Владимир Петько - Забытый мир

- Валите отсюда! - раздался сверху крик Дэнила.

Друзья, не задумываясь, побежали, им вслед понеслось "К лодке, идиоты!", и они повернули к реке. Поворачивая, Петер заметил бегущую в другую сторону фигурку, с копной рыжих волос. Громыхнуло в третий раз, и ударная волна бросила их на землю.

Дальнейшие действия Петер совершал с гудением в голове, не всегда улавливая суть происходящего. Они отталкивали лодку от берега и плыли мимо башни, почти полностью поднявшейся в воздух. Дэнил, втаскивал за шкирку в лодку маленькую рыжеволоску, а молодая ведьма, что-то надменно кричала дикарю. Потом Дэнил отрешенно смотрел на то, как летающие по кругу камни растягиваются в тонкие серые нити, образуя огромное каменное веретено, рука его свесилась за борт, из-за которого торчали голые женские ляжки и летели празднично сверкавшие брызги. И над всем этим завывало пронзительное, неумолимое "а-а-а".

Минуты через полторы звук ослабел, ноги за бортом перестали дергаться, а голова Петера прояснилась. Дэнил перекинул обмякшее женское тело обратно в лодку и задумчиво уставился на заголившиеся бедра.

- Откуда у них это дерьмо? - вздохнул он.

- А что это было? - спросил Марк, поправляя подол ведьминого платья.

- Понятия не имею, - признался Дэнил, - и это самое неприятное. Ну, ничего, я знаю, кто нам расскажет. И хватит ее лапать, подожди до вечера!

- Я не лапаю! - возмутился покрасневший Марк. - Я срам прикрываю!

- Не твое - не трожь! - отрезал Дэнил. - Очухается, сама поправит.

Кое-как, Петер с Марком, привели молодую, не старше двадцати пяти, женщину в чувство. Дэнил руководил процессом с кормы, давая ценные указания. Петеру он предложил сильнее давить на сиськи, чтобы она поняла, наконец, что он мужик, а у Марка спросил, какие на вкус у нее гланды. В конце концов, девушка затрепыхалась в руках, красных от смущения, товарищей.

- О! Не сдохла! - придвигаясь, обрадованно сказал Дэнил.

Он отодвинул в сторону Марка и навис над рыжеволосой, с самой милейшей улыбкой, на которую был способен. От этого оскала не по себе стало даже Петеру, что говорить о девушке.

- Поздравляю! Вы прибыли на борт нашего маленького, но уютного корабля. Теперь вы предоставлены заботам нашего, тоже маленького, но очень дружного экипажа. Расслабьтесь и отдыхайте.

С этими словами он подхватил девушку за талию и снова перекинул ее головой за борт. Подол спал до самой талии, за которую ее держал Дэнил, но тот лишь рассеяно-задумчиво глядел куда-то за горизонт.

- Ты что, ей на жопу пялишься, поганец? - неожиданно гаркнул он на Марка. - Это же леди! Наверное.

Марк отвернул свое багровое лицо с такой скоростью, что хрустнули шейные позвонки. Дэнил ласково похлопал по ягодицам и вытащил девушку. Та выплюнула воду и замахнулась на дикаря.

- Ты, мерза... - остаток ругательства рыжая проглотила вместе с оплеухой, прилетевшей от варвара. Голова ее стукнулась о борт, глаза помутнели, а руки тщетно пытались привести тело в вертикальное положение.

- Вот, учись, молодой, - завязывая петлю на шее девушки, тоном наставника обратился Дэнил к Петеру, - как с бабами надо. Вроде бы ты поймал ее, и положение у нее аховое, а она начинает строить из себя королевну и нагло указывать тебе, что ты должен, а что не должен. И вроде бы ты здесь главный, а ничего сделать не можешь, потому, что окажешься самым распоследним мудаком, и вообще не мужчиной. А если ты мужчина, член ведь у тебя есть, то как ты можешь быть не мужчиной? Вот и поступаешь ты как мужчина и по-другому поступать у тебя просто нет физической возможности - хер, который в этот момент работает вместо головы, не дает. А она, значит, задирает носик, презрительно сжимает губки и всем своим видом показывает - давай, мол, соответствуй.

Он завязал узел и выкинул девушку за борт. Веревка в его руке натянулась, и он стравил несколько футов. Из воды показалась облепленная мокрым, темно-красным волосом голова.

- Ублюдок... - просипел сорванный, задыхающийся голос. - Тебя все равно убьют, мерзавца! Страшной смертью убьют...

- На весла! - с ухмылкой скомандовал Дэнил. - Прокатим леди с ветерком!

Глянув на белые, вытянутые, лица спутников, он поясняюще добавил:

- Когда тебя называют ублюдком, это не значит, что тебя им на самом деле считают. Скорее хотят, чтобы ты решил, что тебя им считают и начал доказывать обратное. Когда тебя действительно принимают за ублюдка, тебе этого никогда не скажут, наоборот, ни одного резкого движения в твою сторону не сделают. Наша маленькая ведьмочка слишком хорошего мнения обо мне, но ничего, это поправимо.

Следующие полчаса Петер чувствовал себя самым мерзким человеком в мире, хотя все, что он делал, это ворочал весло. Все остальное взял на себя Дэнил. Когда пленница выдохлась, она показала сильный несломленный характер. Она не стала просить и унижаться, просто сложила руки, выпустила из легких воздух и камнем пошла на дно. Дэнил вытащил ее, откачал и снова бросил в реку. Это повторилось дважды, пока у девушки не кончились не только физические, но и душевные силы. Когда ее, наконец, вытащили, от гордой, надменной женщины остался маленький, дрожащий комок иссиня-бледной плоти с огромными зелеными глазами попавшего в капкан олененка. Дэнил связал ее, развлекая вежливым разговором о преимуществе сдирания кожи перед засовыванием раскаленного железа во в интимные места. Нюансы спиливания напильником зубов, раздробления пальцев и прочих премудростей пыточного дела - Дэнил говорил о них, как профессор Лагонского университета говорит об инфинитивах и отглагольных существительных. Рыжеволосая закусывала губки и роняла на щеки слезы, и когда Дэнил также доброжелательно осведомился, кто она, - запинаясь рассказала, что зовут ее Мелой, зачем пришли сюда не знает, их привел вожак, Аррон, ничего не объясняя, а Дэнил, сама любезность, предложил ей отдохнуть, собраться с мыслями, а вечером рассказать, что вспомнит.

Каменное веретено скрылось за горизонтом, Дэнил забрасывал удочку к камышам, а Мела, избегая смотреть на своего мучителя, разглядывала юношей. Петер отводил глаза, ему было стыдно, что он смотрел, как издеваются над невинной девушкой, и пальцем не пошевелил, даже не подумал вмешаться. Она же не понимает, что это бессмысленно, с Дэнилом им не справиться, это демон какой-то, а не человек. Марк сопел, то бледнея, то покрываясь пятнами, выпячивал грудь и отводил назад плечи. В конце концов, толи случайно, толи, замучавшись слушать это сопение, Дэнил размахиваясь удилищем, угодил Марку в глаз. Марк вскрикнул, прижал руку к лицу и на время забыл о выпячивании груди.

Вечером Петеру досталось чистить рыбу, а Марку собирать хворост. Дэнил поглядывал в котелок, изредка подкладывая веток.