Очкарик 4 (СИ) - Афанасьев Семён

— Полсотни заслонов с магами, — бросил Ермек с насмешкой. — Какая мелочь.

Они говорили уже несколько часов.

То, что он слышал, было незнакомо и дико. Но не невозможно, если опираться на логику и иметь смелость.

Интересно, откуда человек этому всему научился? И где?

— Заслоны с магами — не мелочи даже для меня, — не стал спорить хуман. — Но охота пуще неволи. Мы говорили с твоей дочерью, нужен проект…

— Какой?

— Противовес Проекту эльфов и прочих. «Очистка Степи от магов».

— У нас нет шаманов, — орк заставил себя остаться спокойным усилием воли.

Игра в слова, вопросы и ответы, временами раздражала — но была очень полезной.

Обдумать можно и потом, повторял он про себя. Сейчас главное — услышать как можно больше.

От непривычных усилий тянуло в сон, особенно на сытый желудок. Раньше обычные разговоры не были такими утомительными.

— Знаю. Но маги — не пуп земли. Ты в курсе, что у гномов есть специальные отряды? Истребители магов?

— Как? — кочевник надеялся, что на его лице эмоции не отразились.

Со стороны звучало, как сумасшествие. Но до чего хотелось верить.

Вместо ответа человек выложил на стол странную штуковину из железа:

— Вот.

А договорить им не дали.

В дверях появился какой-то незнакомый хуман, который принялся искать взглядом в зале. Увидев пятнистого, он решительно подошел к их столу:

— Здравствуйте! Как хорошо, что вы на месте. У нас есть небольшая проблема по нашему контакту. — Незнакомец выжидающе замер.

— Я вас слушаю? — друг дочери удивлённо указал на третий стул.

— Деньги, обозначенные вами: мы знаем, как решить проблему магической метки, но хотели бы заранее согласовать с заказчиком, — гость полез в нагрудный карман.

А затем глаза Ермека чуть не поднялись на лоб: на столе появились несколько новеньких дирхамов Степи.

Блестящие, только из-под станка, очень хорошей чеканки — это хан видел точно.

Глава 13

Видимо, Ермек не удержался и какие-то эмоции на его лице всё же проявились.

— Сидим спокойно, как ни в чём ни бывало. — Затем Вадим повернулся обратно соотечественнику. — А что с меткой не так?

— Мы нашли того, кто мог бы её ставить на регулярной основе, — вздохнул гость.

— Что, даже с этим были проблемы?

— Да. К сожалению, она оказалась не такой простой и самостоятельно мы не справились.

— В чём затык? Если нашли мастера?

— Мы не можем проконтролировать качество его работы.

Хан с напряжением ловил каждое слово: банкир явно чего-то не договаривал.

Метка на степном дирхаме, кроме прочего, в зрении орков как бы подсвечивала монету, если та лежала в траве, в песке или даже просто ночью на земле. Функция достаточно узкая, но не бесполезная, по крайней мере, для эмитента.

— Мы можем, наверное, изготовить деньги с повышенным содержанием золота — завысить пробу, — пришедший неуверенно посмотрел на пятнистого. — Теоретически, если отсутствие метки занижает номинал, то завышенная проба должна его повышать. Такой вариант можем обсуждать? — Он вопросительно поднял бровь. — Компенсация одного другим?

— Нет, — друг дочери покачал головой. — Мы же это проговаривали. Нужна именно автохтонная монета, точь-в-точь как прототип. Не копия, не имитация, а полный аналог и функционал оригинального платежного средства. Ещё раз: не копия дирхама, а настоящий дирхам.

— Эти метки на монетах раз в несколько лет обновлять надо, — глядя в стол, уронил Ермек. — Если тебе прямо полный оригинал нужен. Либо монета должна лежать у единственного хозяина без движения — там даже когда сильный шаман ставит зер, метка со временем всё равно подсаживается. Монета же ходит по рукам, какой-то общий и остаточный магический фон действует; в общем, ты понял.

— Ты знаешь, как это делается? — пятнистый резко запах удивлением, досадой и надеждой одновременно. — Чего молчал?

