Байрон Прейс - Последний дракон

Молодая женщина снова взглянула на Ясветра. У них впереди было много времени, и они могли многое изменить. Друг для друга их кровь была достаточно королевской. Подумав так, Керия рассмеялась. Надо же, какие слова лезут ей в голову, так только во дворце разговаривают!

Маленькая девочка, услышав ее смех, подбежала ближе.

— Можно я пойду рядом? — поборов стеснение, спросила она.

Керия оглянулась на короля. Он улыбнулся и, не замедляя шага, наклонился. Подхватив девочку на руки, усадил ее себе на плечо.

— Пойти, вот еще! Зачем идти, когда можно ехать?

Он так и нес ее какое-то время, а потом опустил на землю, и счастливая девчушка убежала. Однако это было большой ошибкой. Другие дети все прекрасно видели, и вскоре Ясветр оказался окружен толпой желающих прокатиться на плечах короля. Ясветр посмотрел на Керию с таким комичным выражением безнадежности на лице, что райанка не могла не присоединиться к хохоту толпы. Так и шли дальше — король подхватывал на ходу одного ребенка за другим, нес на плечах несколько шагов и опускал на землю. Он был сильным человеком, но до возвышения Берона было еще около мили пути, в основном в гору, и Керия снова рассмеялась, когда увидела облегчение в глазах короля при виде лесной поляны.

— Пусть это послужит тебе уроком, — прошептала она, — королю не стоит иметь любимчиков.

Ясветр грустно улыбнулся.

Процессия подошла к возвышению Берона — гигантскому пню, никак не меньше ста футов в радиусе, с перилами по краю. Ступени вели наверх, туда, где перед невысокой сценой полукругом стояли кресла, вырезанные из последних побегов огромного дерева. Вся поверхность пня была покрыта лаком, под слоем которого сверкали в лучах солнца, пробивающихся через густую листву, драгоценные камни.

Толпа зрителей медленно заполнила поляну. Музыканты продолжали играть, а дети — бегать вокруг с криками и визгом, бросая друг в друга мячами или смотря, как тянутся вслед за ними воздушные змеи в форме кораблей. Всадники ветра, выглядевшие торжественно в темной парадной форме, стояли невозмутимой группой несколько обособленно от остальных с таким видом, словно то, о чем они переговаривались, не могло быть доступно простым смертным.

Король Ясветр и принц Кайерт поднялись на сцену, и возбужденный гул толпы сменился тишиной. Бледное лицо принца резко выделялось на фоне глубокой синевы его мундира. Он не смотрел на людей, устремив взгляд в небо из смущения и чувства неловкости.

Ясветр поднялся на возвышение. Он медленно обернулся, глядя на собравшийся народ. Керия восхищенно смотрела на него, отметив, как он величествен в простой одежде без украшений. Раздались приветственные возгласы и аплодисменты. Никто еще не знал, что главным действующим лицом скоро станет не король, а тот, кто спрятался в густой листве дерева, нависающего над сценой.

Ясветр начал говорить, тщательно подбирая слова. В присутствии королевской семьи ему хотелось показать, что за время правления его ораторское искусство существенно улучшилось.

— Мы собрались здесь, чтобы воздать почести Кайерту, принцу Симбалии, — начал король. — В течение пяти лет, с тех пор как не стало его отца Эйлата, принц возглавлял всадников ветра, защитников Симбалии. Братья ветра патрулируют наши берега и границы, они доставляют жизненно важные сообщения по всей стране, так же как и в дальние страны. Без них мы бы остались без средств связи. Они также следят за нашими драгоценными лесами, предупреждая нас о пожарах, наводнениях и других стихийных бедствиях.

Не все члены Семьи чувствовали себя обязанными хранить молчание во время выступления короля.

— Взгляни-ка на Кайерта, — прошептала баронесса Алора мужу, — у него потрясающее самообладание, но он все равно краснеет. Бедный мальчик, его смущает такое внимание!

Барона это, однако, не позабавило.

— Я бы не стал принимать ярость за смущение. Ты слышала, что Ясветр сказал? Он расписал всадников как гонцов и смотрителей за лесами! Я не удивлен, что Кайерт вне себя. Я тоже, будь я главой всадников ветра, на его месте разозлился бы.

С бароном полностью согласился почетный генерал Гиброн.

— Зачем Ясветр так настойчиво подчеркивает эти достоинства всадников, умаляя при этом их стратегическое, военное предназначение?

Король Эфрайон, стоящий прямо перед ними, обернулся и пояснил:

— Мы больше века не сражались. Всадники ветра больше не воины. Мы должны этому радоваться, Гиброн. А Ясветр всего лишь хочет напомнить всем о том, что роль всадников в жизни страны в мирное время по-прежнему огромна.

Барон и генерал Гиброн кивнули, но не похоже было, что они согласились. Леди Эссель, которая внимательно прислушивалась к словам брата, повернулась к дочери.

— Ты с Ясветром, конечно, нередко споришь, но, согласись, он хорошо говорит о Кайерте.

— Он всего лишь втирается в наш круг, как будто умение говорить льстивые речи сделает из рудокопа короля! — прошептала Эвирайя на ухо матери.

— Втирается в наш круг? Ты последнее время все повторяешь за Мезором! — нахмурилась леди Эссель. Принцесса ее уже не слушала, она снова сосредоточилась на том, что происходило на возвышении.

— Награждая принца Кайерта и высоко оценивая его заслуги, — продолжал тем временем Ясветр, — мы отдаем дань уважения постоянным усилиям отважных всадников ветра по поддержанию мира и спокойствия в Симбалии.

Керия, стоящая в первом ряду зрителей, посмотрела по сторонам. Казалось бы, не было никаких причин вглядываться в темную глубину листвы, окружающую платформу, никаких, кроме смутного чувства тревоги, исходящего, как ей казалось, от деревьев. Она помедлила, раздумывая, стоит ли рассказать о своих опасениях, а через минуту было уже поздно. Голос, чуть дрогнувший, но сильный и звонкий, выкрикнул:

— Нет мира и спокойствия в Симбалии!

Все взгляды тотчас устремились к дереву слева от сцены. Человек в коричнево-зеленой одежде сидел на высоком суку, нависающем над возвышением платформы. До того как кто-либо успел пошевельнуться, он швырнул в сторону Ясветра нечто похожее на два серых шара. Король и принц Кайерт инстинктивно отпрыгнули в сторону, когда первый шар, оказавшийся камнем, ударился о лакированную поверхность платформы и покатился, оставляя глубокую царапину. Толпа ахнула. К камню был привязан бечевкой кожаный мешок.

Еще до того, как камень ударился о платформу, несколько стрел, выпущенных стражей, полетели в сторону дерева. Виллен, однако, успел укрыться за стволом.

И одновременно поняв, что предчувствие ее не подвело, Керия метнулась вверх по ступеням, чтобы заслонить любимого от катящегося по деревянной поверхности камня. Если б она только подумала, если б она подождала секунду и успела увидеть, что нечто, привязанное к камню, не было оружием, она бы осталась на месте. Но она не стала ждать.