Безумья темный страх (СИ) - Елин Алекс

До сих пор о том времени напоминает прекрасно сохранившийся и любовно реставрируемый центр города, состоящий из древних зданий и не менее древних улиц, замощенных крошащимся камнем. Конечно, сохранившиеся кварталы нынче стали музеем под открытым небом, в уцелевших и отреставрированных домах никто не живет, но туристы ходят по древним мостовым толпами. На границе музея под открытым небом выстроен не менее древний храм Пантеры — самый большой в мире. При нем находится и самая большая школа боя Пантеры, где обучаются ее войны. Школа работает по сей день.

Кошаген помнит не только славные дни, когда город развивался и был крупным портом на море Мечты, но помнит он и годы войн, смут и раздробленности Розми. Тогда на его улицах, еще молодых и не знавших ужасов падения древних цивилизаций, вспыхивали кровопролитные схватки, в бою сходились непримиримые враги, а иногда битвы вскипали прямо во дворах. Звон мечей, крики умирающих, брызги крови на стенах… Потом прилетели пришельцы… От их брони отскакивали пули ружей и пистолетов, об их шлемы и бронежилеты тупились сабли, зато огонь из их непонятных орудий собирал кровавую жатву, хотя, как теперь осознавали розмийцы, они стреляли только по необходимости, не давая разгуляться своему оружию в полную силу.

Этот город помнил многое, но он всегда был городом богини Пантеры. Эта легенда и древний храм служили основой его дальнейшего благоденствия, помогая воскресать даже после падений во времена смут и войн.

На одном из пирсов в северном порту Кошагена на борту небольшой яхты расположился седой джентльмен. Был он уже в том возрасте, когда мужчины еще не сидят дома с внуками-правнуками, а еще вполне себе способны сами жениться на молодой красотке, способны зарабатывать деньги, или же вольны пойти на покой и пожить в свое удовольствие. Седой джентльмен, отец шестерых взрослых детей, дед уже пятнадцати внуков, недавно женился в третий раз. И этот брак, в отличие от двух предыдущих, не принес ему ни полезных связей, ни денег, ни влияния, он принес ему радость на старости лет — молодую хорошенькую женушку. Впрочем, красавица и сама была не прочь заключить весьма выгодный для себя союз — деньги мужа, его положение в обществе были способны компенсировать его возраст и наличие детей и внуков.

Господин Литс, а это именно он расположился на палубе своей яхты (далеко не самой крупной в порту, но надежной и быстроходной) довольно созерцал молодую женушку, устроившуюся в шезлонге позагорать. Он был доволен жизнью. Кто-то мог бы решить, что он не достаточно богат, мог бы зарабатывать и больше, но господин Литс прекрасно знал, что он сумел обеспечить себя и детей, а остальное — уже не его забота. Он итак поднял почти разорившуюся компанию отца с колен и вывел на новый уровень. Надо уметь довольствоваться малым, тем более это малое на поверку оказывалось не таким уж и скромным.

Сейчас господин Литс поглаживал окладистую седую бороду, раскуривал трубку и довольно щурился на утреннее солнце, что постепенно поднималось к зениту, покинув несколько часов назад свое убежище в морских водах. Сегодня его яхта отправлялась в небольшое путешествие по морю Мечты, господин Литс собирался посетить Александрию[6] и Наталилию[7].

— Доброе утро, господин Литс! — окликнул седовласого владельца яхты с пирса еще один джентльмен, тоже в возрасте, но лет на пятнадцать моложе.

— Доброе утро, господин Таурен! — поприветствовал соседа господин Литс. — Как ваша нога? Заживает после рыбалки?

— И не напоминайте, дорогой Джошуа! — покачал головой черноволосый Кит Таурен. — До сих пор не может зажить. Видать, та проклятая рыбина, что цапнула меня, была насквозь ядовитой.

— А я вам сколько говорил, что не стоит заниматься этой подводной охотой — неприятностей не оберетесь, — покачал головой седовласый Джошуа, спускаясь к господину Таурену на пирс. Оба мужичины приобрели яхты примерно в одно время, они соседствовали не только на пирсе, но и их компании занимали несколько этажей в одном и том же здании, поэтому джентльмены прекрасно знали друг друга.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вы были правы, Джошуа, были правы, — вновь покачал головой Кит. — Вы были вчера в храме Пантеры? На службе?

