Константин Храбрых - Древесный Флот. Фрегат

Спасательный маяк он вынес в первую очередь, но сигнал подавать пока не стал, ибо хотел сначала удостовериться, что над нами представители имперского флота, или ГПС, а не остатки пиратской флотилии.

Через раскрытый люк вылетел большой плотный контейнер, возле самой земли включивший антигравитацию, и плавно севший на землю. Следом вылетело еще три таких же, после чего из проема появился сам Вирграм.

— Нашел что искал?

— Да, система кольцевого заграждения, и шесть стационарных турелей инертной плазмы. Щас распакую и займусь своими. Как ужин?

Я потыкал заостренным концом веточки в обжариваемую до корочки на стальном пруте из обшивки одного из медблоков корабля, тушку варана.

— Почти, если только ты не любишь мясо с кровью?

— Нет спасибо, лучше пережарить, чем заработать несварение.

Спрыгнув с двухметровой высоты, он принялся распаковывать контейнеры. Через полчаса вокруг был оборудован периметр в виде двойного кольцевого круга из энергосетки, способной разрезать на крупные кубики любой живой и неживой объект. А так же шестью компактными автоматическими турелями с опознавательной сигнатурой свой — чужой.

Вирграм кинул мне полоску браслета и произнес:

— Держи. Чтобы система в тебе своего видела.

— Угу. Спасибо.

Вирграм оказался свойским мужиком. Несмотря на то, что когда пришел себя пару раз макнул меня лицом в землю, но это мелочи. С кем не бывает. Придти в себя без оружия в каком-то богом забытом лесу, раненым после боя с пиратским флотом. Я еще рад, что шею не свернули сразу.

Закончив с периметром, он тут же принялся снимать со своих сослуживцев броню, и вкалывать какие-то препараты. Девушкам вообще подключил к телу какие-то медблоки из контейнера.

Закончив с осмотром пострадавших он вколол себе какую-то темную жидкость из шприц-тюбика, после чего подхватив внушительного вида винтовку сел рядом.

— Ты это… не серчай что поначалу я тебя заломал.

— Спасибо что шею не свернул, а в остальном все понимаю. Еще пара минут и можно будет есть. Порции небольшие. — Я развел руками в стороны. — Извиняй, больше ящериц нет…

Вирграм резко вскочил на ноги, убирая за спину свой смертоносный агрегат и, убежал к кораблю. Через пять минут он тащил охапку плотных рюкзаков.

— В суматохе про НЗ забыл. Там ведь на тридцать членов экипажа запасы. Плюс пилотские НЗ-шки! Пока дрыхнут без сознания можно будет распотрошить, в них по любому бутыль красного вина есть.

Армии всего мира имеют общие приметы и черты. Вот и сухпаек пилота и штурмовика разный. Штурмовиков на выпивку обделили. Усмехнулся я мысленно.

Достав из ранца пару запаянных в прозрачную пленку контейнеров, он протянул мне.

— Во! Живем! На плоскую крышку от контейнера легла импровизированная закуска в виде обезвоженных брикетов с едой и пара бутылок из сероватой стали с закручивающимися горлышками, наподобие термосов. Крышка одновременно служила стаканом. — Вирграм поднялся на ноги. — Пойду, принесу канистру с водой.

Мне на ноги легла такая же винтовка, как и у Вирграма.

— На, держи. Стрелять умеешь?

Я только кивнул.

— Падали не только наши корабли, так что вполне возможно к нам подбираются пираты. Сканеры ничего не показывают дальше сотни алгов, связь со своими не работает. Я быстро. Если кто очнется и начнет буянить, скажешь: "Веет-Теро-8", это пароль для своих.

Вирграм убежал к кораблю.

Пока я распаковывал непослушную обертку коробки с сухими брикетами, то почувствовал за спиной чье-то присутствие.

Холод стали у горла говорил о том, что дергаться уже поздно.

— Вее…

В горле пересохло, вместо нормального голоса послышался сип. Острие ножа больно врезалось в шею.

— Только дернись, и голова будет отдельно от тела! — Злой женский голос.

— Веет… кха… Теро… Во… семь… — С трудом выдавил я из себя.

Сердце билось словно готовое выскочить из груди.

Лезвие ножа исчезло. А за моей спиной кто-то выругался.

— Сора! Тв… бабушку! Я тебя предупреждал уже по поводу ножей? — Послышался из темноты веселый голос Вирграма. — Ты едва нашего спасителя не прирезала!

— Где мы?

Я, наконец, решил обернуться.

Надо мной возвышалась рослая брюнетка с короткой стрижкой под каре. Радужка глаз девушки слегка отсвечивала зеленым, создавая немного пугающий эффект.

— На планете. Наши пока в отключке после удара. У Саймора сломано шесть ребер и пробито легкое, очнется только к утру. Я беру первую вахту, вторая твоя. Да и извинись перед парнем.

Девушка только кивнула и ушла из круга света костра.

— Как командир приношу извинению, девчонка немного вспыльчива и вздорна.

— Ерунда. Только что-то все кто выполз из корабля, хотят меня убить. Может, перекусим?

Я провел ладонью правой по шее, ощупывая легкий порез, после чего намазал шею гелем от порезов. Кожу в месте пореза слегка защипало.

Система Геллакс. Корона планеты Тривелл. Патрульная яхта ГПС.

Сигнал экстренного вызова застал девушек за подготовкой к проколу пространства.

Селис-Та удивленно переглянулась с Тизаррой, после чего нажала прием подпространственного сигнала. Это была короткая запись — извещение.

— ВНИМАНИЕ ВСЕМ СВОБОДНЫМ ОТ ВАХТЫ КОРАБЛЯМ! Обеспечить захват остатков пиратской эскадры в системе Геллакс! Всем патрульным кораблям экстренно прибыть по указанным координатам! Полковник Стролл.

— Обалдеть! — Удивленно пробормотала Тизарра.

— Внимание боевая готовность! Тиз выйди на связь с флотом, я сканирую пространство!

Компьютер мгновенно выделил на экране пульта управления требуемые координаты и возможные маршруты полета.

— Перехожу в боевой режим! Тиз на тебе огневая ячейка один и два!

Девушки практически одновременно надели шлемы полного погружения в виртуальное управление кораблем и всеми системами, после чего пилотские кресла распрямились, принимая положение кровати-ложемента. После чего тела пилотов захлестнули гибкие ремни безопасности, и кресла окутала голубоватая дымка силового поля гравитационного подавления.

Звездолет, сделав полный оборот вокруг эклиптики, рванул по указанному девушкой-пилотом маршруту, на полном ходу ощетиниваясь бортовыми излучателями.

Система Геллакс. Планета Тривелл. Дневная сторона планеты. Сто сороковой сектор.

Проснулся я засветло, из-за того что уснул в весьма неудобной позе в обнимку со штурмовой винтовкой. Холодный металл ребристой сеткой приклада отпечатался на лице.