Ника Емилина - Неистребимые кровью

– Кем?

– Зеброй, – уточнил вампир, – а вместо клюки он будет опираться на меч… Нет, до миллиона он не доживёт, – оценивающе глядя на нахмурившегося Рила, сообщил Фисэл, – Думаю, что его создателя найдут раньше.

– На что ты намекаешь? – уточнил рассерженный… а я не говорила, что Рил теперь снова эльф?

– На то, что уговорить уничтожить тебя, ничего не будет стоить.

Глаза Валериля заискрились. Сделав один огромный шаг и очутившись рядом с вампиром, он выкинул правую руку вперёд, одновременно с этим выпуская когти.

– Что бы убить меня, – медленно проговорил он, щекотя шипами шею вампира, – тебе действительно понадобится найти моего создателя, или того, кто кровно с ним связан. А мне, что бы убить тебя, не понадобится ничего.

Я скосила глаза на вампира, осознавая серьёзность момента. Фисэл тоже это осознавал. Я вспомнила ту встречу эльфа и вампира, посреди дороги в Роэлию и сравнила эти встречи. Вампир снова его боялся. Теперь, когда Валериль снова был здоров и силён, его можно было бояться. Вампиру.

– Слышишь ты, – прошипела я, вырастая с дивана неприступным Эверестом рядом с этим… этим… ну, ясно, короче, с кем. – Не слишком ли много ты о себе возомнил, а? Не так давно, насколько я помню, ты героически проиграл какому-то призраку…

Отшвырнув в сторону вампира, Валериль повернулся ко мне.

– Что, будешь бить ни в чём не повинную девушку, да? – плаксиво протянула я.

– Нет.

Я удивлённо вскинула брови.

– Но лишь потому, что ты владелица бриха.

– Звиняй, конечно, – вздохнула я, – но твой обожаемый брих… тю-тю…

Валериль посмотрел на меня, как на ничтожество, ничего не понимающее в том, про что говорит. Сам такой! А я действительно не понимаю, потому что ничтожество, которое считает меня себе подобной, не удосужился объяснить мне в чё проблема этого ничтожного мира.

– Без тебя брих – пустышка, – прошипел он.

– Значит я – что-то стоящее? – тоже мне, вещь нашёл.

– Как и брих без тебя, так и ты без него, – пожал плечами эльф. – Ты тоже ничего не значишь без бриха.

Этот хам окончательно меня запутал. Ну, ничего, он мне ещё всё расскажет… Ах, да, я же с ним не разговариваю! Одного только не могу понять, почему он боится сказать мне, как я связана с брихом. А взглянула на Фисэла, вспоминая тот момент, когда между нами возникла мысленная связь.

«Фисэл?»

Вампир повернул голову в мою сторону.

«Что?»

«Ты можешь прочесть мысли Валериля, как читаешь мои?»

«Нет».

«Почему?» – а то не справедливо как-то мои так можно, а как чьи-нибудь другие так шиш вам с маслом.

Вампир улыбнулся моей внутренней тираде.

«Валериль – не человек. Он может защитить свои мысли, водрузив передо мной каменную стену».

«Забор», – решила поправить я, вспоминая, как сравнивала с забором Валериля. – «И, знаешь, я сомневаюсь, что ты не смог бы пробить каменную стену».

«Ты слишком лестно обо мне мыслишь…

Да, обычно я «мыслю», что ты – мерзавец.

«…но… честно говоря, я могу читать мысли… нет, забудь».

Я сплюнула. Нет, ну разве так можно?! У одного тайны, и другой что-то скрывает. А я между двух огней, да?

– Да кто же мог его украсть?! – возмутилась я со всей горячностью, на которую была способна, вслух, но совершенно на другую тему. Точнее, ну совсем не в тему.

Фисэл вздохнул и присел вместе со мной на диван, у которого осталась в этой жизни только одна мечта – оказаться на свалке. Вампир потянулся, хрустнув чудом не поломавшимися костями, а то, как я говорила, Валериль швырнул его в сторону. Но я не упоминала, что эта сторона находилась в десяти метрах от дивана.

На Валериля, тем временем, без жалости вообще смотреть было невозможно. Сначала его глазам предстал наш немой разговор. Описываю. Стою я. В нескольких метрах от меня стоит Фисэл. Всё это с каменными рожами, а потом тупой вопрос: «Да кто же мог его украсть?!» После чего наша компания дружно садится на диван.

– Будем размышлять логически, – сообщил вампир, в котором логика прямо через край хлестала. – Вряд ли ты могла его потерять. Что из этого следует?

Лучше бы не спрашивал.

– Если я не могла его потерять, значит, его потеряла не я.

Сам же просил размышлять логически. Пусть только попробует упрекнуть, что это не логика.

– Если ты не могла его потерять, – торжественно начал вампир, ощущая собственное умственное превосходство. Ха! Там такое превосходство, что если бы мозги у Фисэла были из шоколада, то их не хватило бы, что бы заполнить собой конфету, которую лилипут съедает на обед.

Лицо у Фисэл преобразилось. Ну, позеленело, в смысле, от услышанного.

– Если ты, – грозно начал он. – Если ты не могла его потерять, значит, ты его не теряла!!!

А? Да, моя логика – действительно не логика, – подумала я, всё ещё переваривая услышанное. Переваривать закончила, когда посмотрела на Фисэла и поняла, что ему ещё хуже.

Я живенько представила себе многотысячную толпу вампиров, пришедших услышать глас своего принца.

«Уважаемые братья, те, кто бок о бок со мной пил кровь этого человечества. Сегодня у нас украли самое дорогое, что у нас есть. А раз оно у нас есть, – драматическая пауза, – значит, у нас ничего не украли! Ура, товарищи, ура!»

И шквал аплодисментов в честь любимого принца.

Я хихикнула, глядя на обескураженного вампира.

Валериль, стоящий в сторонке, давно на нас уже плюнул, ничего не понимая, кроме того, что не понимает, как мы с вампиром друг друга понимаем…

– В смысле, – протянул Фисэл, на ходу решая, как ему оправдаться в этой ситуации. – Я имел в виду, что если ты его не могла потерять, то ты не теряла его, а у тебя его украли.

Украли? Теперь было не до шуток. Если его действительно украли… то кто? Ко мне ведь вообще никто не прикасался, кроме рила и Фисэла.

– Турнир, – подсказал мне вампир.

Турнир? Турнир!

– Но кто?!

– Ну, я не знаю, кто там на тебе валялся…

– ЧТО?!

– Тише-тише, – примирительно вскинул руки Фисэл, – на ком ты валялась…

Вампир ловко увернулся от брошенного в него обрывка цепи.

– Кстати, что там с турниром? – опомнился он, глядя на меня, в предвкушении услышать, что я заняла последнее место.

– А, – отмахнулась я. – Ничего особенного. Выиграла.

Взгляд вампира застыл.

– Ага, – кивнул он. – Ну, так с кем… хорошо-хорошо… с представителем какой расы у вас дошло до рукопашного боя в горизонтальном положении?

– Представитель эльфийской расы.

– Ну почему все сливки всегда достаются эльфам? – пробормотал себе под нос вампир.

– Что? – переспросила я.