Энн Маккефри - Драконы Перна

«То, что случилось, случилось. И теперь мы вместе», — уловив мысли Джексома, передал Рут'. Джексом почувствовал, как на глаза навернулись слезы.

С площадки Рождений донеслось такое яростное шипение, что он моментально выпал из задумчивости. Одно яйцо треснуло, но Рамот'а с таким угрожающим видом заслонила его, что ни один из мальчиков не осмелился приблизиться. Снаружи на карнизе затрубил Мнемент', ему вторили собравшиеся в пещере бронзовые. Рамот'а вздернула голову и, расправив переливающиеся золотом крылья, вызывающе заревела. Бронзовые ответили ей умиротворяющим урчанием, однако в трубном голосе Мнемент'а явно слышался приказ.

«Рамот'а очень сердится, — передал Джексому Рут'. Белый дракончик незаметно удалился на солнечный берег озерца, плескавшегося на дне чаши Вейра. Однако он прекрасно знал, что происходит на площадке. — Мнемент' говорит, что она ведет себя глупо. Рождение все равно произойдет, и новорожденные должны пройти Запечатление. Тогда ей больше не придется за них беспокоиться. С людьми они будут в безопасности».

Бронзовые заворчали громче, и Рамот'а, все еще не желавшая смириться с неизбежным ходом событий, медленно и неохотно попятилась от яиц. И сразу же один из подростков, храбро державшийся впереди, учтиво поклонился ей и шагнул к треснувшему яйцу, из которого, стараясь удержаться на разъезжающихся ногах, только что выбрался бронзовый малыш.

— Сообразительный паренек, — одобрительно кивнув, заметил Робинтон. Он, не отрываясь, наблюдал за происходящим внизу. — Уважение — вот чего сейчас не хватает Рамот'е. Смотрите, глаза ее гаснут, она складывает крылья… Молодец, просто молодец!

Последовав примеру товарища, еще двое старших мальчиков поклонились королеве и быстро направились к яйцам, которые уже сильно раскачивались от усилий новорожденных, пытавшихся выбраться наружу. Поклоны вышли не особо ловкими и слишком торопливыми, но все же Рамот'а заметно смягчилась; теперь она лишь негромко рычала, когда очередной парнишка проходил Запечатление.

— Смотрите, он получил бронзового! Паренек это заслужил! — аплодируя, крикнул Робинтон, когда первая пара двинулась к выходу.

— Откуда он? — поинтересовалась Менолли.

— Из Телгар-холда. Мальчик и статью, и лицом похож на лорда Ларада… да и ум его, как видно, унаследовал.

— Юный Кирнети из Форт-холда тоже получил бронзового! — торжествующе сообщила Менолли. — Я ведь говорила тебе, что так и будет!

— Значит, я ошибался, моя дорогая, — и наверняка не в последний раз. Быть непогрешимым — такая скука! — добродушно ответил мастер Робинтон. — А из Руата, Джексом, кто-нибудь есть?

— Даже двое, только отсюда я не могу их разглядеть.

— Отличная кладка, — заметил Робинтон. — Такой большой выбор.

Джексом наблюдал за пятеркой мальчиков, окруживших большое, покрытое зелеными пятнами яйцо. Он затаил дыхание — вот на свет показалась голова дракончика и стала поворачиваться, поочередно оглядывая каждого из пятерых. Полетели осколки скорлупы, и коричневый малыш, жалобно попискивая, протиснулся мимо подростков; неуклюже ковыляя, вытянув длинную шею, он побрел по песку отыскивать себе друга.

— Какое разочарование для этих ребят, — сочувственно проговорил Джексом.

Неожиданно ковылявший по песку дракончик упал и зарылся носом в горячий песок. Затем он выпрямился, чихнул и жалобно пискнул. Рамот'а угрожающе заревела, и ближайшие к ней мальчики поспешно отступили. Один из них, темноволосый, длинноногий, с худыми исцарапанными коленками, чуть не налетел на коричневого малыша. Неловко взмахнув руками, он с трудом удержал равновесие и, слегка попятившись, замер на месте. Глаза его встретились с взглядом коричневого дракончика. Запечатление состоялось!

— Как быстро все закончилось, — разочарованно протянула Менолли. — Жаль, что сегодня Запечатление прошло так сумбурно.

— Да, денек выдался нелегкий, — подтвердил Робинтон, указывая на Рамот'у.

Королева, переступая с ноги на ногу, сердито смотрела вслед удалявшимся парам.

— Как ты думаешь, теперь, когда Запечатление закончилось благополучно, она сменит гнев на милость? — спросила Робинтона Менолли.

— А вместе с ней и Лесса? — арфист поджал губы, пытаясь скрыть усмешку. — Если Рамот'у еще и удастся уговорить, чтобы она поела, обе, пожалуй, немного придут в себя.

— Хотелось бы надеяться, — с чувством сказала Менолли — так тихо, что Джексому показалось, будто ее слова вовсе не предназначались для ушей Робинтона.

Тем не менее тот услышал и ласково улыбнулся своей помощнице.

— Думаешь, Рамот'а так пристально изучала каждого, пытаясь уловить, не пахнет ли от кого Южным Вейром? — посмеиваясь, спросил арфист.

Джексом искоса взглянул на него и подумал — возможно, неяркое освещение в пещере просто сыграло с ним злую шутку? Теперь лукаво усмехавшийся мастер-арфист Перна снова казался самим собой.

— Не уверен, что меня сейчас обрадовал бы столь пристальный осмотр, — приподняв бровь, добавил Робинтон.

Менолли фыркнула, в глазах ее заплясали веселые огоньки.

«Великая Скорлупа! Да ведь они оба совсем недавно побывали на Южном! — понял Джексом. — Интересно, что они там откопали?» Внезапно юношу прошиб пот от страха; его осенило, что южане-то уж точно знают: никто из них яйца не возвращал! Неужели Робинтон тоже об этом знает?

— Жаль, что нельзя отложить нашу встречу до тех пор, пока страсти не улягутся окончательно, — продолжал мастер-арфист.

— Позволь мне на этот раз пойти с тобой!

— Зачем, Менолли? Чтобы защищать меня? — грустно улыбнувшись, Робинтон положил руку на плечо девушки. — Нет, сегодня не обычное собрание, и я не могу проявить подобное самоуправство.

— Тогда пусть пойдет он! — Менолли указала пальцем на Джексома, сверля его сердитым взглядом.

— Куда?

— Разве Лайтол тебе не сказал, что после Запечатления должен состояться Совет? — спросил Робинтон. — Ваш холд тоже приглашен.

— Значит, твой опекун решил все свалить на тебя? — звенящим от напряжения голосом сказала Менолли.

— О чем ты? — спросил Джексом, удивленный необычной заботой Менолли.

— Да о том, глупая твоя голова…

— Полно, Менолли, полно! Я ценю и твою заботу, и доброе слово Лайтола. Однако не надо забывать, что только время все расставит по местам. Я жив, здоров, невредим и не собираюсь сдаваться. А теперь, когда Рамот'а уже выбрала себе обед, мне даже не грозит опасность попасть к ней на обед, — Робинтон похлопал девушку по плечу, стараясь ее успокоить.

Рамот'а покинула площадку Рождений; они видели, как королева поднималась в воздух с жирным бычком в когтях.