Николай Якубенко - Игра на выживание

Через пол часа к ним пришел сельчанин в кожаных сапогах и кафтане, раскрашенным синей краской — сразу видно, солидный селянин. Он сказал что-то Агрису и они пошли в дальний конец села, к лесу. Когда они пришли к опушке, там их ждали три здоровенных, грубо сделанных топора. Селянин указал на деревья и что-то сказал Агрису. Тот поплевал на руки, взял топор и принялся рубить ближайшее дерево. «Все понятно, бригада лесорубов прибыла отрабатывать хавчик» подумал Виталик и присоединился к Агрису. За ним последовал и Макс.

Топоры были отменно наточены, и вообще было видно, что за ними следили, ручки тщательно отполированы предшествующими пользователями. Во время работы троицы селянин не выпускал их из виду — толи оценивал новых работников, толи следил, что бы те топоры не сперли… В любом случае работа спорилась. За время странствий по лесу всем троим приходилось дрова рубить и в этом деле они успели поднатореть. К тому же, то был легкий туристический топорик, а здесь — серьезный инструмент, длинный и тяжелый.

Три часа пролетели, как пять минут. Разгоряченные и обливающиеся потом «подпольщики» нарубили, наконец, приличное количество деревьев, которые тут же разделали на здоровую кучу из длинных бревен и веток поменьше. Теперь следовало перетащить все это богатство в закрома. Селянин забрал топоры, передал их появившемуся будто из ниоткуда пацану и стал руководить погрузкой груза на своих новоиспеченных работников.

Естественно, ни за раз, ни за два раза перенести бревна и дрова к дому селянина не удалось. Пришлось делать больше десяти ходок. В конце и с этим закончили. К тому времени над селом солнце стало опускаться за горизонт, «батраки» в сопровождении хозяина доплелись до своего сарая и упали без сил.

Рядом со спальной соломой находилась большая миска с перловой кашей — намного больше предыдущей, краюха хлеба и кринка с молоком. Хозяин показал своим новым работникам где брать воду, справлять нужду и удалился по своим делам. Выглядел он при этом очень довольным, прямо таки светился от удовольствия. Виталику пришла мысль, что они все-таки продешевили…

Нельзя сказать, что новоиспеченные батраки валились с ног, но устали прилично. Особенно досталось плечам, на которых перетаскивались бревна. В конце-концов сон победил усталость и все трое, как следует закопавшись в солому, заснули.

С утра землянам не терпелось расспросить Агриса — что же вообще происходит? Но конспирация, конспирация… к батракам пришла девчушка лет восьми и принесла завтрак — все ту же пресную кашу, хлеб и молоко. А вскоре появился хозяин и повел на вырубку. «Он что — весь лес решил вырубить?», подумал было Виталик, но его мысли повернули в другом направлении — компанию им составила пара пацанов лет четырнадцати, в простых штанах и рубахах. А топоров было, как и вчера — три. «Может они терминаторы — руками деревья ломать будут?». Секрет молодых терминаторов открылся просто. Они деревья не рубили, они длинными ножами обрубывали небольшие веточки от уже сваленных стволов. Большими топорами связываться с ними смысла не было, а так — в самый раз.

Работали до полудня, несколько раз делая перерыв на отдых. Вместе с ножами пацаны принесли с собой и кувшины с водой. Для себя и для работников. Еще с водой присутствовал хлеб и немного сыра.

После обеда занялись переноской древесины на уже знакомое место. На этот раз до захода солнца не успели и уже в сумерках они подошли к своему сараю. Неизменная краюха хлеба, каша и молоко были на своем законном месте. Солома тоже. Кажется, жизнь стала налаживаться.

— Чуваки, нам реально подфартило с этой шабашкой. Все могло было быть намного хуже, уж поверьте мне.

Все трое разлеглись на здоровенной копне соломы, держали во рту соломинки и разглядывали облака на небе. Одеты они были по местному прикиду — в холщевых штанах и рубахах. Поверх одежды красовались облезшие шкуры неизвестного животного, с дыркой по середине — для головы и повязанные на поясе веревочкой. То были средневековые безрукавки. Впервые за несколько недель работы у Хилда — так звали их хозяина, появилась возможность спокойно поговорить.

— Ну естественно. Пашешь от рассвета и до заката, как вол. И ни тебе спасибо, ни тебе пожалуйста.

— Макс, ты вредничаешь. Вон, даже одежды Хилд подкинул. И кормит нормально.

— А на кой ему нужны работники, загибающиеся от недоедания и пневмонии?

— И так бывает. Ситуации разные случаются. Нам повезло, что многих работников и вообще мужиков барон забрал в армию. Сейчас они сидят по казармам, лопают в три пуза кашу и готовятся встречать агрессора. А ведь и работать кто-то должен! Сено, воду таскать, дрова рубить… да мало ли чего? И тут мы, как подарок на день рождения — здоровые, выносливые, к работе очень даже годные. Помните, как он радовался в первые дни?

— А то! Ходил за нами, как на веревочке. Или пацанов к нам подсылал — что бы не убежали с хозяйским имуществом.

— Вот-вот. Было бы народу для работы достаточно — послал бы нас куда подальше. Ну или каши выделил бы за день работы. А так — рубаха, безрукавка, штаны. Красота! Очень хорошее место.

В целом такую точку зрения разделяли все. И на то были разные причины. Одна из них — селянки. Многих мужиков забрал военкомат защищать границы родного баронства. А ведь от мужиков не только работа нужна, но и ласка для нежного пола. К последнему, местное женское население и привлекало троицу. Высокие, статные, работают хорошо, смотрят приятно. Щупают еще приятней. После долгих дней вынужденного воздержания это стало приятным сюрпризом.

И вообще, на селе скитальцы потихоньку становились «своими». Никто за ними уже не бегал присматривать. С утра Агрис получал установку на дневной план работ, работникам выдавались инструменты, провиант на день и все. Приходить они старались ближе к темноте — типа работали целый день и вообще молодцы. Но и без этой показухи они старались работать хорошо. Где еще таких хозяев найдешь?

— Как там ее — Игна? Ну, пухленькая такая, маленькая.

— Ну понятно, и что?

— Да вчера с пасеки возвращаюсь — встречает с кринкой бормотухи местной и закусоном. И подмигивает хитро. Ну пошли обратно на пасеку — там сена много и вообще…

— Удивил, блин. Этим нас не удивишь, Макс. Ты бы лучше знанием языка удивлял, а не этим.

Немного освоившись на новом месте, земляне стали осваивать местный язык. Конечно, произношение освоить было нельзя — конспирация, но понимать, о чем вообще говорят люди вокруг, было вполне по силам. Начинали с отдельных слов: пила, топор, вилы, дом и прочее. Сейчас земляне могли уже понять смысл целых предложений. Простых предложений. Будущее было радужным.