Лекарь (СИ) - Назимов Константин Геннадьевич

— Подумаю, — ответил ей и нажал отбой.

Размышлять не позволил неизвестный номер, но когда ответил, то почти сразу услышал гудки отбоя.

— Неужели и в этом мире начинается телефонный лохотрон? — озадаченно посмотрел на темный экран мобильника. — Вроде бы не слышал, чтобы пытались названивать и скидывать, а потом ждать ответного звонка в какой-нибудь рекламный офис с платным вызовом.

В Сомовку решил не спешить, ничего страшного с господами наладчиками не случится. Пусть помаются побитые, глядишь и работу в срок закончат, а не стаканом с водкой будут расслабляться.

— Да, — ответил на оживший телефон, уже держась за дверную ручку в класс.

— Станислав Иванович, — прозвучал чей-то незнакомый женский голос, — Петру Васильевичу стало резко хуже! Он задыхается, лицо очень бледное, обильный пот! Помогите!

Черт, похоже, что болезнь у Шаргина прогрессировать стала. По моим расчетам ему пару недель ничего не грозило, но, похоже, где-то просчитался.

— Вы где находитесь? — поинтересовался я.

— Из Ружева едем в деревню, эту, как там ее, — скороговоркой произнесла женщина и добавила, когда ей кто-то подсказал: — В Сомовку! Скажите, вы там сейчас?

— Я вас встречу, — ответил и разорвал связь.

В класс заходить не стал, позвал Марианну в коридор и сделав ей пару комплиментов, пообещав на днях ее отыскать и тщательно проверить состояние глазных и не только нервов, отпросился. Ну, поставил в известность, что есть важные дела и необходимо уйти.

— Стас, мне все понравилось, — неожиданно произнесла молодая учительница, на миг ко мне прильнула и мазнула губами по щеке. — Спасибо тебе, почувствовала вкус и краски жизни!

— Не увлекайся, — предостерег я ее. — Так и вразнос можно незаметно пойти. Сейчас вокруг тебя начнут увиваться мужики. Да и мои одноклассники не прочь с такой женщиной замутить.

— Я для них старовата! — рассмеялась Марианна.

— Вот уже чего бы не сказал, — демонстративно осмотрел ее фигуру. — Ладно, потом поговорим, мне и правда бежать нужно.

— Хорошо, иди, если что, то попытаюсь прикрыть, чтобы прогулы не ставили.

— Да, у меня к тебе будет одна просьба, — сделал два шага от женщины, но потом остановился и ей улыбнулся. — Поможешь?

— В чем?

— Банально прозвучит, — хмыкнул я. — Но хочу получить знания по твоему предмету.

— Индивидуальные занятия стоят дорого! Не рассчитаешься! — усмехнулась Марианна, но потом сказала: — Стас, разумеется, помогу.

— Спасибо, пока, — махнул ей и поспешил на улицу.

Географичка мне пару секунд в спину посмотрела, ощущал ее взгляд, но потом она направилась в класс. Хороша чертовка, даже не ожидал, что из такой «серой мыши» превратится в знойную красотку. И чего пряталась за непонятной личиной? Теперь мужикам будет голову дурить.

Джип с налоговиком увидел, когда выехал из небольшого перелеска. Большая машина стоит наклонившись в канаве, вода чуть ли не по капот достает. Тут без гусеничного трактора делать нечего, а водила и охранники суетятся, тащат ветки из леса, чтобы под колеса подпихнуть. Ну-ну, глупостью занимаются, лучше бы тракториста искали и договаривались, чтобы тот джип выдернул и до твердой дороги дотащил.

— Петр Васильевич где? — остановился возле водилы, который мрачный из-за руля вылез, попытавшись погазовать и сдвинуть тачку.

— В салоне, — коротко ответил тот и добавил: — Совсем плох, думал не довезу.

Не спрашивая разрешения, дернул пассажирскую дверь и увидел молоденькую блондинку в серебристом платье.

— Мальчик, ты кто? — с вызовом, спросила девица.

Мне хотелось ей ответить, что мол конь в пальто, но сдержался и представился:

— Станислав, травник, что с господином Шаргиным?

— Травник? — удивленно переспросила девица. — Я личный секретарь Петра Васильевича, меня зовут Лиззи.

— Из тачки выйди, мне осмотреть твоего босса нужно, — указал блондинке и мысленно позлорадствовал.

