Елизавета Иващук - Осторожно, Мери Сью!

Мне удалось найти дорогу к себе в спальню. Там я и осталась. Общество большого и мягкого одеяла и таких же подушек мне очень нравилось…

Через некоторое время стук в дверь заставил меня подняться.

— Ты кто? — Поинтересовалась я, хотя особенной пользы это не могло принести.

— Змей. По поводу твоей мести. — Голос и впрямь принадлежал жрецу… Я распахнула дверь. Впрочем, на всякий случай приготовилась к атаке. Мало ли что…

Но Змей, как и следовало ожидать, не стал нападать на меня. Он даже не выглядел агрессивным. Скорее умиротворенным. И довольным.

— Пойдем. Нужно кое-что сделать. — Он поманил меня за собой. Я вышла в коридор и последовала за ним.

— Я уничтожил людей. — Человек обернулся ко мне, видимо, желая увидеть реакцию.

— Всех? Тогда это хорошая новость. — Я приподняла бровь. В новом теле это получалось легко, безо всяких усилий…

— Всех, кроме себя. И собираюсь повторить это в твоем мире… Только, насколько я понимаю, будут исключения.

— Надеюсь. Я хочу некоторых убить лично. Точнее, многих… — Подтвердила я.

— И тебе позволят исполнить это желание. Тебе повезло. Хозяева тебя балуют.

— Наверное. Но это единичный случай. — Я встряхнула головой.

— Думаю, раньше ты просто ни о чем не просила. Тебя держат не ради пользы. В одиночку ты уже не можешь принести им существенную помощь. Кому угодно, но не этим магам.

— Я думала об этом. И пришла к таким же выводам. Хотя если найдется работа для меня, я не смогу ее не выполнить…

— Такое может случится, но не на этом этапе. Кроме того, думаю, после захвата твоего мира здесь станет больше личей. Если я все правильно понял, многие твои соплеменники подходят для этого…. — Я вспомнила своих коллег. Да, пожалуй, среди них были подходящие. Если я правильно поняла принцип создания личей, конечно… -

— Должно быть, ты прав.

— Я прав. Я осведомлен о планах магов очень хорошо. Моему богу они нравятся. Он хочет стать божеством и твоего мира.

— А хозяева тоже так считают?

— Им это выгодно. Единый бог во всех подвластных мирах… Очень удобно. И мы пришли. — Человек распахнул дверь, ничем не отличающуюся от прочих. Думаю, если бы враг ворвался в этот замок, он просто заблудился бы… Я сама до сих пор с трудом ориентировалась. Мы вошли в небольшую комнату, почти лишенную мебели. Несколько столов, стулья… И больше ничего.

— Сядь и возьми в руки янтарную пластинку. Вспоминай всех, кого хочешь убить лично. И при этом сосредоточься на том, что хочешь именовал убить их, иначе информация не запишется. Скажешь, когда закончишь. — Проинформировал меня Змей. На одном из столов и в самом деле лежала тонкая янтарная пластинка. Больше ничего там не было. Мне показалось, что все вещи были в спешке убраны подальше. Видимо, что бы я не повредила нечто ценное. А может быть, я и ошибалась.

Змей сидел неподалеку. Судя по позе, приготовился к долгому ожиданию. Умно… Я осторожно взяла тонкую пластинку, устроилась поудобнее и стала вспоминать. Сначала — сотрудники ИИИМа. Почти все… Они раздражали меня. А некоторые больше чем раздражали. Хотя терпимые люди тоже встретились мне именно там. Думаю, личами они станут наверняка… Если хозяева и в самом деле в этом заинтересованы. Я не выделялась на фоне коллег. Различные отклонения в психике были у многих, почти все являлись очень жестокими и эгоистичными людьми. Правда, девушек среди них было немного. Что доказывает ущербность представительниц моего пола… Женщины в большинстве своем слабее мужчин, и должны подчинятся сильнейшему. Я очень сильно не любила тех, кто считал иначе. А таких среди моих знакомых было много. С удовольствием их всех убью… И, так как сильнейший всегда прав, этим докажу верность своей точки зрения.

Вспомнив почти всех коллег и феминисток, я перешла к прочим. Просто вспоминала каждый день своей жизни…. Мне хотелось убить почти каждого встречного. Даже если встреча длилась несколько секунд. Люди постоянно шумят и суетятся… Я вспоминала долго. Очень долго. И широко улыбалась, представляя, что сделаю с этими людьми. Таких подарков мне еще никогда не делали… Надеюсь, все это не было шуткой. Наконец, я закончила.

— Уважаю…. За хорошую память и целеустремленность. Похоже, ты вспомнила всех, с кем сталкивалась в жизни…. — Змей поднялся. Похоже, он почти уснул, ожидая, пока я разберусь с воспоминаниями.

— Не только. Меня раздражают и некоторые личности, с которыми я не встречалась из-за их известности. Почти все современные звезды…. Некоторые политики…. Они такие непривлекательные, и постоянно шумят. — Я села, обхватив руками колено и положив на него подбородок. Наверное, взгляд у меня был мечтательный…

— Я знаю про них. — Змей хмыкнул.

— И, если маги не преувеличили, понимаю тебя. Они говорят, что среди них есть люди, еще более уродливые, чем мои соотечественники. — Он был прав. Звезды моего мира не просто незаметны, как местные люди. Многие откровенно уродливы.

— И что самое худшее — они практически бессмертны. Эти…. твари были возрождены учеными в новых телах, вечно юных. Мерзость… И с уродливыми лицами и отвратительными повадками, с тошнотворными голосами, они претендуют на красоту. — Я почти шипела. Со Змеем так легко было говорить… А это давно наболело. Хуже всего было то, что каких — то пятьсот лет назад в моем мире были люди, достойные того, что бы называться звездами. Они умели на экране вести себя так, что их не хотелось убить. Естественно. Красиво. Копируя обычных людей, они показывали что-то неуловимо иное. И тогда были обладатели красивых голосов… Но их никто не собирался воскрешать. Не модно…

— Я думаю, что ты права. И прошу разрешения хотя бы посмотреть на то, как ты убьешь их. Только ознакомлюсь сначала с их творениями… Фильмы, так это называется? И, конечно, песни.

— Я не против. Твое общество не раздражает меня… Только будь осторожен. Это слишком мерзкие вещи, что бы изучать их в больших количествах. — Апофеоз того, что раздражало меня в людях. Песни, фильмы…. Концентрированная дрянь. Это нельзя даже ненавидеть… Слишком отвратительно. Так нельзя ненавидеть дерьмо, даже если стоишь в нем по горло. Остается только отвращение.

— Я и не стану этого делать. Сейчас люди мне уже не столь отвратительны, но все же мое безумие похоже на твое. Просто в нем есть место созиданию… А твое наполнено лишь разрушением. Может быть, оно изменится. Но ты в любом случае прекрасна. — Любит он делать мне комплименты… Тогда как нормальный человек давно уже попытался бы сбежать. Но в этом мире таких уже нет.

— Я начинаю склонятся к твоей вере, хотя и не знаю, в чем она заключается. Но она определенно хорошо влияет на людей… Я не думаю, что ты был таким всегда. А сейчас я могу с тобой говорить, не испытывая даже тени отвращения. — Я говорила почти всерьез. Едва ли мне подошел бы другой бог.