Танцующая с грозой

Щелчок, секундный блеск стали, прыжок и перекат в сторону. Я сделала это на автомате, даже не задумавшись. Точно также, как и приняла руку, помогавшего мне встать нага.

Действительно огромный, покрытый сеткой застарелых шрамов и свежих ран, одна из которых прочерчивала глубокой, ещё кровоточащей бороздой ребра и живот. Светло серые, почти бесцветные глаза в обрамлении густых темных ресниц, резко очерченные, выпирающие скулы, тяжёлый подбородок, прямой нос. И голос. Если его и можно с чем-то сравнить, то только с густым мёдом.- Красивым девочкам не место в бою! - Пророкотал этот титан в чешуе, старательно направляя меня вглубь лагеря.- Как только встречу красивых девушек в бою, сразу им передам. Спасибо! - Ответила ему и сбежала, коротким переносом оказываясь сразу за позициями нагов, перед разъяренной толпой солдат, у которых только что вырвали, буквально из рук, лёгкую добычу.

Внимание я привлекла к себе сразу. Перекошенные от злости и ненависти лица, ничего человеческого.- Проклятая тварь... - начал один из тех, кто стоял ближе всех.

Вылетевший из ладони метательный нож, хищной птицей впился в его горло, затыкая навеки. Дожидаться следующего шага врагов я не стала. Колючая плеть молнии обрушилась на первые ряды, сминая, разрывая, сея первые семена паники.

Разумная часть меня, словно перестала существовать. Я не помнила, что передо мной люди. Их так воспитали, так натаскали, приучили. Пусть эти мысли появятся потом. Сейчас я просто выплескивала, накопившуюся злость на тех, кто легко приговорил целые поколения. На тех, кто ни мгновения не задумался о судьбах несчастных, кто будет страдать в результате интриг ордена. Я просто методично уничтожала гниль, грозящую поглотить всё вокруг.

 Шаг за шагом я продвигалась вперёд, огибая светлых, стараясь оказаться за их спинами, чтобы им некуда было отступать. Краем глаза я видела яркие огненные всплески. Леройды хоть и исчерпали резервы на переносах и порталах, но совсем безоружными не остались. Да и Наарис с наследником не пожелали отсиживаться в лагере с фургонами и лошадьми. Сейчас там остались только женщины, орки и несколько белых для охраны. Мародёров никто не отменял.

 Очередной комок молний летит в орденца, левая рука направляет нож в очередной полёт, а сбоку с рёвом бешенного быка на меня летит светлый с занесенным мечом. И нарывается на лезвие топора, что практически разрывает нападавшего вместе с доспехами.- Марина!- Разъяренный медвежий рык и лапища дергающая меня за спину медведя, - ты куда полезла? Одна? А если тебя кто поранит? Да я тебя тогда сам убью!

Что такого смешного я нашла в волнении мужчины, даже я сама не поняла, но рассмеявшись, обернулась и наткнулась на спину черного нага, прикрывавшего меня сзади. Одним прыжком я залезла на какую-то каменюку поблизости, позволяя нагу и медведю драться во всю свою мощь. А сама ограничилась метанием ножей и молниями. С других сторон орденцев теснили магией и оружием, свободным для отхода оставался только узкий перешеек, к которому, осознав поражение, и поспешили солдаты ордена.

Но я была ближе. Не задумываясь, я кинулась наперерез отступающим и оказалась прямо у них на пути. Грозный рык над моей головой оповестил всех о прибытии Хранителя.- Рррразвлекаешься, мелочь? -Вроде добродушная фраза, а по спине рой мурашек.

Или это не от рыка Кельта, а от ощущения такой силы за спиной. Светоносцы застыли, боясь шевельнуться, понимая, что их ждёт, и что надеяться на снисхождение не стоит. Но мне было мало их смерти. Мне хотелось, что бы в свои последним минуты они ощутили, хотя бы отголоски той боли, что причиняли всем вокруг. Просто не желая мирно сосуществовать, рвясь к власти над чужим миром.- "Заклятье каменной стражи"- прошелестел в голове голос мамы.

Это жуткое изобретение кого-то из далёких предков, сейчас мне показалось самым правильным и верным способом наказать. А потому, громко и чётко, чтобы слышали все до единого, я произносила приговор, что гремящим эхом отражался от щедро залитых кровью склонов.

 Поднимающееся солнце, словно предчувствуя картину, что увидит с небосвода, окрасило небеса в алый, больше похожий на закатный цвет. Собирающаяся сила заклинания расцветала молниями на ладонях.- Принесшие боль и смерть на мои земли, вы приговариваетесь к смерти и к вечному служению в посмертии. Ваши души не уйдут на перерождение, пока не будет искуплена последняя капля крови, пролитая вами и последняя слеза, упавшая по вашей вине. А до того момента, вы останетесь каменными псами, стерегущими покой этих гор от непрошеных гостей. По справедливости!

Срывающиеся с ладоней молнии прицельно бьют в каждого выжившего светоносца. И с этого момента, живая плоть начинает превращаться в камень, принося неимоверную боль проклятому на служение. Как бы ни сложилась моя судьба, но любой перешагнувший границы земель Лангран со злым умыслом, столкнется с лишенными посмертия стражами, чья цель теперь защищать всеми силами земли, на которые они нападали.

Последние искры пробежали по каменным изваяниям, навсегда запечатляя дикую муку на лицах и, погружая души в вечное переживание этой боли. Уже сегодня ночью они нападут на отряд бывших соратников, которых отправил на разведку магистр, так и не дождавшийся ни пленников, ни вестей от отрядов, ни "печальных" для него новостей о судьбе внука. Но мы об этом узнаем только несколько дней спустя.

А сейчас, моих сил хватило только на то, чтобы пройти сквозь строй статуй к мужьям и облокотиться на мощное тело вербера, окунаясь в такую надёжную ауру силы, кутаясь в крепкие объятия, даря самой себе секунды слабости перед тем, как снова стать сильной и решительной фреей Лангран.- Как же ты меня напугала, ярое мое сердце! А если бы я не успел? - Дарден шептал на ухо, проверяя горячими ладонями, нет ли на мне пусть даже и незначительных ранений под бдительно-ехидным взглядом Кельта.- Ругаться будешь?- Таким же шепотом в ответ.- И ругаться, и кричать. Все буду. Вот только останемся наедине, чтобы никто не слышал, что какой-то медведь смеет повышать голос на саму наследницу Лангран. - С тихим рыком Дар уткнулся мне в шею, сжав так, что мне самой послышался хруст моих рёбер.- У меня зверь бесится, наружу рвётся.- Что с ним?- Да понятно что. Переживает, что его самочка не в безопасности, что не пойми, кто рядом с ней мечами размахивает, и из арбалета стреляют. - Оборотень шумно втянул воздух. - Мой медведь скоро побелеет весь. Предки увидят, не признают.- Я не могла по-другому...- Я знаю. - Тихий шепот у самых губ сменяется лёгким касанием. И тут же нежное прикосновение превращается в жёсткий захват. Это не поцелуй, это буря, обрушившаяся на мои губы. Дарден умудрялся обжигать, клеймить, выплескивать все свое волнение и весь пережитый за меня страх, продолжая меня целовать.- Хмм... - Раздался ехидный смешок над головой. - А наследников вы тоже прямо сейчас создавать начнёте, или все-таки дождетесь менее людных мест? Спальни, например, нет?