Луиза Тичнер - Зеленый огонь

— Лжет! — пробормотал Тьюрлип, прежде чем раствориться в темноте. — Маленькая мисси не скажет ему и слова правды…

Он представил себе темные волосы Ривен, ее гладкие плечи и руки и облизнулся. Потом он вспомнил, как она ударила его и осыпала насмешками при их первой встрече и как ее мерзкая белая птица изо драла ему когтями всю спину. Его крошечные глазки-бусинки еще сильнее сузились. «Она еще пожалеет! — подумал он. — Они оба пожалеют. Прежде чем все будет кончено, девчонка будет моей, а птице я оторву голову!»

— Надеюсь, что мы не сбились с дороги, — пробормотал Альбин.

Вэйло громко расхохотался у него за спиной.

— Никогда не слышал, чтобы кто-то так много разговаривал со своей лошадью, как ты. Скажи мне, посланник, этот ослоухий тебе когда-нибудь отвечал?

Альбин рискнул оторвать взгляд от узкой каменистой тропы и раздраженно покосился через плечо. Вэйло снял свой шлем и теперь ожесточенно скреб пятерней заросшую неопрятным волосом макушку. Его грубое лицо не выражало при этом никаких чувств.

Броун назначил этого солдата в провожатые Альбину, чтобы он охранял его на протяжении длительного путешествия через северные горы. Несмотря на то что Альбин испытывал некоторый страх, отправляясь в эту небезопасную поездку, все же он предпочел бы ехать один, так как Вэйло только и делал, что изводил Альбина своими неуклюжими шутками да замедлял движение, останавливаясь возле каждой таверны, которая попадалась им по дороге, чтобы подзаправиться очередной порцией жидкости.

Теперь, когда они наконец вступили в горный край, отделяющий Полуостров от остального континента, таверн и постоялых дворов больше не встречалось. На протяжении всего сегодняшнего дня они поднимались по тропе, которая то и дело исчезала под копытами их коней.

— В таком гиблом месте, как это, — ответил Альбин солдату, — моя жизнь зависит от того, насколько уверенно будет шагать Травоух. Поэтому я и разговариваю с ним весь день, чтобы он держался настороже и не задремал на ходу. На твоем месте, приятель, я бы тоже слегка приласкал твоего одра.

Вэйло пожал жирными плечами.

— Лошади просто глупые животные. Не могу не согласиться, однако, что если наши вдруг понесут, мы окажемся в очень неприятном положении, — и он нахмурился, пристально глядя на опасную тропу с ее шатающимися под ногами лошадей камнями и крутыми обрывами в пропасти, столь глубокие, что подчас в них не было видно дна. Вокруг них, казалось, сгущалась тишина, поросшие лесом горы хранили зловещее молчание.

— Я слышал, в этих краях водятся огромные волки, страшные и смертельно опасные. Говорят, они бывают ростом с пол-лошади. Судя по слухам, они очень любят глотать людей живьем. Надеюсь, нам не придется встретиться ни с одним из них.

Альбин на это тоже надеялся, и — искренне.

— Люди говорят, — продолжал болтать Вэйло, — что доуми до сих пор болтаются в этих горах. Не хотелось бы встретиться ни с кем из них. Навряд ли они пребывают в приятном расположении духа, с тех пор как Броун отнял у них их камни.

Сказав это, Вэйло снова сдавленно захихикал, но эта его шутка не прибавила Альбину уверенности.

— Да, это верно, — с горячностью согласился Альбин. Сидя в Джедестроме, в безопасности, можно было не принимать их в расчет, но здесь, в этой дикой и пустынной местности, от одной только мысли о встрече с ограбленным доуми становилось не по себе.

— Конечно же, они наверняка все уже перемерли.

— Вероятно, — согласился юноша, но по спине его пробежал холодок, словно предупреждая об опасности. Он еще раз обернулся и увидел, как Вэйло спешивается и усаживается на землю, привалившись спиной к шишковатому серому валуну.

Альбин натянул поводья, и Травоух остановился.

— Почему ты остановился?

— Надо выпить, — ответил Вэйло и подмигнул. Достав висящий у него под мышкой бурдюк с вином, Вэйло вытащил затычку.

— Но мы останавливались, чтобы перекусить, не больше двух часов назад! — попытался возразить Альбин. Посмотрев на небо, он продолжил: — Мне не нравится, как выглядят эти тучи. Если сильные бури застанут нас в этих горах, нам придется туго.

Не обращая на него внимания, Вэйло высоко поднял бурдюк, и вино струей хлынуло ему в глотку. Вытерев губы рукавом, он довольно замычал. Альбин неохотно слез с коня и встал на тропе, широко расставив ноги и подбоченясь, Вэйло повернулся к нему и встретил неодобрительный взгляд юноши.

— Расслабься, паренек, — растягивая слова, проговорил солдат. — Здесь нас никто не видит, разве что какие-нибудь древние духи, которые болтаются здесь с первобытных времен, с тех давних дней, когда и доуми-то и в помине не было. Но если это и так, они все равно ничего не смогут нам сделать. Никто не узнает, за один день мы добрались до Пенито или за три — как скажем, так и будет. А что касается бурь — то это от нас и вовсе не зависит.

С тяжелым вздохом Альбин уселся на землю, скрестив ноги, и оперся спиной о тот же самый камень, что и Вэйло. По всей видимости, его спутник не собирался трогаться дальше, пока не выпьет достаточно вина.

— Вот, это уже больше похоже на дело. Расскажи-ка мне, каково это — быть королевским гонцом? — спросил Вэйло.

— Это интересно, захватывающе, иногда — нудно.

— Не дает он тебе побездельничать, а? — посочувствовал Вэйло, протягивая Альбину бурдюк. Юноша отказался, предпочтя вину несколько глотков воды из фляги подвешенной к поясу.

— Да, пожалуй, — согласился он, припоминая свое путешествие в Акьюму, в результате которого он, прибыв на место, получил приказ Броуна немедленно двигаться в обратном направлении. И снова холодок предчувствия зашевелил волосы у него на голове.

— Но не так уж ты занят, чтобы не завести себе девчонку, парень, — пробормотал Вэйло в промежутке между двумя добрыми глотками и подмигнул мутным глазом.

— На данный момент — ничего серьезного, — сухо ответил Альбин.

— А я слышал, что ты положил глаз на эту новенькую крошку-музыкантшу, которая развлекает королеву-мать игрой на свирели.

— Если ты имеешь в виду Ривен, то мы с ней просто хорошие товарищи.

Вэйло расхохотался:

— В самом деле? Да полно тебе, парень, я тебе искренне сочувствую. Я ее видел, эту красотку. Тоненькая фигурка и длинные черные волосы. — Вэйло влажно причмокнул. — Я бы и сам не прочь за ней приволокнуться. И конечно, я не один такой, да только боюсь, не мне тягаться с этим ее обожателем. В этой борьбе у меня нет ни единого шанса.

Альбин во все глаза уставился на своего попутчика.

— О ком ты говоришь?

— О нашем короле, разумеется!

— О короле?!

Вэйло снова разразился громким хохотом: