Лана Тихомирова - Гладиатор, Маленький Лев и Капитан

— Билли, позор тебе, скотина ты пьяная, — спокойно сказал он, — тебя смог побить пятнадцатилетний пацан, — он усмехнулся, и все как-то тихо неуверенно заржали.

— Ты заблудился, парень? — он похлопал меня по спине большой теплой рукой. Меня передернуло.

— Да, — тихо ответила я.

— Но, Капитан, я клянусь тебе, у нее есть грудь, не большая, конечно, но есть, — возмущался Билли.

— Билл, ты помнишь Ахума с "Элегии"?

— Помню. Он не так давно ушел с "Элегии", решил завязать с флотом, — ответил медленно Билли, не понимая, к чему клонит собеседник.

— Так, вот Билли, у Ахума грудь теперь тоже есть. Но это еще не значит, что он баба. Пошли, парень.

Капитан дернул меня за шкирку и поволок за собой, сквозь молчавшую компанию. Метров двадцать мы шли так, потом он остановился. В нем не было ни капли властности или холодности. Он был взволнован, серо-зеленые глаза, сначала показавшиеся мне узкими стали круглыми и очень добрыми.

— Ты как цела? — он присел передо мной на корточки и потряс за плечи.

— Вроде того, — выдавила из себя я, через три минуты, пока сообразила, что на площади разыгрывалась пьеса по спасению меня. Этот мужчина мог легко побить моих обидчиков, он был сильнее их, выше и ловчее, но он выиграл сражение без крови, хитростью.

— Нет, это надо было догадаться, пойти в порт! — набросился он на меня, не вставая с корточек. Я чувствовала себя ужасно маленькой и глупой.

— Простите меня, — промямлила я и разревелась. Плакать я не люблю, особенно на глазах у кого-то, но сейчас было не до того.

Капитан смотрел на меня удивленно, потом прижал к себе и погладил по спине.

— Ну, бывает, бывает, — тихо говорил он, — Ты давно тут?

— В час дня приехала.

— Ох, — только и сказал он, — Боюсь я больше ничего не смогу для тебя сделать. Тебя хоть как зовут?

— Аиша, — размазывая слезы по лицу, сказала я, отстраняясь. В его объятьях хоть и было тепло, но злоупотреблять не хотелось. Вроде бы он приличный и добрый человек, а кто его знает, что у него на уме.

— Аиша, больше я ничего не могу сделать для тебя. Друг мой в отъезде, я мог бы тебя поселить там, ему, как раз помощник нужен, но он уехал и неизвестно, когда вернется. Ты вот что, здесь недалеко есть агентство помощников, сходи туда. Ты же за этим приехала?

— Да.

— Ну, вот и славно. Я же точно знал, что за этим, а не за тем, чтобы тебя пользовали в порту.

Я снова стала всхлипывать.

— Ну, хватит, успокойся, Аиша, — он неловко погладил меня по плечу, — Ты больше не ходи сюда, хорошо?

— А вам помощник не нужен? — вдруг спросила я.

— Нет, к сожалению, нет, — улыбнулся он, — у меня целая команда помощников, а женщина на борту, к беде. Мы рыболовы все-таки.

— А дома? Я бы присмотрела за вашим домом.

— У меня нет дома. Я живу на своем корабле. Я все равно большую часть года ловлю редких рыб в южных морях. В Иезеркеле у меня друг и кое-какая родня, поэтому я тут. Тебе очень повезло, что я оказался рядом.

— Да, я это уже поняла.

Капитан проводил меня из порта. Мы больше ни о чем не говорили, просто не о чем было.

— Ой, это получается вы совсем, как Мисхора, — вдруг сообразила я.

Капитан встал, как вкопанный.

— Как ты сказала? — встревожено спросил он.

— Мисхора. Это моя попутчица. Она живет в своей машине и ездит по городам, у нее запутанная, но любопытная теория на счет того, что города можно будить.

Капитан долго смотрел на меня сверху вниз сощурившись, пытался понять выдумываю я или просто вру. На его лице блуждала мечтательная улыбка, но вдруг другая мысль наскочила черным облаком, глаза его стали стального цвета, он резко постарел.

— Не может быть, — пошевелил он губами, но тут же снова с живейшим интересом уставился на меня.

— Чего не может быть? — недоумевала я.

— Ничего. На этом свете, милая Аиша, уже ничего хорошего быть не может, — туманно пояснил он, — Но это ничего. Мне просто интересно, каким ветром тебя прибило к моему берегу. Не просто так мы встретились. Я всегда знал, что просто так ничего не бывает, но эта встреча просто за гранью фантастики.

— Чего?

— Ничего. У меня нет желания тебе рассказывать. Лучше просто покажусь сумасшедшим.

— Из всех психов, которых я уже встретила, вы самый добрый.

Капитан хмыкнул и улыбнулся одной стороной рта.

— Вот тут свернешь налево и прямо до вывески агентства. Они еще работают. Там назовешься, ну, да что я тебя учить буду, сама все знаешь, — Капитан подмигнул мне, — Не знаю увидимся ли еще, но я был рад знакомству Аиша. Ты — молодец, боевая. Как ты Билли уделала, а! — он хлопнул меня по плечу рукой.

— А как вас зовут?

— Я единственный в мире, у которого два имени и ни одно я не использую. Зови меня Капитан, если увидишь. Я ведь и правда — Капитан.

— А как хотя бы ваше судно называется?

— Мария-Мисхора, — Капитан махнул мне рукой и свернул в переулок.

— Как-как? — переспросила я темноту. Мне естественно никто не ответил, теперь была моя очередь столбенеть, что я и сделала. Судно "Мария-Мисхора" это название я точно никогда не забуду. Зато я поняла, почему Капитан так отреагировал на имя Мисхоры. Не часто должно быть капитаны спасают девушек, которые разговаривали с их кораблями.

Глава 14. Агентство "Чистые руки"

Я простояла, глядя в след Капитану очень долго, хотя на улице было совершенно темно. Мне казалось, что он притаился где-то, чтобы спасти, если вдруг будет необходимость. Но опасность, что я медлила и шанс, что Капитан снова появится, был до того ничтожен, что с каждой минутой таял и через пять минут исчез совершенно.

Я повернула в указанном направлении. Меня ласкал свет желтых фонарей, а в голове было легко-легко, мне казалось: вот-вот взлечу. Это, впрочем, не мешало мне терзаться жуткими мрачными предчувствиями, что и тут Аише не повезет.

Агентство и вправду еще работало. Называлось оно странно: "Чистые руки". Я толкнула дверь и попала в теплый чистый холл, где все было кремово-белым. Я тут же почувствовала себя грязнулей, каких свет не видывал.

За столом сидел человек с лошадиным лицом и примерно такой же мимикой.

— Здравствуйте, юноша, — сказал он, приподнимая верхнюю губу так, что были видны его длинные, широкие, желтые зубы. Назвать его волосы прической я не могла, на голове у него была именно грива каштановых волос, заплетенных в косу, в нескольких местах схваченную разноцветными резинками. Это довершало полноценный образ лошади.

— Я — девушка, — сказала я, придавая себе, как можно больше достоинства.