Иван Казаков - Нед. Лабиринты забытых дорог

— Ты же заранее решил, что сделаешь это! – нахмурился Герлат – зачем было говорить, что вернёшься?

— Вернусь, если увижу, что идти дальше слишком опасно. Если же нет – мы пойдём вперёд. Про ловушки никому не говорите, как и про двери, само собой. Ну что ещё сказать… до свидания!

Герлат нахмурился и кивнул головой. Потом ободряюще ткнул парня в плечо полным кулаком.

Нед шагнул за порог, а следом за ним все трое его спутников. Они не оглядывались, уходя в неизвестность, и у Герлата защемило сердце… увидятся ли снова?

Тёмные фигурки исчезали, уходя всё дальше и дальше, наконец, они слились в точку и исчезли.

— Ну что, ребята, пошли за дровами? – нарочито бодро сказал маг, глядя на приунывших близнецов и атрока – всё будет нормально, уверен. Скоро придут.

— Дай‑то боги – тихо прошептал Иса, и побрёл к выходу из зала. За ним потянулись и близнецы – понурые, потухшие, как никогда.

Знакомое место. Разгон… прыжок! На той стороне.

— Не расслабляться! Мешки бросайте!

Шлёп! Шлёп! Шлёп! Прыгают. Все, отлично. Даже принц – и вовремя оттолкнулся, и на ногах удержался – гордый такой, аж светится. Похвалить!

— Молодец, Бордонар! Эдак скоро шатрием станешь!

— Не стану! – пренебрежительно, а сам порозовел – приятна похвала.

Люди, люди, как несложно вами управлять… тут похвалил, тут нажал, тут пригрозил… или башку долой – для отстрастки.

Кышь! Назад! Юрагор – залезай в свою нору! Не мои мысли.

Чёрная точка. Ага – несчастные мумии. И сейчас явится…

— Опять вы?! Да что это такое?! Вы никак не успокаиваетесь? Придётся вам головы‑то пооткручивать! Аааарггхххх! Убью!

— Хватит орать, а? – Амела с осуждением помотала головой – ну чего ты всё орёшь? У меня уши даже заложило от твоего крика! И голова заболела!

— Какие нежности! – слегка растерялся Голова – а чего я должен – сказку тебе рассказать? Ты врываешься в мой дом, собираешься спереть у меня чего‑нибудь, а я что должен делать?

— Встретить добрым словом, протянуть руку помощи, поддержать!

— За задницу тебя поддержать, что ли? – вкрадчиво спросил Голова и протянув волосатую руку шагов на пять, продемонстрировал, как собирается это проделать.

— И не стыдно? – уничижительно спросила Амела, глядя, как толстая ладонь исчезает в её штанах – вот сам ты как думаешь, это прилично?

— Нет, конечно! Иначе зачем бы я это делал?! – ухмыльнулся Голова – кстати – чего ты не визжишь? Я читал, что женщины должны визжать, когда…

— Заткнись, а? – быстро перебила девушка – иди вон к своему любимом Харалду и поцелуй его в макушку!

— Не пойду! – запротестовал Голова, оглянувшись на Харалда, невозмутимо шагавшего вперёд, ухмыльнулся – я его разлюбил! Он грубый, невоспитанный, и голова у него грязная! Засаленный весь, как будто валялся в выгребной яме!

— Ты, гадина! – не выдержал Харалд – чего врёшь‑то? Я чистый! И даже белье сменил, когда сюда шёл! Ну какой ты противный, а? То‑то ты с моей сестричкой сошёлся – она такая же зараза, как и ты! Кстати – вот она грязнуля! Я не видел, чтобы Амела ходила к ручью мыться!

— Харалд, что я тебе говорил? – буркнул Нед, присматриваясь к полу и потолку. За этой болтовнёй с Головой легко можно было пропустить ловушку, потому он сразу как бы отключился от внешнего мира, сосредоточившись на определении опасности, исходящей из тоннеля. Чем‑то неуловимо пахло, но он не мог понять – чем. Как будто нагретым камнем в солнечный день на самом жарком солнцепёке.

