Родословная. Том 6 - Андрей Сергеевич Ткачев

контактной и открытой — и это не мешало ей утащить меня в постель, но при этом не предъявлять никаких прав или требований после.

Она просто так жила: брала от жизни всё, что можно. И, стоит признать, после того, как я взял её под своё крыло и сделал частью своего рода, она изменилась.

Раньше в ней ощущалась затаённая грусть, которую она тщательно скрывала — и от меня, и от остальных. Она пыталась носить маску, убеждая всех, что у неё всё хорошо. Но иногда эта маска трещала — и тогда становилось видно, как ей тяжело. Сейчас же этой грусти больше не было. Катрина наконец жила так, как хотела. И, смею надеяться, её жизнь и дальше будет связана с моим родом. Где я ещё найду такого ответственного наставника?

Тем более — наставника, способного воспитать бойцов и быстро поставить их на ноги. Как бы я ни откладывал это, но рано или поздно мне придётся расширяться ещё больше. Чтобы поддерживать состояние рода, его нужно развивать — если не количественно, то качественно. Потому что род жив, пока он растёт.

Я не хочу больше повторения того, что было, когда я только очнулся: от всего рода остался один человек. Если бы линия крови тогда прервалась… не знаю, смог бы я вообще пробудиться от столь долгого сна.

Но главное — всё удалось исправить. И что уж скрывать, я никогда особенно не задумывался о будущем. Жил сегодняшним днём. А после смерти Никлауса у всех первородных появилась долгожданная свобода — та самая, с которой мы и не знали, что делать.

Для моих братьев и сестёр это стало уже рутиной: они прожили пятьсот лет в таком состоянии. А я, можно сказать, только вчера осознал, что теперь не нужно слушать приказы отца. Можно поступать, как хочешь.

И с учётом продолжительности нашей жизни и, по сути, технического бессмертия… я могу позволить себе жить так, как мне угодно. Развлекаться. Строить. Убивать. Создавать. Я никогда не любил подстраиваться под других. И признавал только Никлауса как кого-то, кто был сильнее меня. Но это признавали и все первородные — в этом я был не одинок.

В любом случае зацикливаться на этих мыслях мне не хотелось. Спарринг был хорош: он разогрел меня и помог отбросить ненужные размышления в сторону.

— Ну что, Елена тебя вновь завалила документами? — насмешливо взглянула на меня Катрина.

Но в её голосе не было насмешки — скорее, теплая, почти домашняя добродушная ирония. Она просто не умела говорить по-другому, и я это уважал.

— Разумеется, — кивнул я. — Всё же я — глава рода. Сама видишь, сколько у нас теперь людей, и каждому что-то нужно. Если я буду относиться к этим задачам с должной ответственностью, то и они будут заботиться обо мне и о роде. Всё взаимосвязано. Поэтому я не могу бросить эти дела, — закончил я с важным видом.

— Ну, настоящий глава стаи, — тепло улыбнулась Катрина.

На людях она старалась не показывать ко мне особого отношения. Но я чувствовал, как её тянет. Она едва сдерживалась, чтобы не утащить меня куда-нибудь и не показать, насколько ей всё это нравится. Жаль, настроение у меня было неподходящее. Да и отвлекаться от дел слишком часто — неразумно. Впереди ещё длинный вечер. Мы обязательно пересечёмся. И тогда, возможно, я позволю ей исполнить всё, что блестело в её глазах.

Да, её взгляд был полон азарта, желания, жажды. Пройти мимо было трудно. И, возможно, даже неправильно.

Собственно, на этом наш разговор и закончился. Я отправился в душ и переодеваться. Благо, все были заняты тренировками, и никто не мешал насладиться водными процедурами. Я, конечно, предполагал, что Катрина может проследить за мной и проскользнуть внутрь — исполнить то, что обещал её взгляд. Но нет. Она достаточно серьёзно относилась к своей роли наставника и не собиралась портить репутацию такими выходками.

Я мог быть спокоен.

А вот когда я вышел из подвала, из тренировочной зоны, то почти сразу столкнулся с Блэзом. Он явно искал меня.

— Что-то случилось? — спросил я.

— Да, господин, — коротко кивнул он. — Требуется ваше вмешательство.

Не собираясь продолжать разговор в коридоре, мы направились в мой рабочий кабинет. Когда Блэз закрыл за собой дверь, я спросил:

— Так что именно такое срочное случилось, что ты выглядишь таким обеспокоенным?

— Я разве обеспокоен? — Блэз чуть приподнял левую бровь, едва заметно склонив голову вбок.

Я усмехнулся и, сцепив пальцы в замок, оперся локтями о подлокотники:

— Пусть твоё лицо и лишено эмоциональности, но, поверь, я уже достаточно хорошо тебя знаю, чтобы понимать, когда ты пытаешься скрыться за своей ледяной маской. В общем, говорить мы собирались явно не об этом. Что именно произошло?

Блэз подошёл к столу, не отводя от меня взгляда, и, положив руки за спину, отчеканил:

— Главари банд, которые раньше сотрудничали с Маэстро, решили нанять убийцу, чтобы устранить вас.

Его голос был спокойным, почти отстранённым, но я уловил напряжение в его плечах.

— Прямо убийцу? — переспросил я с лёгким смехом, откинувшись глубже в кресле. — С каких это пор они додумались до подобных решений?

— Похоже, им не нравится, что вы растёте как маг, как аристократ и что влияние вашего рода усиливается. Это может повлиять на их бизнес. Думаю, страх заставил их прекратить склоки и объединиться, — Блэз сделал шаг в сторону, словно давая мыслям пространство.

— То есть я стал поводом для единства среди моих противников? — я насмешливо хмыкнул и провёл рукой по подбородку. — Занятно. Никогда бы не подумал, что стану катализатором сплочения.

— Боюсь, они наняли далеко не простого убийцу, — продолжил Блэз. — Этот человек специализируется на устранении аристократов и умеет обходить магическую защиту. Поэтому я и пришёл сразу. Есть вероятность, что стандартных мер будет недостаточно.

— Вот оно как… — протянул я, прищурившись. — Да уж, ни дня без происшествий. Что за жизнь у меня такая?

— Господин, я бы не стал шутить над такими вещами, — сдержанно, но с осуждением заметил Блэз.

— Не переживай, это я так, о своём, — отмахнулся я. — Подумаешь, одним покушением больше, одним меньше. За неделю столько всего происходит, что и не упомнишь. Да и смысл переживать? Если убийца появится, мы его просто устраним. Или переманим.

— Не думаю, что переманить убийцу — разумное решение, — вновь осуждающе посмотрел на меня Блэз.

Слишком много эмоций для него за один день. Неужели парень начал оттаивать? Или это просто результат того, что он стал работать не один, а с помощниками? Видимо, зря