Сергей Ким - Смерть Красной королевы

– Слушай, лис, ты не смотри, что я второй день в себя прихожу – догоню же и оторву все выступающие части организма…

– Вот только угроз не надо. Я, между прочим, для твоего же блага стараюсь… И для своего. Не очень здорово было тащить твою упитанную тушку да ещё и держать отводящий глаза полог.

– Ты охренел?! Это ты МЕНЯ жирной назвал?! Это же моя фишка!!!

– Жирная не жирная, но на суповой набор явно не тянешь, – тяжело вздохнул оборотень. – А, учитывая твой рост, то такая дылда без элементов дистрофии весит уж явно не меньше моего человеческого тела…

– Слушай, я ведь сейчас реально разозлюсь и впаду в неконтролируемый берсерк-режим с разрыванием наглой блохастой твари на семнадцать частей. Для роста в метр семьдесят пять вес в шестьдесят килограммов абсолютно нормален!

– Ага! – азартно воскликнул Песец, на ходу расплываясь жемчужным облаком, превращаясь в человека, и бросаясь к лежащей на подоконнике замызганной общей тетради на пружине. – Данные получены!

Я даже дар речи потеряла, глядя на что-то увлечённо пишущего оборотня. От усердия он аж рот открыл и язык на бок свесил…

– Погоди, я не врубаюсь… Тебе что – мой рост и вес потребовалось узнать?

– Ага, – сосредоточенно пропыхтел лис. – А то я вас, девчонок, слишком хорошо знаю – удавитесь (в твоём случае – удавишь), а не расскажете. Такая прямо вся из себя великая тайна мироздания…

– Идиот! Мог бы просто спросить!

– А ты бы ответила?

– Да!

– Не верю. О, женщины, имя вам – коварство…

– О, песцы! Имя вам – дегенераты! Тебе зачем мой вес, убогий? Считаешь, во сколько обойдётся моя доставка, если посылкой в Гонолулу отправлять? Я бы ещё поняла, если бы ты моим размером груди поинтересовался…

– Второй, – хладнокровно ответил Песец.

– Как определил? – равнодушно произнесла, тихонько спустив ноги с кровати и оценивая расстояние до лиса.

– Догад… Ай!!!

– Как определил? – всё так же равнодушно поинтересовалась, покрывая разделяющее нас с оборотнем расстояние одним прыжком и хватая его за ухо.

– На глаз! Алиса, отпусти – ухо оторвёшь!

– А может всё-таки на ощупь? Ты, помнится, всё говорил об этом… Вот и дошутился, юморист вонючий.

– Это была шутка!

– Я тебе сейчас ректальную тонзиллэктомию сделаю и тоже скажу, что пошутила.

– Рек… Чего?

– Гланды через задницу вырву.

– Алиса, я честный оборотень и никогда бы не воспользовался беспомощностью девушки! – пискнул лис.

– Да ну? – нехорошо улыбнулась я, вдобавок ко всему ещё и захватывая шею оборотня сгибом локтя. – Пока что всё твоё предыдущее поведение работало на совершенно другой образ…

– Мне всегда говорили, что у меня очень паршивое чувство юмора!!!

– Правильно говорили, – кивнула я, слегка оскалилась и… резко отпустила лиса, наваливаясь на него и заглядывая через плечо к нему тетрадь. – Какие-то формулы, уравнения… Что это такое? Тебе понадобилась информация обо мне – это как-то связано?

– А… эээ…

– Не бойся, Алиса ребёнка не обидит… Даже такого, как ты. Считай, что я тебе поверила, поняла и…

– …простила? – с надеждой произнёс Песец, чувствуя, что гроза миновала.

– Перенесла расправу на потом, – безжалостно отрезала я. – Давай, пушистый, колись – что это у тебя за математика?

– Эээ… Это расчёты наилучшей схемы твоих тренировок… Сколько времени нужно проводить в боевом облике, с какой частотой, какая максимально допустимая величина нагрузок в этот период… Обычно, такой кропотливости не требуется – контрактор получает необходимые начальные знания, а дальше уже развивается сам. В твоём случае это, к сожалению, невозможно.

– Почему?

– Твоя сила… Она слишком велика и слишком разрушительна – и для тебя, в том числе. Ты как плохо модернизированная машина для уличных гонок – мощная, но не сбалансированная. Ты выдаёшь скорость, ускорение и манёвренность наравне с лидерами, но в следующий момент твоё тело может пойти вразнос.

– Уговорил, морда, – вздохнула я, потрепав лиса по голове. – Пока не будем охотиться, а будем тренироваться… Но для начала нам всё-таки необходима оперативная база!

С некоторой натугой ключ провернулся в замке, громко лязгнул отодвигаемый язычок, и я потянула на себя тяжёлую дверь. Вошла в маленькую прихожую, следом проскользнул Песец.

Зеркало, вешалка и обшарпанная подставка для обуви. Кстати, разуваемся… Дверь справа. Что за ней? Ага, санузел и ванна… Чистенько, аккуратненько. Впереди ещё одна дверь. Небольшая комнатка – старый письменный стол, пара стульев, комод, шкаф. Так, здесь всё понятно… Что здесь – кухня? Маленькая, аж жуть… Но холодильник, плита и небольшой стол с парой табуреток есть, и то благо.

Ага… А это, нужно понимать, главная комната… Здоровенная двуспальная кровать, комод, шкаф, два кресла, сервант и журнальный столик.

– Превосходно, – победоносно скрестила я руки на груди и плюхнулась в кресло, которое тут же жалобно скрипнуло. – Я нарекаю сие обиталище Базой 221!

– Я так понимаю, что твой выбор не обсуждается… – тяжело вздохнул оборотень, садясь в кресло напротив меня.

– Ты всё верно понимаешь, братик.

– Тогда у меня только одна просьба – хоть как-нибудь аргументируй это!

– А что именно? – уточнила я.

– Всё, – ёмко ответил лис. – Начиная от того, почему именно эта квартира и заканчивая тем, почему именно База 221.

– Ну, тут же всё элементарно, мой дорогой Уотсон! Во-первых, квартира просто неприлично дёшева для обставленного мебелью жилища. Всего сто двадцать местных рублей в месяц (на российские – это где-то двенадцать тысяч будет) – вряд ли где-то можно найти дешевле! Далее. Как я узнала, через дорогу – автобусная остановка, от которой имеется маршрут прямо до моего будущего места учёбы.

– А я думал, что этот твой университет расположен где-то в центре… Это же вроде очень солидное заведение, да? Тогда, почему оно находится на окраине?

– Это не только очень солидное, но ещё и очень масштабное заведение, – пояснила я. – Головные корпуса действительно расположены в центре, но немало их и в остальной части города. Конкретно биологический факультет базируется в получасе езды от нас. Плюс, насчёт окраины ты немного погорячился: на том берегу реки сейчас достраивается Саппоро-Сити – новый местный деловой центр. Если ты ещё не понял, то это дом изначально был бараком для строителей – я такие видела у себя в городе, когда строили завод для сжижения газа. Только у нас в итоге эти бараки элементарно бросили, а здесь, видать, передали в муниципальное владение как бюджетное жильё для бедных.