Роджер Желязны - Лорд Демон

– Если вы добьетесь успеха, то, возможно, я вас вознагражу.

Ба Ва заулыбался, но тут же поспешил напустить на себя смиренный вид.

– Радость служить великому лорду – вот наивысшая награда для ничтожных демонов, копошащихся в грязи. Мы будем искать эти монеты.

– Мы будем держать язык за зубами, – добавил Вонь Пань, – а рот на замке.

– Хорошо.

И с этим я их и отослал. Ли Пяо посмотрел на меня.

– А что из себя представляют эти деньги шен? Его учтивый голос абсолютно не вязался с созданной мною кошмарной личиной, и это несоответствие сбивало меня с толку. А потому я одним взмахом руки развеял иллюзию.

– Деньги шен – это… Помните, я вам рассказывал, как первые демоны-изгнанники трудились, увеличивая собственную ци и ци этой земли?

– Конечно, помню.

– Вот тогда и вошли в оборот деньги шен. По виду они напоминают старинные китайские монеты – диски с отверстием посередине.

Ли Пяо улыбнулся.

– Интересно, кто у кого позаимствовал идею?

– Не знаю, – отозвался я. – Но подозреваю, что все-таки люди у нас, поскольку самые древние китайские монеты походили на рабочие инструменты либо на раковины. Так или иначе, монеты шен содержат в себе некоторое количество ци. Иногда это личная ци того, кто сделал монету, а иногда она взята из других источников. Но, как бы то ни было, ци можно извлечь из монеты шен и использовать как угодно.

– Или, – рассудительно заметил Ли Пяо, – приберечь на черный день. Так, значит, если вы получите возможность изучить хоть одну из монет, которыми заплатили недодемонам, то, может быть, вам удастся узнать, кто сделал эти монеты?

– Ну, в общем, да, – согласился я. – Но мне что-то не верится, чтобы Тот, из Башен Света, вел дела с подобными созданиями.

– Кстати, а кто он такой – Тот, из Башен Света? – поинтересовался Ли Пяо.

Я принялся рассказывать и как раз закончил свое повествование, когда появилась Висс Злой Язык. Теперь она приняла облик прекрасной и яростной воительницы. Я про себя понадеялся, что она так и останется в этом облике.

– Привет, друзья, – поздоровалась Висс. – Как там Девор?

Потом она уставилась на меня, как будто лишь сейчас заметила мой наряд.

– А кого мы хороним? Или, может, мне следует спросить, кого будем хоронить?

– Пока никого, – заверил я ее. – Просто я только что беседовал с недодемонами. Мне нужно было кое-что уточнить.

– И как?

– Они сообщили, что демон, заплативший им деньгами шен за убийство Олли и сказавший, что остальное заплатит Тувун, был не кто иной, как Тот, из Башен Света.

– Нет! Я не верю, чтобы этот старый пень прервал свою медитацию, да еще и на такой долгий срок, чтобы провернуть подобную интригу!

– Вот и мне так кажется, – согласился я. – Куда более вероятно, что какой-то кретин воспользовался внешностью Того, из Башен Света. Недодемонов одурачить – дело нетрудное.

Висс сделалась задумчива.

– Нетрудное. Однако, если не считать, что этой мелюзге предъявили обычную иллюзию, надо заметить, что тело из света, которое Тот повадился носить еще со времен династии Цзин, нелегко подделать.

– Да, этого я в расчет не принимал, – сказал я.

– Тут все дело в нехватке плотной материи, – объяснила Висс. – Я изучала этот вопрос, поскольку Тувун тоже отчасти состоит из эфира. По сути говоря, плотному телу трудно принять облик эфирного и наоборот.

Я удивленно приподнял бровь.

– Отчего-то у меня это никаких трудностей не вызывает!

– Крапивник, дорогой мой ученик, боюсь, ты просто не сознаешь, насколько ты талантлив! Ты действительно похож скорее на одного из первых демонов-изгнанников, чем на представителей твоего поколения. И уж, конечно, ты намного сильнее всех тех, кто родился за последние пятьсот лет. Как ты думаешь, почему они так почитают Богоборца?

– Никогда об этом не задумывался, – честно признался я.

Висс удостоила Ли Пяо дружеской улыбки. Клянусь – почтенный старец зарделся, словно зеленый юнец!

– В нашем Кае Крапивнике, – со смехом произнесла Висс, – слишком много от художника. Даже жаль, что он не родился в более суровые времена. Его воинские таланты пропадают впустую.

Припомнив, как легко я собрал все свои силы, когда меня переполнила ярость на убийц Олли, я и сам удивился, но предпочел замять эту тему.

– Ты спрашивала о Деворе, – сказал я, стремясь перевести разговор в другое русло.

– Да, так как там этот пьянчужка?

– Я недавно проверял, как у него дела, и, похоже, большая часть воздействия имбуэ уже выветрилась. Похмелье еще не прошло, но оно и к лучшему: это просто заставит его четче отвечать на вопросы.

– Отлично, – Висс еще раз изучила мою одежду. – Ты собираешься так и остаться в наряде Владыки Смерти?

– А почему бы и нет?

– Тогда, пожалуй, я тоже сменю свой облик на что-нибудь более устрашающее.

И ее смуглая, золотистая кожа китаянки принялась приобретать кирпично-красный оттенок.

– Не надо! – запротестовал я. Висс удивленно посмотрела на меня.

– Не надо?

– Я имею в виду, – поспешно произнес я, – что тебе, возможно, стоит сохранить более привлекательный облик. Тогда мы сможем разыграть с Девором классическую схему: добрый демон – злой демон.

– А она не устарела? – переспросила Висс, но кожа ее все-таки начала светлеть.

– Желание найти союзника не устаревает никогда, – заверил я ее.

– А как насчет твоего друга-человека?

– Я думаю, его стоит посадить куда-нибудь в такое место, откуда он сможет все видеть и слышать, но сам останется незамеченным.

Я посмотрел на Ли Пяо.

– Если Девор будет упоминать какие-либо места или каких-либо людей, возможно, вы сумеете проверять с помощью гадания, насколько он правдив, и сообщать об этом мне.

– Этакий детектор лжи? – спросил Ли Пяо.

– О, мы располагаем заклинаниями, которые вынудили бы Девора говорить правду, – небрежно произнес я, – но они довольно болезненны, и к тому же такой прожженный лжец, как Девор, наверняка умеет искусно манипулировать ответами. Возможно, вы сумеете дать нам куда более ценную информацию, чем обычное заклятие правды.

– Хорошо, лорд Кай, – согласился Ли Пяо. – Скажите мне, куда идти и как передавать вам сообщения.

Так я и сделал. Мы перебрались в небольшую комнатку со стенами из алого стекла. Стены были расписаны золотыми триграммами, а на полу был выложен панцирь священной черепахи. Я велел служителям принести два кресла, обтянутых белым шелком, – для Висс и для меня. Девору предстояло стоять.

Я взмахнул рукой и перенес Девора из чаши сюда. Он съежился на полу мокрой кучкой и вырос до своего обычного размера.