Ольга Климова - Сильная кровь

Тáйга посмотрела на его лицо, пересеченное шрамом.

— По тебе не скажешь, что ты чего-то боишься. Самоуверенность из тебя так и лезет.

— Из тебя тоже много чего лезет. А на деле — сопля малолетняя. Внешность обманчива.

— Это твоя то обманчива? — она думала было обидеться на замечания в свой адрес, но решила, что бесполезно, — Да тобою можно детей малых пугать: как глянешь, все кровати обмочат. Вот и расскажи кому, что ты во сне стонешь.

— И часто?

— Да постоянно. И скручиваешься все словно в узел. Будто защитить себя пытаешься или спрятаться.

Он ковырял свою тарелку, морщась, вылавливая не особенно аппетитные куски дешевой еды.

— У каждого страха свои причины. Мне мои нужно вспомнить.

— Хотела бы я узнать, чего может бояться такой как ты. — она доела свой ужин. — Когда наши новые хозяева в город входили, меня нянька в погреб засунула. И сундук сверху для верности опрокинула. Я сдуру ее тогда послушалась. Она сказала: как придут — грабить будут, убивать и насиловать. В общем-то, правильно говорила. Только эти не тронули ничего и никого. Как зашли в город — словно сразу жить начали. Так вот, я в погребе неделю просидела, пока в дом наш новые хозяева не въехали. Они меня и достали. Там холодно было — жуть. Думала, умру. И ни еды с собой, ни воды. Так вот, теперь когда в холоде сплю, всегда сон про погреб снится. Словно опять там. А сверху ходит кто-то. И мне страшно, что сейчас найдут меня, а потом страшно, что никогда не найдут. И ты свои страхи вспомнишь. Их только время вылечит.

«Вот так. Легко и непринужденно. Будто само собой. Выложила все этой бледной морде. А раньше даже вспоминать не могла спокойно, не то что говорить.»

Они посидели молча, глядя в пустые тарелки и думая каждый о своем.

— Спать пошли. — он поднялся.

— Невеселые мысли, да?

— Мне все равно.

Когда они уже подходили к двери, в таверну ввалился здоровенный детина, дыша перегаром направо и налево.

— Хозяин, налей мне своих самых дешевых помоев! Да побольше! — зычный голос прокатился по всему заведению. А пьяный детина тут же хватанул Тайгу за зад. — Упругая попка, хочешь настоящего жеребца? — и заржал по лошадиному ей в лицо.

Она вывернулась из его лап и, брезгливо сморщившись, быстро направилась к выходу. Ее спутник на миг задержался, проводя цепким взглядом попойцу, потом тоже вышел следом. И наткнулся на Тайгу, замершую у двери.

У входа в таверну их ждали четверо. Это не были простые солдаты, каких она привыкла видеть на улицах города. Это были наемники дара. Армия, с которой он пришел.

Тот, что стоял впереди смачно сплюнул под ноги, вынул меч и шагнул вперед.

— Забираем вещи и уходим. — он повернулся к ошарашенной девушке, никак не желающей приходить в себя, — Ночевать придется в лесу.

— Ага. — она побежала следом за ним. И, только когда они выходили за ворота селения, наконец открыла рот.

— Это… это… Да я в жизни не видела такого! — Тáйга восторженно цокала языком, стараясь поспевать за быстрым шагом спутника. — Как ты их! Вот это драка! Как же здорово, что я с тобой пошла! Так… ты их легко. И почти не запыхался. Да ты же воин! Вот это воин! Боец настощий. Это наемники были. Не простые солдаты. Четверых наемников! И даже меча из ножен не достал! Это ритуал такой у тебя? Да? А себе почему оружия не взял?

У нее в голове до сих пор стояла сцена битвы. Поначалу Зэсс застыл как вкопанный. Завизжавшая девушка ринулась обратно в таверну за него, а он просто стоял и ждал, когда меч просвистит где-то у него над головой. Только тогда Зэсс очнулся. И Тáйга готова была поклясться, что он на самом деле находился в ступоре. Он как-то странно почти подхватил ладонью острие, провел его мимо себя, сам прошелся мимо нападающего и двинулся ко второму наемнику. Тот еще только доставал свой меч из ножен. Двумя руками Зэсс схватился за ножны и отодрал их от перевязи вместе с креплениями. Удивленный наемник так и застыл, щупая рукой пустоту у себя на бедре. Остальные мечей обнажить не успели. Их просто снесло сильными ударами меча в ножнах. Последний, с оружием наперевес, сделал несколько выпадов, прежде чем его достал оглушительный удар по голове.

— Не нужно мне оружия. Пока.

— Почему не нужно? — запыхавшаяся от быстрой ходьбы и эмоций, девушка почти что бежала за его широкими шагами.

— Потому что смерть является тем единственным, что человек может получить в любой момент.

— Это у тебя философия такая? Ты же ничего не помнишь? Думаешь, ты никого никогда не убивал?

Зэсс запнулся.

— Сейчас нет нужды убивать, — он сказал это неуверенно.

— Разве? Но они могли убить тебя. Ты же воин! Четверых так легко. Я в восторге! Наемников!

— У него же вся армия из наемников. Что тогда в них особенного?

— За деньги абы кого воевать не набирают. Это тебе не простые крестьяне, обученные мечом отмахиваться. Это уже мастера. Они знают, почем себя продавать. А ты просто почувствовал, что нужно сделать и так легко разделался…

— Нет, — он прервал ее восторги, — я почувствовал удивление. Такое удивление, что кто-то поднял на меня меч и хочет убить. Словно у меня это впервые. — он растерянно смотрел на дорогу. — Это так странно.

— Привыкай, — Тáйга довольно улыбнулась, все еще смакуя вкус его победы.

— Чему ты радуешься? Будут новые. И больше. Это уже вопрос чести. Пока ты у него на земле, за тобой гоняться будут. Так что поводов для радости у тебя нет.

— Ну что ты так, — Тáйга опешила, — я затеряюсь где-нибудь. Земля большая. Никто меня не найдет. Подумаешь, одна женщина! Неизвестно куда пойдет и где осядет.

— Ты думаешь так тяжело найти человека? Королю? Что же тебя до сих пор не потеряли? Дорог немного. Они знают, куда ты идешь и с кем.

— Хочешь уйти? — Тáйга насупилась.

— Я придерживаюсь договора. Но они будут мешать. Сильно мешать. — голос его стал тише, он задумался.

— Мне кажется, ты преувеличиваешь… Ой, у тебя кровь капает. — Тáйга показала на капли, стекающие по пальцам правой его руки.

Зэсс разжал руку и с удивлением посмотрел на красную полосу и размазанную кровь вокруг.

Девушка быстро вытащила из сумки чистую рубашку и стала отрывать длинную полоску ткани.

— Сейчас. Я быстро. — Она подняла глаза на застывшего спутника. — Ты что?

— Так странно… — он легко провел рукой в воздухе. — И больно.

— Странно? А ты чего хотел, когда рукой меч хватал? Зэсс! Ты чего? — Она дотронулась до его руки. — Ты как будто крови никогда не видел.

— Своей, похоже, еще нет.

— Ну конечно! — Она полила рану водой из фляги и наложила чистую повязку. — Когда остановимся, поищу травы приложить. Она неглубокая.