— Нет, друг мой, не был, — господин Литс вставил в рот трубку. — У меня приболел внук, первый сын моей старшей дочери, я приезжал его навестить.

— Надеюсь, с малышом все в порядке? Он очень милый ребенок, — вспомнил сосед.

— Да, ничего серьезного, скоро поправится, — кивнул морской волк. — Было что-то интересное?

— Да, жрец предложил подумать о том, что же ждет нашу страну в обозримом будущем: на троне маленькая королева, которую скоро выдадут замуж, а что захочет ее муж?

— Да, я слышал нечто подобное пару недель назад, — кивнул господин Литс. — В храме Крома. Там говорили про возможность регентства. И про то, что у принца Лоуренса больше прав на престол.

— Да, именно так, — кивнул господин Таурен. — Кстати, вы видели некоторое время назад выступление дальнего родственника Ее Величества по телевидению?

— Конечно, — вновь согласился господин Литс. — Я не пропускаю новости, ведь от них зависит будущее моей компании и возможность заработать на перевозках. Меня очень удивило, что не последовало никакой реакции со стороны Ее Величества на подобное заявление. Это весьма странно.

— Да, Джошуа, меня это тоже поразило. Но я хотел спросить вас о другом, — покачал головой Кит Таурен. — Что же вы об этом думаете?

— Что думаю… — задумался Джошуа. — Да мне, в общем-то, все равно, кто правит страной, лишь бы меня не трогали, налоги не поднимали, да дали жить мне и моей семье. А остальное… Пусть там уж сами дерутся.

— Боюсь, если начнется борьба за власть, нас всех в нее втянут, — не согласился Кит. — К тому же, жрецы на стороне принца Лоуренса и господина Роуза. Тут я с ними готов согласиться: нашей стране лучше будет в руках опытного и знающего лидера, чем в руках неопытной юной девочки, за власть над которой будут биться самые разные люди и группировки. Потом же придет ее муж, который будет иностранцем, и тогда нас начнут притеснять не только пришельцы, но и иноземцы. Тогда это коснется и вас, друг мой, и вашей семьи, и могут подняться налоги.

— Это вполне возможно, — задумчиво потеребил бороду господин Литс. А вы согласны со словами жрецов? Думаете, под рукой регента нам будет спокойнее, чем при Ее Величестве?

— Мне кажется, что — да, — кивнул в подтверждение своих слов Таурен. — Господин Роуз — человек знающий, опытный, и он имеет отношение к королевской семье. Он сможет обеспечить после плавный переход власти к принцу Лоуренсу, без эксцессов и чисток правительства. Да и страну под его руководством не ждет ничего такого страшного, ведь он прекрасно управляется со своей компанией!

— Ну, дорогой Кит, знаете ли, одно дело управляться с компанией, и другое дело — управляться с огромной страной, — улыбнулся господин Литс.

— Вот именно! — воскликнул Кит Таурен. — Вот именно! А ведь у Ее Величества нет вообще никакого опыта! Никакого! К тому же она — женщина! Ну, подумайте, мой дорогой друг, разве ваша очаровательная молодая супруга способна управлять хотя бы вашей компанией, не то что страной? А она старше Ее Величества на несколько лет.

— Тут я с вами полностью согласен, Кит, — кивнул головой Джошуа. — Женщины не созданы для управления чем-либо. Они же не наделены умом, по милости богов и разумению их! Нет, коли со мной что случится, компанией будет управлять мой старший сын, моей очаровательной жене положена будет лишь рента…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вот, вы тоже это видите, — довольно закивал головой Кит. Эта его привычка кивать или качать головой раздражала многих соседей и знакомых господина Таурена, но он не мог от нее избавиться. — Поэтому нашей стране нужна твердая рука и преемственность власти! Поэтому власть должна перейти к принцу Лоуренсу. Он — мужчина. Этим все сказано. А пока он мал — за него должен править господин Роуз. Тем более, жрецы Крома и Пантеры тоже так считают! А они слышат волю богов Света!