Галина Романова - Операция «Невеста»

Под звуки собачьего перелая с трудом добрались до одного из домиков на окраине. Лопухи целиком представляли собой одну большую окраину, улицы не было, каждый дом стоял как бы сам по себе. Имелось и несколько брошенных, эти можно было отличить по отсутствию лая.

У искомой бабки собаки, можно сказать, почти не было — только из-под крыльца время от времени доносилось хриплое «рр-р-р… вух-вух!» Старушка здорово перетрухнула, ей пришлось трижды объяснять, что никакие мы не разбойники, а мирные путники, которые очень устали и проголодались. Ворота нам согласились отпереть только после того, как Марджет клятвенно заверила, что еда у нас с собой.

Бабка встречала нас на крыльце, приветственно помахивая вилами.

— Ой, так вы с лошадками? — воскликнула она, когда мы протиснулись в старые ворота.

— Ну не снаружи же их оставлять, — резонно возразил я.

— Ставьте, где хотите, только сена я вам не дам. Козе — и то мало.

— Мы и не просим, — прошептал я. Эх, сорвал-таки голос! — Коса у вас есть?

— Зачем?

— Сейчас вот Зимовита пошлю, он снаружи заборчик обкосит. И лошадки сыты, и вашей козочке чего-нибудь перепадет.

— М-ме? — Из сараюшки высунулась заинтересованная рогатая морда.

— А чего сразу я? — напрягся и без того измученный на подсобных работах парень.

— А то, что Марджет будет готовить ужин, а я — добывать информацию. И вообще, я — начальник…

— А я — дурак, — покорно кивнул студент.

Косы у бабки не нашлось, пришлось Зимовиту довольствоваться серпом, который сначала следовало наточить. Я тем временем, чтобы совсем уж не наглеть, наколол дрова и, пока Дорис-Марджет неумело разжигала печь, попытался вызвать хозяйку дома на откровенный разговор.

Не знаю, что тут сыграло свою роль — каша, которую студентка честно попыталась приготовить из наших же запасов, бурьян, выкошенный до самой земли вместе с молодыми деревцами, или просто соскучился человек по общению, но за ужином бабка разговорилась.

Да, колдун был. Свой, местный. В Лопухах всю жизнь прожил, тут родился, тут и помер. Откуда силу получил, неведомо. Вроде как от встречного путника, потому как до него своих колдунов в деревне не водилось.

Как постарел и одряхлел, надо было силу передавать наследнику, но тут колдун уперся: подавай ему непременно мальчишку не старше шестнадцати и не меньше двенадцати годов от роду. А таких в Лопухах и нету! За последние годы и без того мало ребят народилось, чтоб еще нужного возраста сыскать. Мужики уж к колдуну ходили, просили, чтоб кого другого в наследники взял — уперся и ни в какую. С тем и помер. А как сороковой день миновал, стал ходить по ночам, стучать в окна и искать себе преемника. Все, наверное, думал, что спрятали от него мальчишку. А кого прятать? Вот он и озлился, стал людей душить. В дом зайдет, туда-сюда ткнется, поищет, а не найдя, хватает кого ни попадя, наваливается, душит — и исчезает.

— Уж, почитай, по разу все избы обошел, — пригорюнилась старуха. — Мужика мово задавил… Теперь как бы до меня черед не дошел!

— А сейчас-то ему ты зачем, бабушка?

— Так ведь ученика ишшет, — вздохнула та. — А где ж его взять-то?

— Ну, если дело только в этом, — усмехнулся я, — пусть у меня одного забирает.

Зимовит резко побледнел:

— Мастер, вы это… чего?

— А что? — В голове забрезжила светлая мысль. — Если он на ученика клюет, значит, на живца ловить и станем. Марджет не подойдет…

— Это почему я на роль живца не гожусь? — мгновенно откликнулась та. — Очень даже гожусь!

— Колдун ищет мальчика, — напомнил я. — А у тебя… э-э-э…

Несмотря на то, что одета она была в мужской костюм, не заметить под рубашкой грудь девушки мог только слепой.

— Экстерьер не тот, — нервно фыркнул Зимовит. Было видно, что играть роль приманки студенту не слишком хочется, но подколоть сокурсницу показалось чересчур заманчиво.

От назревавшей драки молодежь спас хриплый и злой я, решительно встав из-за стола:

— Всем не спать! Завтра же на охоту!

ГЛАВА 4

Ночка обещала быть напряженной. И не только потому, что нам предстояла охота на лича, но и потому, что большую часть времени до полуночи пришлось потратить на разборки между практикантами. Марджет никак не могла взять в толк, зачем ей надо было меняться местами с бабкой и куда девать старушку. А Зимовит наотрез отказывался спать на полу у входа. Кроме того, вредная девица закидала всех цитатами из лекций и научных трудов на тему оживших мертвецов вообще, и личей в частности.

— Может быть, раз такая умная, сама возглавишь охоту? — прошипел вконец раздосадованный я. — А я, так и быть, посплю на печи. Утром разбудит… тот, кто останется в живых.

Угроза подействовала. Практиканты угомонились. В избушке наступила тишина. Ее нарушало только шуршание в подпечке домового, да ворчала что-то Марджет, не привыкшая спать на печи. С одной стороны ей жестко, с другой — горячо, с третьей — поддувает… Мы, втроем улегшись на полати — бабку задвинули к стеночке, — какое-то время терпели ее возню и бормотание, потом я приподнялся на локте:

— Слушай, ты или заткнись, или давай к нам, вниз.

— Куда «к вам»? — С печи свесилась растрепанная голова.

— Вот сюда. — Я отодвинулся, освобождая место между собой и Зимовитом. — Тут тепло, мягко и…

Ответить девушка не успела. Снаружи послышался грохот, словно упало что-то большое. Испуганно заржали лошади. Им ответил пес из-под крыльца.

Пискнув, Дорис-Марджет полезла прятаться под одеяло, а дверь содрогнулась и внезапно слетела с петель и рухнула на пол.

В дверном проеме возникла долговязая фигура тощего старика, закутанного в грязно-белый саван, как в плащ.

— А-а-а-а! Вот ты где? — возопила фигура и, воздев руки, ринулась вперед.

Скажу сразу: все могло закончиться по-другому. Мы были го-то-вы! На полу ждала своего часа пентаграмма, активированная человеческой кровью — Марджет пожертвовала несколько капель из вены, под подушкой лежал обрядовый нож, рядом — раскрытая на нужной странице книга заклинаний. Все углы и щели в доме посыпали толченой петрушкой. Даже черного петуха у соседей ухитрились раздобыть. В общем, мы не учли одной мелочи. А именно Зимовита.

Парень лежал с краю полатей и дрых самым бессовестным образом. Ему и так досталось: сначала весь день в седле, потом пришлось накосить травы, вычистить лошадей и задать им корм, затем починить у козы загончик… Черного петуха у соседей тоже пришлось ловить ему.

В общем, человек устал и еле дополз до подушки, уснув сразу, едва лег. И самым бессовестным образом проспал бы до утра, если бы не появление колдуна и наши активные действия.