Анна Рыжая - Дневник реалистки - 3. Судьба

После долгих раздумий я все-таки решила, что подарю Серхио. Сам он до такого точно не додумается. Я сделала пару звонков, договорилась о встрече с моих хорошим приятелем, владельцем фотостудии «Реал», модным фотографом Денисом Черным. По дороге я набрала Серхио.

— Серхио, привет. Не отвлекаю?

— Нет, говори, — сухо ответил он.

— Скажи мне, когда у тебя свободный день?

— У меня нет свободных дней, ты же знаешь…

— Тогда выбери его.

— Зачем?

— Это сюрприз.

— Сюрприз? С чего это?

— Просто кое-кто с поздним зажиганием. Так когда ты сможешь выделить мне весь день?

— Сейчас посмотрю…В пятницу тебя устроит?

— Главное, чтобы устроило тебя.

Я арендовала студию Дениса на весь день. Сто лет не работала в студии, но ничего. Вспомню. Заодно, как следует, опробую свою новую камеру. У меня два дня, чтобы все продумать.

И вот мы на месте. Денис отдал мне ключи, попросив закрыть все, когда закончим, после чего ушел.

— Ну что, пойдем? — игриво улыбаясь, я потянула Серхио за собой.

— Я не пойму, зачем мы сюда приехали, — настороженно осматриваясь, он нехотя пошел за мной.

— Это сюрприз, — я протанцевала перед ним и распахнула дверь в съемочный павильон.

Он в недоумении начал осматривал световую аппаратуру.

— Не понял… — проворчал он.

— Что ж ты какой непонятливый, столько лет на свете живешь, — засмеялась я, — видишь вон тот диванчик? Иди, садись.

Он снова подозрительно покосился на меня, но все же послушался. Серхио внимательно следил за тем, как я настраиваю свет, опускаю фон, выставляю на камере нужное значение выдержки и диафрагмы.

— Позволь отвлечь, — нахмурился Серхио, я оторвалась от фотоаппарата и лукаво взглянула на него, — Объясни уже, ты ковыряешься со своей техникой, а я-то тут чего делаю?

— А кстати, — я издевательски улыбнулась, — Не сиди. Раздевайся.

Сказать, что Серхио был шокирован, — ничего не сказать.

— Не понял? — переспросил он.

— Чего ж тут не понять? Раздевайся, — я подошла к нему и принялась с улыбкой расстегивать его рубашку. Пару секунд он странно смотрел на меня, а потом начал помогать. Видимо, его это все заинтересовало. Сняв рубашку, он принялся, было, расстегивать джинсы.

— Подожди пока, оставь, — прервала я его и направилась к фотоаппарату.

— Алиса, я не понимаю. Объясни уже, — он вновь нахмурился.

— Какой ты нетерпеливый, — я покачала головой и подошла поближе к нему, — Все, что сейчас здесь происходит, это мой сюрприз для тебя, — он, кажется, еще не понял.

— Ты купила мне фотостудию? — ухмыльнулся он, откинувшись на спинку дивана.

— Ну вот… — я надула губы, — где я возьму столько денег?

— Тогда, я не знаю, — вздохнул он.

— Серхио, — я села рядом, — Я долго думала, что можно подарить тому, у кого все есть, — я взглянула на него, он внимательно слушал, — Я посчитала, что туалетная вода, портмоне и поту подобное, это слишком банально. Ты сам купишь себе, что надо. Так вот, мой запоздалый подарок тебе — это новые ощущения. У тебя ведь никогда не было профессиональной фотосессии?

— Не было, — он начал понимающе улыбаться.

— Тогда сейчас будет. Или вампиры не проявляются на снимках? — я вернулась на точку съемки, — Расслабься. Это не больно.

— Ты начиталась сказок. Что хоть делать-то? — вальяжно опершись локтями на колени, он слегка подался в мою сторону.

— Наклони чуть голову вниз и смотри на меня, — я сделала несколько кадров, — Хорошо.

Я вертела Серхио, как куклу, но, кажется, ему это даже нравилось. Он не ворчал и не сопротивлялся. Я видела много красивых мужчин, с отличными фигурами, мужественными лицами, но Серхио…этот черт был безупречен. Его кожа, пожалуй, слишком светлая для итальянца, в свете ламп приобретала магический серебристо-шоколадный оттенок. Я специально поставила такие цветовые фильтры. Вампир в лунном свете — классика жанра. Серхио оказался не самой понятливой моделью, а, может, я не могла правильно объяснить. Мне приходилось самой поворачивать его. Я вертела его, как куклу, а он не сопротивлялся. Касаясь его сильного, упругого тела, я старалась не задерживать на нем руки, потому что ощущала странную неловкость. А он улыбался, глядя мне в глаза. Рядом с ним я чувствовала себя такой маленькой и слабой, что поскорее старалась отойти подальше. Я не боялась. Я знаю, Серхио не обидит меня. Я продумала все детали этой съемки, кроме одной. Как вести себя, если желание затуманит разум. Я держалась и гнала эти мысли. А он улыбался. Какая женщина устоит перед ним? Какая нормальная? Я ненормальная, может, получится.

— Давай, я разденусь, — внезапно спросил он, — у меня никогда не было фотосесии в стиле «ню».

Зачем он так смотрит? Это провокация? Как фотограф, я должна видеть в обнаженной фигуре только образ, не человека. Но я не смогу беспристрастно смотреть на Серхио. Я должна буду выгодно показать красоту его тела, но для этого мне придется смотреть и анализировать. Я не готова смотреть на Серхио без ничего. Хоть я и не монахиня, один вид этого красавчика, в чем мать родила, вгонит меня в ступор.

— Зачем это тебе? — попыталась я, — у нас и так много классных фоток получилось.

— Это интересно, — перебил он, вглядываясь мне в лицо, — я хочу попробовать. Раз мы второй раз отмечаем мой день Рождения, значит, сегодня мне нельзя отказывать.

Улыбается, гад. А каково мне? Держись, Алиса. Ты должна быть беспристрастной. Он словно прочитал мое немое, обреченное согласие.

— Поможешь? — лукаво прищурился он, расстегивая джинсы.

Меня уже начинало колотить, сердце учащенно забилось.

— Сам справишься, не маленький, — пробормотала я себе под нос, не поднимая глаз от камеры. Я так крепко сжимала ее, что могла бы раздавить в руках. Но напряжение надо было куда-то направить.

— Я готов.

Сердце екнуло, кровь отлила от лица. Не глядя на Серхио, я поднесла камеру к глазам. Через объектив он хотя бы не заметит моего перепуганного взгляда. Боже мой…он сидел на диване, полубоком ко мне, расслабленный и уверенный в себе. Тень мягко падала на него, скрывая то, что я не готова была увидеть. Мне не нравилась его поза, как падает свет, мне бы следовало подойти и исправить это, но я не могла ни сдвинуться с места, ни расстаться с фотоаппаратом, который был для меня барьером между мной и Серхио.

— Я не знаю, как мне лучше сесть, — начал он, — или, может, лечь? Поверни меня, тебе же виднее.

Вот именно, я ни в коем случае не хочу, чтобы мне стало виднее. Я и так довольно увидела. Щеки просто пылают. Как хорошо, что я не умею краснеть. На мгновение в голове появилась мысль о побеге. Просто взять и убежать. Глупости. Как маленькая… Я сама виновата. Будь проклята та минута, когда в мою тупую голову пришла мысль о фотосессии в подарок. Я схватила со стола довольно большой кусок красного шелка и, не глядя, протянула его Серхио.