— Я в темноте ходила купаться к речке, дурак ты! – обиделась девушка и пожаловалась Голове – видишь, всю жизнь меня обижает! А ещё двоюродный брат! Один Нед у нас хороший, добрый… иногда. Кстати, а чего ты на него не нападаешь? И даже не подлетаешь к нему?

— Нууу… неважно – замялся Голова, и сверкнул красным глазом.

Потом ворчливо добавил:

— Много будешь знать – превратишься в древнюю старуху, сгорбленную, пахнущую плесенью! Кстати – а почему он иногда добрый? Он твой любовник? Ну‑ка я погляжу… – Голова мгновенно подлетел к Амеле и погрузил в неё свой левый глаз. Девушка от неожиданности истошно, оглушительно завизжала, напугав спутников и присела, непроизвольно закрывая руками низ живота.

Голова вынырнул наружу и громко завопил, громогласно хохоча:

Гы гы гы! Девственница! От меня ничего не укроется! Кто хочет взять замуж девственницу – выстраивайтесь в очередь!

— Какая гадость! – заявила красная, как варёный рак Амела – не подлетай ко мне больше! Не буду с тобой разговаривать! Хам! Скотина! Подонок!

— Дааа… дааа… говори, говори – хохотнул Голова – да, я такой!

— Голова, ты ведь был когда‑то человеком, так? – неожиданно спросил принц – верно?

— Твоё какое ослиное дело? – ощерился призрак, оскалив острые длинные клыки, каждый из которых был длиной с руку человека.

— Ну так… я учёный, всё записываю. И про тебя напишу – невозмутимо ответил Бордонар – тебя будут помнить. Я трактат пишу по истории магии, и ты займёшь там достойное место. Расскажи о себе, хорошо?

— Нет. Не хорошо! – отрезал Голова – я бы вам, учёным, руки повыдёргивал! Что б они у вас отсохли! Чтобы вас парализовало, гадов!

— А чего ты так учёных не любишь? – невинно спросил принц, подмигнув сердитой Амеле.

— А вы лезете куда не надо. Один вред от вас! Вот меня заключили в артефакт! Ну сдох человек – чего его трогать? Пусть даже я был и не совсем праведным человеком! Я заслужил нормальную смерть, а не это висение между мирами! Выдергал бы я тебе ручки поганые, если бы мог!

— А давно не можешь?

— Чего не могу? – поднял волосатую бровь Голова.

— Выдёргивать руки? С тех пор, как заклинание ослабело, да? Этих троих придурков ты ведь прибил, так?

— Ну я… и что? Они заклинаниями кидались! Все силы у меня выпили, гады! Едва успел их прикончить. И вас бы прикончил – да не могу. А сейчас тем более не могу! Привык уже как‑то к вам, поганцы. Впрочем – может вы сами себе башку сломаете…

— А есть где сломать, бесстыдник? — осведомилась Амела.

— Есть, есть! – жизнерадостно подтвердил Голова – ещё как есть! Интересно – кто из вас выживет? Надеюсь, что ты, девулька! Ээххх..где моё человеческое тело! Уж я бы расстарался с тобой, не то что твой любимый! Эй, эй, нечего так зыркать на меня! Понял! Исчезаю!

Голова с уханьем исчез в каменном полу, показав на прощание неприличный жест, а путники застыли на месте, ожидая команды Неда. Он поднял руку вверх, остановив цепочку.

— Ребята, я что‑то чувствую – озабоченно сказал Нед, принюхиваясь, как собака – чуете, вроде как палёным пахнет, нагретым камнем? Стойте на месте, не подходите. Сейчас попробуем…

Нед опустил вещмешок, достал из него пару небольших, круглых камней, подобранных им возле скалы на земле, и один из них подбросил вверх и вперёд.