— Ты дурак? — номад решил не церемониться в разговоре, раз и человек уж несколько часов слов не подбирал. — Ты меня спрашивал? Я все твои затеи что, угадать должен? И зачем, по-твоему, до войны в каждом оазисе наш шаман по полгода жил на караванных путях? Как раз метки обновлять.

— Знаешь, как её ставить?!

— Шаманы знают. Я только проверить могу.

— К А К? Как это проверить?! И кто ещё может это делать компетентно?!

— Брось на землю, насыпь сверху песок, — фыркнул хан. — Если в зрении орка будет светиться сквозь пыль — значит, работает. Кто может проверять: любой орк может, если у него глаза есть. Орки-полукровки тоже могут. Орквуды не все, через одного: кто с их севера, к нам близко — тот видит. Те, что южнее, уже нет.

— А-а-а, так вот зачем её обновлять надо, — хуман резко успокоился. — Сигнал со временем падает. Спасибо огромное. Уважаемый Георг, я вижу по вашему лицу, что вы сказали не всё.

Человек на противоположном конце стола замялся:

— Мы не в состоянии выдержать условия нашего с вами первичного соглашения. Вам, наверное, это неинтересно, но мы даже попытались выкупить всю степную монету у Проекта, — он вздохнул. — Без толку: нет такого количества.

— Продолжайте. Пока я от вас ничего страшного не услышал.

— Банк готов выплатить вам неустойку либо нужно подписать дополнение.

— Да не волнуйтесь вы так! — товарищ Асем решительно набулькал чаю из заварника в третью пиалу. — С финиками — самое оно, попробуйте.

— Проблема в следующем. — Глотнув терпкого зелёного напитка, гость и правда взял себя в руки и заговорил спокойнее. — С одной стороны, шамана орков мы нашли и на время выкупили.

Сердце Ермека пропустило один удар. Хорошо, что люди ничего не чувствуют по запаху, а лицом управлять можно.

— Он даже, обезьяна такая, согласился на наш тест! — продолжил банкир, после чего спохватился. — Ой. — Его глаза испуганно скосились на хана.

— Не переживайте, он не понимает всеобщего, — на голубом глазу соврал пятнистый. — Вы его нисколько не обидели. Продолжайте.

Хану отчего-то стало смешно, но он снова справился с мимикой.

Интересно, не такими ли штучками этот Вадим к себе и дочь расположил?

Вроде бы, все присутствующие — взрослые люди. Но почему тогда возникает чувство (орк старательно анализировал собственные ощущения), что ведётся какая-то игра? По неизвестным и непонятным правилам, оттого интересная.

— Продолжаю. В общем, шаман орков согласился. И даже приступил к работе…

— Прошу прощения, что перебиваю, но если не секрет, а где вы вообще этого подрядчика разыскали?

— В Проекте, запросили списки пленных, — рассеянно отмахнулся Георг. — Где ж ещё. Не суть, — похоже, он сбился с смысли. — Так вот! Поскольку сам раб нам не принадлежит (мы его лишь берём в аренду), то договор с ним заключали через посредника.

— Через его владельца в Проекте? — пятнистый тоже забросил в рот пару фиников и принялся жевать.

Ермек чувствовал по запаху, что друг дочери волнуется как бы не больше его самого.

А ведь это — очень интересное его качество, внезапно понял орк. Он владеет лицом так, чтобы по нему ничего было нельзя прочесть на переговорах. Понятно, что такой навык легко не даётся и отрабатывать его долго, номад знал по себе.

Единственная тонкость: использовать умение возможно лишь в тех местах, где нет ни орков, ни их метисов (орквуды не в счёт): этих мимикой не обманешь.

Все базары мира сразу отпадают. По крайней мере, так было до последнего времени.

— Где ты научился нашему языку и обычаям, если вокруг тебя никогда не было никого из нашего народа? — глухо поинтересовался кочевник, глядя в стол и не обращая внимания на происходящее вокруг.

— У себя дома, — нервно отозвался новый… товарищ?

Да, видимо, всё-таки товарищ. Дочери он так и вообще друг.

— Не врёшь, — не стал скрывать напряжённого удивления хан. — А почему тогд…

— Слушай, давай не сейчас?! Извините, он очень кушать хочет, но для разнообразия просит сменить рис на овощи. Эй, любезный! — пятнистый махнул подавальщику.