Валерий Иващенко - Горький пепел победы

- Представь себе, Тэлль - я всего седмицу не был со шлюхой, и сегодня утром поймал себя на мысли, что с приязнью думаю об эльфке. Ужас какой-то, ведь мысль об одной остроухой пересилила даже лёгкую тошноту!

Если собеседница и хотела что-то съязвить в ответ, то всё равно быстро захлопнула ротик. Ведь она и сама призналась себе, что истекающая от чёрного мага горячая и пряная магия в общем-то, не так уж и мерзкая. Если притерпеться немного и распробовать, то от такого даже можно получать удовольствие. Тэлль вспомнила, как жадно и бесстыже она под утро приникла к волшебнику и даже обняла его всеми лапками, прямо-таки упиваясь этим восхитительным и пьянящим потоком тёмной и могучей силы, и не нашлась, какой бы колкостью ответить.

- Да, мир положительно сошёл с ума, - нехотя признала она и потопала умываться. Чего греха таить - любила она это дело, утром и вечером смыть с себя всё свежей проточной водой, а потом ощущать себя чистой.

Правда, смущало то обстоятельство, что оказывается, и у чернокнижника была такая же привычка. Правда, делал он это как-то чудно, явно исполняя какой-то заученный ритуал - и при взгляде на его тело Тэлль продирало ощущение не столько от лёгкой сопутствующей этому делу магии, но и что-то ещё. Однако нет, признаваться в таком нельзя даже самой себе!

- Вовсе нет, это мы с тобою потихоньку меняемся, хоть и не даём себе труда в том признаться, - волшебник засыпал в котелок хорошую щепоть веточек-листиков, из которой после некоторого заклинания получался такой замечательный травяной отвар, что Тэлль готова была его пить вёдрами.

Котелок едва не выпал из руки эльфки.

- Только не говори мне, что у нас всё катится к постельным делам. Некоторые наши пробовали любиться с животными и даже с хомо. Но с чернокнижником? - эльфка брезгливо передёрнулась, а затем, желая отвлечься, принюхалась к аппетитно парящему тёмному напитку.

- Ой, не порть аппетит, - Валлентайн отмахнулся от неё, хотя и скользнула, скользнула у него мыслишка, что ещё пару дней, и он уже будет согласен на всё. Унаследованный от родни темперамент, помноженный на талант волшебника, прямо-таки с маниакальной настойчивостью требовал своего. Но с эльфийской головорезкой? Ох, боги, что же вы творите…

Туман уже растаял и убрался прочь, когда совсем недалеко впереди замаячили высокие, освещённые утренним солнцем стены Имменора. Хотя решающая битва и проходила здесь, следов разрушений почти не было заметно - уж король и городские старшины проявили в деле восстановления городских укреплений редкостное единодушие. И теперь возведённые из белых глыб имеющихся неподалёку каменоломен стены предстали под хмурым небом во всём своём чуть жутковатом великолепии.

Однако Валлентайн с лёгкой улыбкой признал, что вовсе не от всего могут защитить эти стены.

- А теперь слушай внимательно, Тэлль. Стрелой смотайся в город и притащи мне кошку, желательно на сносях. Потом… потом я сделаю свой обряд и то что должен. Если меня в последующих действиях убъют или пленят - считай себя свободной ото всяких обязательств. Поднимай кверху лапки и говори открытым текстом - я, мол, тут ни при каких делах.

Тэлль нехотя признала, что после такой весны найти городскую кошку, которая не на сносях, дело почти невозможное. Хотела ещё поинтересоваться - так ли уж обязательно мучить бедную животину и таким образом из её страданий и мучительной смерти добывать Силу, однако смолчала. Окинула взглядом панораму хмуро высящихся под этим неприветливым утром стен. Приценилась к распахнутым воротам, из которых наружу уже потекли первые караваны и обозы, и только мрачно кивнула. Удачи тебе, чернокнижник - она очень тебе сегодня понадобится…

Валлентайн взял в руку жалобно мяукающее и даже пытающееся царапаться рыжее животное. Прости, киска - лично против тебя и всего твоего рода я ничего не имею. Ты всего лишь расходный материал, сырьё.

Над вросшим в землю и покрытым с полуночной стороны мхом валуном с почти плоской макушкой, в которой виднелось словно нарочно предусмотренное для таких целей углубление, медленно поднялся серповидно изогнутый жертвенный нож. Столь же медленно в полузабытом ритуале он торжественно опустился, и на поверхность камня брызнули первые алые капли. Всё, точка возврата пройдена - отступать больше некуда.

- Тэлль, а отойди-ка шагов на сотню, да в наветренную сторону…

Кизим так и не успел рассмотреть, что же оно такое было в его сне - огромное, с изорванными краями и очень недоброе, как потревоженная неким ранним гостем сторожевая система заверещала истошным голосом. Причём, судя по первому впечатлению, настырный посетитель ничуть не опасался последствий. Ибо насилуемая им связка заклятий уже просто-таки неприлично орала нечеловеческим воплем, и под чьими-то чуткими пальцами постепенно переходила в тот визг, который издаёт здоровенный хряк, когда неумеха-забойщик пару раз промажет по нужной точке своим кинжалом.

- Да чтоб вам кисло стало, - ругнулся в сердцах волшебник, сдерживая огненную волну, на которую его так и толкало сонное раздражение.

Сощурясь спросонья, он кое-как разглядел, кого же то нелёгкая принесла в столь ранний час. К его удивлению, это оказались Сандра с Эндариэлем - и судя по трепетанию ауры, весьма встревоженные.

- Вставай прямо сейчас, и прыгаем в Имменор, - решительно заявила с порога белая волшебница. - У ворот стоит чёрный маг, и замыслил он что-то весьма пакостное.

От такого известия Кизим и впрямь проснулся. В суете повседневной работы он уже как-то и подзабыл об упрямо продвигающемся к своей цели некроманте, и сейчас пытался резвостью действий поправить положение.

- Хоть бы отвернулись, варвары, - беззлобно проворчал он, когда зачарованная мимолётным заклинанием рубашка взмыла со специального столика и принялась трудолюбиво надеваться на него.

- Сам ты изращенец, - хмыкнул эльф. - Меня твои прелести ничуть не интересуют, а Сандра их изучила получше тебя самого.

Против такого довода возразить, пожалуй, было бы трудновато. Потому Кизим, хмыкнув, впрыгнул в свои излюбленные мягкие туфли и уже на ходу к зеркалу провёл пальцами по шнуровке распашной куртки, которую предпочитал любой другой одежде за удобство.

- Цепь надень, - напомнила волшебница, запуская в его сторону валяющееся на столике для одежды тонкое изящное изделие, каждому напоминающее о статусе нынешнего владельца.

- От Хорхе и Дея пока ничего утешительного - они всё ещё работают, - сообщил Эндариэль. - Прибыть не могут - но через Зеркало сообщили Сандре, что доверяют нам и в случае чего поддержат любое наше решение.