Ольга Романовская - Быть тенью

- Однако нам нужны крылья, Исория, - серьёзным тоном продолжил лорд Аксос. - Постарайтесь их вызвать. Сильные эмоции обычно помогают. И впредь не пытайтесь скрыть голос крови.

За казнью я наблюдала из специальной ложи. Её, как и помост, соорудили за ночь.

Тот лорд, я его знала. Вовсе не юнец, а зрелый мужчина из числа придворных.

Наши взгляды на пару минут встретились. В его было презрение, в моём - вопрос.

Лорд отвернулся и спокойно взошёл на эшафот. Помолился, громогласно поклялся в верности роду Фавелов и сам положил голову на колоду.

Блестящий топор гипнотизировал. Когда он опустился на шею несчастного, вскочила и вскрикнула.

Крылья, я ощутила крылья за спиной. Они неожиданно взметнулись, скрыв от глаз жуткое зрелище. Полупрозрачные, наполовину реальные - всего на минуту. Но и этой минуты хватило для всеобщего удивлённого: ‘Ах!’.

После лорд Аксос объяснил, что специально привёз меня на казнь: рассчитывал на подобную реакцию. И желал, чтобы все увидели крылья - подтверждение моего права взойти на престол. Крылья дракона его протеже ставили крест на Аккэлии с крыльями грифона, которые она никогда не являла прилюдно, вне дворца.

Наконец наступил день свадьбы. Увы, отстрочить его не удалось. Студёный, солнечный, зимний, он переливался искристым серебром снега на крышах и в кронах деревьев.

Меня подняли рано.

Ещё в пеньюаре приняла настоятеля храма и получила благословение Ишты. Затем начались водные процедуры, растирания благовониями, облачение в наряд невесты и сооружение свадебной причёски.

Стоя, подняв руки, гадала, как смогу ходить в этих пяти юбках, жёстком обруче каркаса, тугом корсете, не менее облегающем корсаже, горе драгоценностей. Не радовала и обувь - пыточные туфли на высоком каблуке.

Одевали меня три часа. За это время я, кажется, разучилась дышать и начала ненавидеть красный цвет - традиционный свадебный цвет.

Сколько же локтей ткани пошло на шлейф, который делал самостоятельные передвижения практически невозможными? А золота на вышивку лифа и верхнюю юбку?

Никогда ещё не видела столько бриллиантов, сколько предстояло носить на себе сегодня. Они тоже не облегчали наряд.

Наконец, критически осмотрев меня со всех сторон, камеристка - тиара Элия - и тиара Монтрес в один голос заявили, что невеста готова.

Фрейлины оживились, по очереди раскурили над моей увенчанной короной головой, благовония удачи, счастья, любви и плодородия, после чего распахнули двери спальни.

Почтительно вошли четверо пажей, склонились в поклоне, подхватили шлейф, и я медленно, поддерживаемая камеристкой, покинула свои покои. За время моего отсутствия слуги должны были убрать и подготовить их для первой брачной ночи.

Придворные выстроились вдоль стен коридоров, толпились в анфиладах комнат и залах. При виде меня они приседали в реверансах и поклонах, громогласно желая счастья.

Если бы могла, шла бы ещё медленнее, будто на казнь.

Жутко тряслись колени, руки. Хотелось вырваться и убежать, но я отчаянно боролась с собой. Улыбаться не получалось - но какой улыбки следует ожидать от невесты, выходящей замуж по принуждению?

Увы, Ишта не пожелала спасти меня, да и я оказалась бессильна, не нашла в законах ничего, чтобы позволило бы не связать судьбу с лордом Аксосом.

Жених ожидал меня в тронном зале. Справа от него стоял мой отец, живой и здоровый. Только тоже хмурый. Нет, поручение регента он выполнил, истребил ту банду, но тоже не радовался свадьбе.

По случаю брака лорд Аксос расщедрился, наградил Николаса Олафа Ньдора землями и титулом барона.

Замерла, по этикету склонив голову перед женихом. Лорд Аксос сделал то же самое.

Отец выступил вперёд, протянул руку. Я вцепилась в неё, едва не разрыдавшись.

Ишта, не желаю идти в храм, не желаю выходить замуж!

Кажется, всё-таки разрыдалась, но придворные тактично восприняли это как слёзы радости.

Пока ехали в увитом цветами экипаже - бедные оранжерейные розы мгновенно вяли на морозе, - сетовала на судьбу, уткнувшись в плечо отца. Спасибо ему - сумел настоять, чтобы никто с нами больше не ехал.

Отец утешал, как мог, аккуратно смахивал слезинки с моего лица, напоминая о том, что я принцесса, должна следить за собой.

В итоге камеристке пришлось подправлять свадебный макияж зарёванной невесты.

Народ бросал в воздух шапки, будто искренне радовался. Кто-то даже принёс еловые ветки, чтобы устлать ими красную ковровую дорожку перед храмом: на счастье и долгую семейную жизнь.

Ничего не видя и не слыша, проследовала на казнь - к алтарю Ишты. Там меня принял из рук отца настоятель и попросил сесть в одно из резных кресел. Это тоже пришлось делать с помощью фрейлин.

Другое кресло, напротив, занял лорд Аксос. Он тоже сегодня был в красном, при оружии и со знакомой брошью с драконом. Видимо, она атрибут мага.

Настоятель выступил с традиционной речью о любви и браке, затем подал испить священной воды и начал непосредственно свадебную церемонию.

Я сидела, низко опустив голову, затем так же стояла, так же вручила руку жениху - лорду Эрику Замиру Акбэру Аксосу. Тяжело вздохнула, ощутив, как одно кольцо на пальце сменилось другим. Всё, теперь жена перед людьми, богами и демонами, и только воля Ишты может расторгнуть брак. Нет, речь не о смерти, но получить развод в Конране тяжело, долго и хлопотно.

Вздрогнула, когда пальцы регента сжали мои.

Закрыла глаза, решив, что целовать его не буду. К счастью, и лорд Аксос тоже не стал. Это необязательная часть протокола, её можно не выполнять. Да и вряд ли короли целуют своих королев перед высокими гостями. А они приехали - даже эльфы. Не во главе с королём, но всё равно.

Вампиров тоже звали, но они отказались, прислав вежливый отказ.

Драконовы прибыли в неполном составе, но с Правителем. Мелькнули в толпе и чёрные глаза его племянника. Невольно задержала на них взгляд и отвернулась. Постояла минуту, собираясь с силами, и подняла подбородок, играя роль.

Я наследная принцесса, через пару месяцев стану королевой и не имею права на личные чувства на людях. Вот и заставила себя улыбнуться, разгладив морщины на лбу настоятеля, и начала обходить незамужних фрейлин, раздавая им цветы из букета невесты. Хватит не всем, но это милость, счастье из рук новобрачной.

Лорд Аксос с удовлетворением наблюдал за моим поведением и, кажется, остался доволен.

Когда я закончила ритуал с цветами, муж взял меня под руку и повёл на кафедру. Оттуда мы вместе махали собравшимся в храме.

Никогда ещё я не стояла так близко от лорда Аксоса, не касалась его спиной, плечами, ногами. Смущённая, напуганная, замерла и покорно делала то, что требовалось.