Платье-то у нее скорее для проформы, почти ничего не скрывает, даже чулки видны и край (честное слово, не специально смотрел!) трусиков. На спине большой вырез, ну и массивная грудь не в бюстгальтере. Золотистые туфли на тонкой десятисантиметровой шпильке на раз в глину уйдут, и девица даже шага не сделает, а комары такому подарку обрадуются.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тут грязно и сыро, — надула губки Лиззи.

— Эй, слышь, как там тебя, — обратился я к телохранителю, внимательно слушающему мой разговор с девицей. — Твой босс может коньки отбросить, если ему не помогу, а дама мешает.

— Где дама? — затупил охранник (понизил я его в звании).

— В салоне машины, — я кивнул на девицу и повысил голос: — Петр Васильевич, вы меня слышите? Хочу вам помочь, но секретарша не пускает.

— Подумаешь, — дернула плечом Лиззи и попыталась грациозно из тачки выйти.

Ну, в какой-то степени ей это удалось. Кузов-то перекошен и пришлось спрыгивать. Груди у нее знатно колыхнулись и приземлилась вроде удачно, на носки туфель, но сделала шаг и каблук ушел в мягкую землю, равновесие не удержала и рухнула в грязь. Материлась без огонька, но долго и с повторами. Слушать ее не стал, залез в салон и приступил к диагностике полуживого налоговика.

Состояние и в самом деле хреновое, можно сказать на грани или даже за гранью. Сердце опутывает грязь, в легких вновь щупальца гадости. А сил и энергии у меня немного, не восстановился после вчерашних и ночных событий. Шаргина срочно в круг силы следует поместить и начать лечение. Но довезу ли я его? Что произойдет, если в дороге помрет? Тем не менее, вариантов нет.

— Петр Васильевич, вы меня слышите? — я потряс за плечо налоговика.

— Да, — хрипло ответил тот, приоткрыв глаза. — Успел до тебя добраться. Помоги, совсем хреново.

— Что произошло? — спрашиваю находящегося при смерти налоговика и добавляю: —Ничего же не предвещало такого развития событий!

— Сам не понимаю, — медленно отвечает тот. — После того, как от тебя уехал, поверил, что могу поправиться. Дышалось легко, жизнь радовала…

— И вы пустились во все тяжкие? — кивнул в сторону Лиззи, которая размазывает по платью грязь.

Шаргин со своего места ее видеть не может, но кивает, догадываясь о ком говорю.

— Алкоголь, какие-нибудь лекарственные препараты употребляли? — задаю очередной вопрос, а сам машу охраннику, чтобы подошел к открытой дверце автомашины.

— Нет, ничего такого, — отказывается Шаргин.

— Петр Васильевич, сейчас не до шуток, — мрачно произношу. — Вспоминайте! Это очень важно!

— Помочь? — спрашивает охранник.

— Надо твоего босса из машины вытащить. Справишься? — смотрю на накаченного мужика и понимаю, что мой вопрос скорее риторический.

— Без проблем, но вы помешаете, из слона выходите, а Петра Васильевича, со всем почтением перенесу куда скажите, — вежливо ответил охранник.

— Как тебя зовут? — спросил я его.

— Серый, гм, Сергеем, — представился тот.

— Значит так Серый, поедем ко мне в лабораторию, я за рулем, а ты босса будешь держать. Как считаешь, на квадрике разместимся? — озвучил идею, не находя пока другого выхода.

Мог бы и в лесу наскоро попросить энергии у какого-нибудь старого дерева. Даже круг силы сделать, сейчас он у меня за пару минут получается. Но незадача в том, что без зелья бодрости и концентрации, когда из моего источника последует отток энергии, боюсь, не справлюсь. Впрочем, даже если бы оказался отдохнувшим и полным сил, то и тогда следовало принять вышеупомянутые зачарованные настойки. Когда же смогу действовать спокойно и без спешки? Какими-то рывками все происходит, то размеренная жизнь идет, то хоть разорвись! Эх, знал бы что сегодня возникнут такие проблемы, в том числе про сломанный нос господина Клюге (вспомнился он мне в эту минуту почему-то), то ни в какую бы школу не поехал, а отлеживался дома! Гм, а как же бедолага Васька? Кто бы ему помощь оказал? Блин, как бы про него не забыть и приготовить заживляющую настойку, а то и правда парень может лишиться своего детородного органа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})