Марьяна Сурикова - Академия жизни

В конце занятия Амир вдруг попросил меня задержаться. Я приблизилась к куратору, ожидая очередной пакости, вплоть до того, что лично мне время дополнительных занятий будет продлено на месяц.

— Впервые вижу такую бурную радость с твоей стороны, Летта. Даже глаза сияют. А ведь ты не добилась сколько-нибудь поразительных успехов в боевой магии. Я всегда полагал, что только собственное превосходство может искренне тебя обрадовать.

— Вы ошибались, куратор Вальенте. Меня радуют многие вещи.

— Например, конец ненавистных отработок, расставание с нелюбимым куратором и поездка к жениху, так?

— Откуда вы знаете? — удивилась я, только потом сообразив, что фактически призналась в том, что он мне ненавистен.

— Да так… — хмыкнул Вальенте. — Желаю приятной поездки, но не слишком бы рассчитывал на долгий и счастливый отдых. Эльмарин Остеус ведь такой занятой человек, у него даже на собственную невесту времени не хватает.

Эти слова отчего-то сильно задели меня, но я отнесла все на счет дурного характера куратора, который просто решил уколоть меня в очередной раз.

— Хочу дать совет напоследок, Летта, тебе не мешало бы поработать над реакцией, и не стоит считать, будто я нарочно занижаю твои оценки. А теперь можешь идти, счастливой дороги.

Я кивнула с самым достойным видом, ни на минуту не поверив его заверениям в непредвзятости, вежливо попрощалась и поспешила домой. Необходимо было отобрать самые красивые платья и украшения. Со мной в путь должна была отправиться служанка, а также дальняя пожилая кузина, которой отводилась в этой поездке роль дуэньи. Мама напутствовала вести себя прилично, не уединяться с женихом, не позволять ему лишнего и все тому подобное.

Отец согласился предоставить лучшую карету. Он все еще помнил тот случай с продажей его подарка и не упускал возможности напомнить мне о проступке, но сохранение престижа семьи являлось для Роланда Лавальеро самым главным в жизни, а потому мне полагалось приехать в фамильный замок Эрина в роскошном и удобном экипаже. Когда все наконец было готово, а я отправилась в постель, то еще долго не могла сомкнуть глаз, предвкушая приятное времяпрепровождение с самым чудесным мужчиной в этом мире.

Глава 9

О ЧЕМ МОЛЧАТ ЛЕГЕНДЫ

Мы выехали рано утром, поскольку предстояло провести в дороге целый день. Сама поездка не была особенной, мимо проплывал довольно скучный сельский пейзаж, легкий ветерок приятно овевал лицо, проникая сквозь раскрытые окна. Кузина мирно дремала в уголке, а служанка устроилась на сиденье напротив и, как и я, смотрела в окно.

Привал сделали всего один раз возле небольшой гостиницы, где мы с кузиной поднялись в отведенные комнаты, чтобы привести себя в порядок, сменить одежду и пообедать. Затем путешествие продолжилось, и я уже откровенно скучала, поскольку пейзаж за окном не менялся. Только подъезжая ближе к владениям рода Остеус, я почувствовала душевный подъем, предвкушая долгожданную встречу. Мы ехали по извилистой дороге, а вдали виднелись синие скалы. Вдруг за поворотом я увидела среди камней развалины замка.

— Мелинда, — окликнула я служанку.

— Да, мисс Виолетта?

— Посмотри, там древние развалины.

— Что вы, мисс, они вовсе не древние.

— О чем ты?

— Это проклятое место, мисс Виолетта. Неужто вы не знаете? Ведь ваш жених живет неподалеку.

— О чем я не знаю?

— Когда-то здесь был древний храм духу сладострастия эфиальту.

— Что за ерунду ты говоришь, Мелинда?

— Я дело говорю, мисс Виолетта. Я из этих мест родом, а потому историю эту хорошо знаю. Раньше все люди верили в духов, поклонялись им и храмы ставили. Предания о тех временах до сих пор в народе живут. Говорят, и магические способности у людей от духов. Вроде как те, кто был рожден от обычной женщины и духа, и стали первыми магами. Поэтому люди в древности самых красивых дев отбирали, а те перед храмами исполняли танец, потому как духа можно соблазнить, а он свою силу ребенку подарит.

— А женщина могла родить от духа?

— Избранница могла. Потом те времена канули в прошлое, но храмы трогать никто не решался. А некоторым духам люди продолжали поклоняться. Говорят, эфиальт был одним из самых могущественных. Многие верили, что он может подарить бездетной семейной паре потомство. А потом, во время войн с плебеями, король приказал порушить все храмы да запретил старые верования. Позже территории эти отошли знатному и сильному роду Мирас. На месте старого храма уж красивое озеро образовалось, туда селянки ходили в ворожейную ночь на суженого гадать. После глава рода Мирас дом возвел неподалеку, хотя его предупреждали не злить духа, говорили, что нельзя здесь жить, что дух проклянет весь род и потомки счастья не узнают. Так он не послушал. Видели бы вы, какой здесь красивый замок стоял!

— А ты видела?

— Ну так я картинки видела. Очень красивый! У хозяина дочь была — девица на выданье. От женихов отбоя не было. Приданое богатое, род знатный, сама красавица. Вот только подговорили ее как-то подружки в ворожейную ночь на озеро сходить, сказали, мол, погадаешь, хоть определишься, кого в мужья взять, с кем счастлива будешь. Вот она и пошла. А дальше страсти-то такие приключились, мисс Виолетта.

— Что за страсти?

— Пришли они, значит, ночью на озеро, одежу всю сняли, в воде голышом искупались, а как стали танец исполнять и слова гадательные произносить, так из самой середины озера поднялся мужчина.

— Мужчина?

— Да. Красивый-прекрасивый. Видать, прельстил его девичий танец. Только девки напугались до смерти, завизжали и бросились наутек.

— Так и бросились голышом?

— А то как же! Не до одежи им было. А вот дочка хозяина не убежала. Не смогла. Ноги будто к земле приросли. А мужчина тот прямиком к ней направился, схватил девушку на руки, а она и не воспротивилась. Отнес он ее на постель из травы душистой, там она поутру и проснулась одна.

— Одна проснулась?

— Ну так конечно. Дух-то поутру исчез.

— А это дух был? Наверное, сам дух сладострастия.

— Знамо дело, сам эфиальт. Ему, мисс Виолетта, ни одна женщина отказать не сможет. Только эфиальт — не добрый дух, а с той, кто его соблазнит, беда может приключиться.

— Что за беда?

— Будет он каждую ночь к ней во сне являться, ночи вместе проводить да силу и жизнь из тела вытягивать.

— Зачем?

— Да кто его знает? Может, из мести, а может, еще зачем. Вот и говорят, что стала с тех пор дочка хозяина сама не своя. Таяла день ото дня. Голову от любви к духу своему потеряла. Сама на озеро бегала каждую ночь, пока отец не прознал и не запер ее в доме. Стала она тогда будто помешанная. Эфиальта своего все призывала. Отец докторов лучших позвал, а те помочь не смогли. Один лишь старец древний с безумием девичьим совладал. Велел насобирать цветов белых и лиловых, что вокруг озера росли, да всю комнату деве украсить. Вот тогда и пришла она в себя.