Лиза Истомина - Записки рыжей эльфийки

   В тот роковой день на репетиции я висела на трапеции над манежем. Первый раз я поднималась в воздух, мне было страшно. Первые пятнадцать минут без страховки (надеялась на магию, ха!) я отработала на "ура", по висевшим трапециям допрыгав до высоко натянутого над манежем троса. Вот тогда-то я и поняла, как круто ошибалась во всей своей жизни. Я сделала сальто, затем кульбит, рондед, и когда я прогнулась над манежем, стиснув побелевшими пальцами ног трос, я сорвалась.

   Самое интересное - у меня не было ни единой эмоции. Я просто знала, что так должно было случиться, и всё. Я смирилась. Падая спиной на еле-еле мягкую ткань манежа, я всё смотрела куда-то в центр купола. И в тот же миг, когда моя спина соприкоснулась с полом, позвоночник не пронзила боль. Боль пронзила то, что жило во мне - теперь-то я поняла, что пострадавшей была одна из моих тотемных сущностей, взявшая на себя удар.

   По трибунам пронёсся единый крик женщин. Мужчины одновременно прикрыли рты ладонями. Дети заплакали. Я всё видела.

   Все члены труппы столпились вокруг меня, неподвижно лежащей посредине манежа. Ни крови, ни вывернутых конечностей - ничего. Только застывшая полуулыбка на лице и рассыпавшиеся ореолом вокруг головы тёмно-русые волосы. Я рванулась, и все услышали отчётливый треск ломающихся костей. Я как-то скукожилась, сжалась и вновь закричала, но резко, коротко, почти что на доли секунды.

   Парни и девушки, мои ровесники и те, кто был постарше, сразу стали запечатлевать всё на видео и фотографировать. Кое-кто из труппы догадался позвонить в "Скорую", директор рвал на себе волосы. Буквально через полчаса весь Интернет гремел новостью - одиннадцатилетняя девочка сорвалась с троса и разбилась.

   Вот только через тридцать пять минут я встала с манежа, отряхнулась и выпрямилась, будто ничего со мной не случилось. И никто и никогда не узнает, что творилось у меня внутри - какую боль я испытывала. Хотя, нет, не я. Третья сущность. Та, которая до сих пор прячет лицо и не хочет выходить на свет...

   Я очнулась. В глаза светило яркое весеннее солнце. На плече лежала чья-то рука.

   - Хватит вспоминать, подружка. - Откуда Полина знает? Ах, да что я спрашиваю. Хранители много чего знают. - Давай-ка лучше займёмся твоей бабкой и проклятием, ага?

   Она вывалила прямо на клавиши пианино кучу разных книг. Древних, скажу я вам.

   Раздалась противная какофония звуков - сразу тринадцать клавиш заработали, ноты слились в единую дребезжащую мелодию. Я поспешила отключить питание фортепиано.

   - Где ты нашла их? - Я ошарашенно разглядывала талмуды.

   - В старой имперской библиотеке, - пояснила она, а в ответ на мой непонимающий взгляд добавила: - Подумаешь, пришлось немного просить Лихостенье о перемотке в прошлое. Мне повезло, что меня никто не заметил.

   - Поля, старая библиотека Стихии была уничтожена...

   - Четыреста двадцать три года назад, я в курсе. Я говорю - просила пространство о перемещении во времени. Я Хранительница Реальной Стены Лихостенья, такие просьбы у меня в порядке вещей.

   Я взяла первый талмуд. Кожаный переплёт, золотое тиснение на обложке, герб семьи Стихийус и фраза на латинском - блондинка не врёт, это действительно книги из прошлого.

   - "Время ведьм", - прочитала я название. - Прямо как фильм.

   - На самом деле никакое это не "Время ведьм". - Подруга пожала плечами, поставила стул рядом с моим и деловито материализовала из воздуха длинное орлиное перо. Эх, хорошо, когда на тебя Тяга Земная не действует. - Я проверила то, что там написано, и сейчас с уверенностью в сто процентов могу утверждать - это "Maleus Maleficarum" Генриха Крамера. Как он попал в библиотеку стихийцев, понятия не имею, даже не спрашивай.

   Поясню: "Maleus Maleficarum" или "Молот Ведьм" - это древний трактат по демонологии и ведовству, написанный Генрихом Крамером (Генрикусом Инститором по-латински) в 1486 году от Рождества Христова. Генрих был доминиканским инквизитором и католическим приором. Вторым автором этого несомненно очень полезного документа являлся Якоб Шпренгер, о котором я мало что слышала. То, что такой трактат нашёлся в библиотеке Империи Стихий почти четыре с половиной века назад говорит о том, что на территории самой известной страны жили незаконные в то время ведьмаки - охотники за ведьмами.

   - Интересно, - пробормотала я, полностью ушедшая в свои мысли.

   - Не то слово. Знаешь, какие мысли меня посетили?

   Я взглянула в глаза подруги.

   - Я подумала о том же. Но за кем они охотились?

   Выражение лица Польки походило на лицо Юджина из мультика "Рапунцель и запутанная история" - такое же беспомощное и просящее простить и отпустить.

   - Я бы хотела переговорить с твоим наставником, Рю-Тецуо, - через несколько секунд соизволила выдать она. - Мне кажется, он в курсе все дел, которые происходили в вашей семье.

   Я выгнула брови, насмехаясь. А сама-то!

   - Лиз, я знаю только то, что мне рассказывала твоя мать. Но и она, поверь, много о чём не в курсе. Давай лучше вернёмся к теме.

   - Давай. Что тебе известно о моей бабке?

   - То же, что и тебе. Первоначало в теогонии, первомагия. Создала мифическое пространство с помощью твоей души, что поместила в тебя - неизвестно. Возможно является Смертью - её несколько раз видели на местах решающих сражений всех стран. Известно, что именно она прокляла Брунгильду-валькирию, чтобы та выбросила копьё...

   Я подпрыгнула и, вскинув руку, остановила поток информации.

   - Прокляла? Ты сказала - прокляла?

   - Да, а что?

   Вскочила и в нетерпении забегала по комнате. Не может быть! Нет!

   Я выхватила ещё одну книгу "Мифология древних стран" из рук подруги, бегом пролистала её. Мне повезло - на двести сорок восьмой странице я наткнулась на нужное мне предложение: "Боги Греции могут проклясть только своих родственников".

   - Смотри, - я указала на это предложение Лаврентьевой, - Брунгильда была моей родственницей. Именно поэтому Мгла прокляла её, а я смогла взять в руки копьё валькирии. Я не была уверена в своей догадке, но ты притащила действительно нужные документы, подружка. Теперь я точно знаю - бабуля хотела создать пространство намного раньше, ещё тогда, когда у неё появилась первая внучка, валькирия. Но у бабушки что-то пошло не так, она ошиблась в одном-единственном пункте своего плана. Но где?

   Поля по началу моей тирады выглядела так, будто её сковородкой ударили. Но сейчас она резко изменилась в лице:

   - Я знаю, где. Валькирии не имеют крыльев, Лиза, у них лишь шлемы крылатые. Но и у тебя крыльев нет, так что я в отчаянии.