Стэн Николс - Легион Грома

– Ты думаешь, Мика, у них нет чувства юмора?

– Нет! Отвязывай лошадей!

– А чужак?

Серафим уже ехал на запад.

– Забудь о нем. У нас есть дела поважнее.

– Хорошо, что мы его не прикончили, Мика, – сказал Блаан. – Это плохая примета, убивать сумасшедших.

– Суеверный придурок! Шевелись давай!

Взвалив Коиллу на лошадь, они галопом пустились прочь.

9

– Ты только посмотри! – брызгала слюной Дженнеста. – Только задумайся о масштабе твоего провала!

Мерсадион смотрел на пергаментную настенную карту и трепетал. Карту испещряли флажки: красные, обозначающие войска королевы, и синие, отмечающие позиции Уни. Красных и синих насчитывалось примерно одинаковое число. И это было плохо.

– Мы не понесли потерь, – робко попытался вставить генерал.

– Если бы мы понесли потери, то я бы уже заставила тебя съесть собственную печень! Где приобретения?

– Война сложная вещь, мэм. Мы сражаемся на таком количестве фронтов одновременно…

– Лекций мне читать не надо, Мерсадион. Мне нужны результаты!

– Смею вас уверить…

– Результат плох, – продолжала кипятиться королева, – но это ничто по сравнению с отсутствием хоть какого-то прогресса в поисках жалкой банды выродков! Ты узнал что-нибудь новое о Росомахах?

– Ну…

– Ничего ты не узнал. Есть ли известия от Лекманна?

– Они…

– Значит, известий нет.

Мерсадион не осмеливался напомнить королеве, что идея привлечь охотников за удачей к преследованию орков принадлежит ей самой. Он очень быстро усвоил, что Дженнеста присваивает себе лавры за победы, но вину за поражения неизменно возлагает на других.

– Я надеялась, ты справишься лучше Кистана, твоего почившего в бозе предшественника, – с нажимом добавила она. – Полагала, ты меня не разочаруешь.

– Ваше величество…

– Хочу предупредить, что теперь за твоей деятельностью будет вестись еще более пристальное наблюдение.

– Я…

На этот раз речь генерала была прервана легким стуком в дверь.

– Войдите! – приказала Дженнеста.

С поклоном вошел один из слуг-эльфов. Андрогенное существо было сложено столь тонко, что ручки и ножки, казалось, можно переломить двумя пальцами. Хрупкость лица с полупрозрачной кожей подчеркивалась золотистыми волосами и ресницами. Глаза были прекраснейшего синего цвета, нос очаровательный.

Эльф, надув пухлые губы, пролепетал:

– Прибыла хозяйка драконов, миледи.

– Еще одна неумеха, – прошипела Дженнеста. – Пусть войдет.

Шоколадка, плод союза гоблина и эльфа, хозяйка драконов, несколько походила на слугу-эльфа. Но в ней было больше жизненной силы, и она могла считаться высокой даже по нормам своей долговязой расы. В согласии с традициями, почти все в ее костюме было коричневато-красных, осенних тонов. Единственным украшением оказались тонкие золотые цепочки на запястьях и шее.

Шоколадка отдала дань статусу Дженнесты, едва заметно кивнув головой.

Как всегда, когда она имела дело с подчиненными, Дженнеста не стала тратить время на вежливые фразы.

– Признаюсь, Глозеллан, я не слишком довольна результатами ваших усилий, – с места в карьер начала она.

– Мэм? – голос шоколадки, как и всех ее сородичей, звучал гулко, спокойно и словно издалека.

Все знали, что Дженнесту это раздражает.

– Я имею в виду поиск Росомах.

– Мы выполняли ваши приказы до последней буквы, ваше величество, – отвечала Глозеллан. Выражение достоинства на ее лице многие приняли бы за высокомерие.

Это была еще одна особенность гордого народа, и королева от нее ярилась еще больше.

– Но вы так и не нашли их, – сказала она.

– Прошу прощения, мэм, но мы преследовали отряд на поле битвы у Поля Ткачей.

– И дали им уйти! Ничего себе преследование! Если, конечно, вы не считаете, что за преследование можно принять факт, что вы их увидели.

– Нет, не считаю, ваше величество. Их преследовали, и они лишь в последний момент ушли от нашего нападения.

– А разве это что-то меняет?

– Драконы по своей природе таковы, мэм, что до некоторой степени всегда остаются непредсказуемыми.

– Плохому танцору вечно яйца мешают.

– Я не отказываюсь от ответственности за мои собственные действия и за действия моих подчиненных.

– Еще бы!… На службе у меня не стоит увиливать от ответственности, это влечет за собой не самые приятные последствия.

– Я всего лишь хочу заметить, что драконы – орудие, не предназначенное для точечных ударов, ваше величество. Они славятся своим упрямством.

– Так, может, мне стоит подыскать хозяйку, которая сумеет их обломать?

На это Глозеллан ничего не ответила.

– Я полагала, что достаточно ясно выразила мои пожелания, – продолжала Дженнеста, – но похоже, придется повториться. Это и для твоих ушей, генерал!

Мерсадион застыл.

– Не отвлекайтесь от самого главного. – В голосе королевы зазвучала ярость. – Нет цели более важной, чем разыскать и вернуть украденный Росомахами артефакт.

– Могло бы помочь, ваше величество, – сказала Глозеллан, – если бы мы знали, что собой представляет артефакт, и почему…

Звук увесистой пощечины эхом прокатился по каменным стенам. От удара голова Глозеллан мотнулась вбок. Покачиваясь, хозяйка драконов поднесла руку к покрасневшей щеке. Из уголка ее рта потекла тонкая струйка крови.

– Заруби себе на носу, – сверкая глазами, сказала Дженнеста. – Ты уже спрашивала о предмете, который я разыскиваю. Повторяю мой ответ: не твое дело. Если будешь упорствовать в несоблюдении субординации, получишь кое-что похуже пощечины.

Глозеллан молча, но надменно смотрела на нее.

– На поиски должны быть направлены все имеющиеся ресурсы, – объявила королева. – И если вы оба не вернете мне желаемое, я найду нового генерала и новую хозяйку драконов. Так что советую подумать над тем, какую форму может принять ваше… увольнение. А теперь убирайтесь!

Когда подданные вышли, Дженнеста поклялась себе, что отныне будет гораздо активнее вмешиваться в события. Однако на данный момент это можно и отложить. Сейчас следует заняться кое-чем другим.

Воспользовавшись другой, менее заметной дверью, она покинула помещение для военных советов и спустилась по узкой, вьющейся лестнице. Ее шаги отдавались гулким эхом. Двигаясь по подземным переходам, она прошла в свои, расположенные в самом сердце дворца, личные покои. Стражники-орки при ее неожиданном появлении вытянулись по стойке «смирно».

Остальные занимались делом внутри. Они опрокидывали содержимое ведер в широкую мелкую деревянную бадью, укрепленную металлическими обручами. Слуги закончили работу, подгоняемые нетерпеливым взглядом королевы. Когда они вышли, Дженнеста уселась рядом с бадьей и провела пальцами по теплому содержимому.