и плясками.

Как выяснилось, леший Архип жил в самом центре зачарованного леса. Его типично русский двухэтажный терем с банькой и хозпостройками стоял на огромной поляне. Подойдя к самому терему, русалки самыми соблазнительными голосами изо всех сил заорали:

— Макарка, пошли в озере плавать! Макарушка, выходи! Мы соскучились!

— Дедуля, так я пойду? С русалками поздороваюсь… — раздался в тереме лицемерный голос зловредного недоросля.

— Сидеть, — решительно отрезал дедуля. — Никаких тебе гулянок, раз ведьму упустил! Да и вообще латынь за тебя водяной учить будет? А с этими мокрохвостыми я сейчас разберусь!

Дверь терема распахнулась, на пороге возник мужчина средних лет в зеленом пиджаке с золотыми пуговицами, черных брюках и домашних тапочках. Даже несведущий легко заметил бы его сходство с Макаром: та же долговязая фигура, те же густые светлые, почти белые, волосы, те же пронзительные голубые глаза. Только его излишне длинные уши с заостренными краями казались какими-то не очень человеческими.

— А ну цыц, бесстыдницы! — Мужчина пригрозил русалкам кулаком. — Нашли, кого на озеро звать! Дите еще несовершеннолетнее, у него едва-едва жабры прорезались и не затянулись еще, а они его в воду тянут. Еще раз на пороге появитесь — до следующей весны ивами плакучими у озера стоять будете!

Услышав угрозы лешего, русалки испуганно пискнули и кинулись врассыпную. Я осталась стоять перед теремом. Его хозяин критически оглядел меня с головы до ног и спросил:

— Ну а ты кто будешь?

— Вера Цветкова, — отрекомендовалась я. — Кажется, вы за мной вашего недоросля посылали.

Мужчина явно растерялся, но быстро взял себя в руки и раскланялся:

— Архип из рода Мак Аров, местный леший. Рад видеть у себя правнучку моей близкой подруги. Прошу в дом.

Из сеней я, прячась за широкой спиной Архипа, прошла в обычную древнерусскую горницу, заставленную древнерусской же мебелью: стол, несколько лавок, штук шесть сундуков. На лавке в дальнем углу комнаты сидел Макар. Он чесал спину моего давнего знакомца — оборотня. Правда, теперь у клыкастой твари вся морда была забинтована. Повязки красовались и на обожженных боках. Сладкая парочка смотрела примощенный на одном из сундуков телевизор, который каким-то чудом работал в этом медвежьем углу.

Оборотень заметил меня первым и, заскулив, проворно пополз под лавку. Макар, увидев меня, просто открыл рот и не смог его закрыть.

— Ну, здрасьте всей честной компании! — С этими словами я плюхнулась за стол.

— Ты почто же, девица, животину забидела, — нараспев, в лучших руссконародных традициях произнес Архип Макаров, указав на оборотня, который мелкой дрожью трясся под лавкой, прикрывая морду лапами.

— А внучок ваш, между прочим, трус и род ваш позорит! — сразу же настучала я. — Он оборотня на меня натравил, чтобы тот меня сожрал и я никогда не перевела бы демона в наш мир.

Архип испытующе посмотрел на Макара. Тот покраснел, отвел глаза, но запротестовал:

— Врет она, деда! Как есть врет! Неужто ты родному правнуку меньше веришь, чем какой-то ведьме?

— Я ни тебе, ни ей пока не верю, — ответил леший. — Оба вы мне странные истории рассказываете.

Архип задумчиво потер подбородок и обратился к волку:

— А ну-ка, Вульфыч, скажи, какую команду тебе Макар дал, когда за ведьмой посылал?

Оборотень нерешительно высунулся из-под лавки и тявкнул:

— Фас!

— Ага, вот, значит, как! — нахмурился Архип, зловеще глядя на Макара.

— И это еще не все, — подлила масла в огонь я. — Он меня бросил в лесу у кривой березы и один к вам ушел. Надеялся, что я заблужусь и помру с голоду.

— Как же ты тогда вход в наше царство нашла? Обычному человеку через кривую березу путь заказан, — из своего угла вякнул Макар.

Архип внимательно присмотрелся ко мне и довольно улыбнулся:

— Ай, хитра, девка! Вся в свою прабабку! Не тебе, Макар, с нею тягаться. Она тебя, как малька русалочьего, вкруг пальца обвела. Одежду на границе нашего царства вывернула— и вроде как царству людей уже не принадлежала, потому и сквозь березу заговоренную прошла. Древний способ, испытанный. Немногие о нем помнят. Мало того что теперь она в нашем царстве свободно перемещаться может, так еще и ни одна нечисть вреда ей причинить не в состоянии.

Я не стала убеждать его в том, что футболку шиворот-навыворот надела случайно. Пусть считают меня крутой! А Архип продолжал:

— Не держи зла на Макара. Он дитя еще, малое, неразумное. Всего-то ему восемнадцать весен от роду, только-только жабры режутся. И мать у него из роду русалочьего. А они хоть красивы и поют — заслушаешься, а все одно — неумные. Вот и Макарка разумом-то по материнской линии пошел…

— У меня от матери одно — талант грандиозный! — не выдержал Макар. — Голос, как у соловья.

— Разве что у Соловья-разбойника! — с неприкрытой издевкой произнес леший. — Как взвоет, так все птицы окрест замертво падают.

— Слушайте, а Витас вам не родня? — заинтересовалась я. — У того тоже, говорят, и жабры были, и голосина — что у сирены. Милицейской.

— Да кто ж его знает? — вздохнул Архип. — Пути крови неисповедимы. Как теперь узнать, кто кому какой родней приходится? Веков-то сколько минуло! Вот и мы с тобой, Вера, может, не чужие. Прабабка-то твоя, Настасья, так и не сказала, от кого ребенка ждала. А на младенца я глянуть не успел…

— Так вы с моей прабабкой?!. — охнула я.

— Так ты с ее прабабкой?!. — поддержал меня Макар.

— Ну, я говорю — близкая была подруга, — смутился леший.

От непредсказуемости поворотов голова шла кругом. Почему я никогда не интересовалась своей родословной? Осталось только выяснить, что в моем роду дубовые лешие были. Стыд и позор! Кажется, последнюю фразу я произнесла вслух, потому что Архип отреагировал мгновенно:

— А нечего тут стыдиться! Это мы в России дубовыми лешими числимся. А в Западной Европе нас, лесных хозяев, эльфами называли. Там родство с эльфами почетно. Да и я не из захудалого какого рода, а из великого клана Мак Аров. Вот ты даже прабабку свою не помнишь, а я свою родословную на тысячи веков назад перечислить могу. И каждый сын нашего рода своим происхождением гордится, и в имени его есть родовая частичка — Ар. Наш род когда-то правил целым миром, а может, правит и теперь. Сребролистые леса Элериара! Эх, увидеть бы хоть раз мир, в котором родились мои родители! Они до самой смерти своей мечтали туда вернуться и мне эту мечту завещали…