Выжигаю имена в сердце своем (СИ) - Надежда Светлая

разбойник, — хотел было защититься Маркус, но Ян перебил его, не обращая внимания на пламенную речь компаньона.

— И что в моём случае? В первую же встречу я сам был вынужден спасти своего защитника от девушки-обольстительницы. В какой момент моя жизнь свернула не туда? Как вернуться к началу? — проворчал наримец, прикрывая лицо руками. Затем, окинув взглядом никак не унимающегося должника, Ян протяжно выдохнул. — Я от тебя многого не жду. Просто будь страшным и грозным. И да, не ввязывайся больше в неприятности.

Маркус обиженно надул губы.

— После того, как ты принял грабителей за обыкновенных прохожих и лично сопроводил их прямиком к ближайшей глухой деревеньке, я понял, что на тебя нельзя надеяться, — обвиняемый лишь сильнее натянул поводья. — Умоляю, хватит так слепо верить всем людям. Хотя даже слепой бы заметил подвох. Мне интересно, как ты вообще дожил до своего возраста с таким подходом к жизни.

— И это мне говорит человек, который не взял в длительный поход запасной обуви, — не выдержал Маркус. — Не будь меня, в чём бы ты сейчас ходил? Я понимаю, ты рассчитываешь, что на твоём пути всегда будут попадаться деревни, но бывают и такие случаи, как вчера, например. Резвящиеся детёныши неизвестных нам животных посчитают твою обувь удобной игрушечкой или случайной змейке покажется, что обувь может послужить неплохим спальным местом. Я не говорю, что ты не предугадал это, ибо это невозможно, но быть ко всему готовым ты обязан.

— Признаю, это была оплошность, но случившееся связано с живой природой, а она всегда ведет себя непредсказуемо и разговаривать не умеет. Иначе мне бы до скончания дней снились крики картофельных листоедов, — и премерзкий хруст их раздавленных тел под ногами. — Но это не относится к людям. По их поведению можно определить, затевают ли они что-то. Или, по крайней мере, обрати внимание на то, как они выглядят. Вчерашние люди явно намеревались нас ограбить, и только Ванабавлу известно, что их отпугнуло. Что угодно, но точно не твой грозный вид.

Мечник раздражённо дёрнул поводья.

— Хорошо, — с нажимом согласился он. — Я приму к сведению твои наставления по поводу людей, а ты мои по поводу жизни в незнакомой местности, договорились?

— Договорились, — после двух дней постоянных препирательств ни один из них не мог дальше продолжать бессмысленные стычки. И тем более делать это под палящим солнцем. — Так что будем делать дальше? Остановимся в деревне на границе и передохнём или двинемся дальше? Не совсем представляю, что тебя, вообще, может привлечь в Панпуге. Ты так и не сказал, куда держишь путь и чего ожидать от нашего совместного странствования по землям севера. «Тебе нечего делать, а со мной весело» — не ответ.

— И я не соврал, — легко отозвался Маркус. — Спустя нелегкие три недели мне всё так же весело наблюдать за тобой.

— Разве весело должно было быть не мне? — недоуменно спросил Ян.

— Ты тоже не особо распространялся о своих планах после того, как дойдёшь до Зильберерца, — перевёл разговор на другую тему его спутник.

— Я и сам не знаю.

— Не знаешь, чего?

— Что буду делать дальше. Надеялся выяснить, когда прибуду туда.

— Прости? — запоздало переспросил Маркус. Ян неуклонно продолжал ехать верхом. — То есть, ты вслепую лезешь на чужую территорию, не имея никаких гарантий, не зная, чего ожидать, и стоит ли оно того? Да ты, видать, совсем отчаялся, раз решил в одиночку отправиться туда, направляясь из самого Нарима.

Ян устало потёр переносицу. Ему самому не нравился этот «план».

— Это, конечно, достойно похвалы, но что ты собираешься искать в Зильбере? И раз уж на то пошло, если память меня не подводит, то и Знакай нельзя назвать ближним светом. Быстрее дойти до границы можно прямым путём, по берегу. Никаких ограждений, закрытых территорий или непроходимых гор. Леса да поля.

Когда-нибудь, заверил себя Ян, он всё-таки заставит замолчать этого болтуна.

— Так что же заставило тебя свернуть с протоптанной дорожки и отправиться вглубь территории? Тем более я уверен, что ты наслышан о Диких лесах Знакая. Зайдёшь в туман и не вернёшься. Сейчас даже есть детские страшилки, чтобы навсегда отбить желание у редких экстремалов зайти в запретные края, — наримец бросил сердитый взгляд на мечника. — Не каждый отважится и на километр подойти к «безобидной» деревеньке без проводника, а ты самостоятельно нашёл путь, да ещё и успел собрать лекарственные травы на окраине леса. Не понимаю, смелый ты, или же в твоём мозгу не достаёт пары винтиков.

— От тебя доброго слова просто так не дождёшься, не так ли, — всё же прервал нерушимое молчание Башазаг, шумно выдохнув. — Мне надо в Исследовательский центр нуминозных явлений. Там я должен буду обратиться к главе центра. Что до самого леса, он показался мне не таким уж и пугающим.

Мечник скептически приподнял бровь.

— Хорошо, возможно, пару раз пробегали мурашки по телу, но не более. Каким-то образом вышел к главной дорожке, а там и до Знакая было недалеко. Если честно, сам не понял, как, но лес словно сам показывал мне путь и направлял вперёд. Да и по дороге мне попалась весьма настойчивая шаманка. По этой причине я и прошёл через Знакай.

— То есть, — Маркус все больше сомневался в здравомыслии человека, что выручил его пару дней назад, — ты просто доверился абсолютно незнакомому человеку и не задумываясь пошёл по неизвестному пути? Тебя что, в детстве ничему не учили? Или несколько раз успели уронить?

— Именно поэтому я и не хотел говорить тебе об этом, — признался Ян, устало протирая глаза. — Я и так кажусь тебе странным, а теперь ты решишь, что я определённо ненормальный.

Взглянув на понурый вид едущего впереди Яна, насильно напросившийся компаньон небрежно поправил тканевые перчатки, в уме ругая себя за неподобающее поведение. Нагнав товарища, мечник постарался смягчить свой тон.

— Не обращай внимания на мои слова. В моей жизни не происходит ровным счётом ничего интересного. Всё идёт по накатанной дорожке раз за разом, даже если я пытаюсь этого избежать, отчего и завидую тебе. Твоя жизнь кажется намного веселей, чем моя, — слегка потрепав юношу по голове, Маркус медленно отстранился. — Раз уж я добровольно прилип к тебе как банный лист,