Татьяна Русуберг - Глаза ворона

— Молодой Мастер знал моего ученика? Какое удивительное совпадение…

— Мой род и род Флеминга связывают древние дружеские узы. Бедные Минги будут сражены, узнав о трагической участи их младшего сына. Тем более будучи лишенными возможности дать его телу достойное погребение. Кстати, а что сталось с телом бедняги?

— Э-э… — Такхейвекх запил ответ большим глотком вина, и Кай живо метнулся к столу с новым кувшином — теперь-то он расслышит все как следует! — Признаться, это мне неизвестно. В последний раз я видел юного Флеминга в Гор-над-Чета, где нам устроили засаду, — пожилой волшебник замялся и пожевал бороду. Судя по выражению его лица, лучше бы он укусил лимон. — Мой мягкосердечный Ар, я почти уверен, что мой ученик мертв, стоит ли подавать его семье ложную надежду…

— Почти?

— Он принял неравный бой, дав своему учителю возможность скрыться с доказательством его теории — не правда ли, деяние, достойное героя? А почему бы вам, благородный Ар, не отправиться в Анклав вместе со мной? Магическое сообщество не избаловано вашими посещениями, да и семья Мингов сейчас нуждается в поддержке…

— Анклав? Собрание глупцов и невежд? — процитировал Мастер Ар своего собеседника. — Увольте, этого добра мне хватает и здесь, — он улыбнулся уголками губ и описал кистью изящный полукруг, по случайности заключавший в себе и собиравшего нагар со свеч Кая. Все еще улыбаясь, хозяин Замка обратил пронзительный взор на белобородого волшебника, отложившего, наконец, вилку в сторону, — Флеминг, конечно, сейчас мертв. Но сама ваша э-э… научная экспедиция. Не ставит ли она под угрозу тайну Анклава? Внезапное появление двух темных магов в сердце Потерянных Земель, похищение, погоня, сражение с сотрудниками СОВБЕЗ — кстати, были жертвы? — не достаточно ли этого, чтобы нарушить сложившийся статус-кво? А если есть все-таки шанс, что Мастер Флеминг был захвачен живым…

— Пустяки, мой мальчик, совершеннейшие пустяки! — Кажется, на старика наконец подействовало вино. Он всплеснул руками и захихикал. — Современная политика Феерианды такова, что СОВБЕЗ попытается скрыть все следы происшедшего, не гнушаясь вмешательством в память возможных свидетелей. И это — независимо от их общественного положения! А ценность моего трофея — как для Анклава, так и для науки — намного превышает возможный (подчеркиваю, возможный!) урон. Что же касается бедного Флеминга, то ведь он связан печатью, как и все мы. Не исключая и моего проницательного хозяина.

Последние слова Мастера Такхейвекха Кай расслышал уж краем уха: как ни хотелось ему задержаться у стола, но кому-то надо было тащить грязные тарелки на кухню, и этот кто-то был, конечно, он сам. «Впрочем, грех жаловаться. Не пожелай Мастер Ар, чтобы сегодня за столом прислуживал именно я, никогда бы мне не услышать ни об Анклаве, ни о Потерянных Землях, ни об „экспедиции“ Такхейвекха. И о похищении! Мастер сказал: „похищение“… — размышлял мальчик, лихорадочно запихивая в нишу измазанную соусом посуду. Ниша в стене была снабжена заклинанием, отправляющим положенное в нее наверху, скажем грязные тарелки, прямо на кухню, а положенное внизу, скажем, новое блюдо, — наверх, в Обеденную Залу. — Интересно, а почему именно сегодня хозяину приспичило видеть меня в качестве виночерпия? Потому что, не разбив чашки и не макнув палец в суп, подать на стол могу только я или Хруч? А тролль слишком занят, гоняя гоблинов по кухне? Или на то была иная причина?»

Наконец прибыл десерт, и Кай устремился к трапезничающим, балансируя полным подносом. Разговор, однако, не стоял на месте и теперь перешел на Замок и личность Мастера Ара.

— И все-таки я не могу понять, — вещал запьяневший Такхейвекх, прицеливаясь ложечкой в сердце яблочного пирога, — как молодой многообещающий маг с блестящей родословной может прозябать в такой глуши? Жить бирюком в окружении монстров: гоблинов, троллей! Чего стоит хотя бы этот урод, которого вы послали мне навстречу! В нем же нет ничего человеческого! И где вы только его — ик! — отколдовали? — Мастера Такхейвекха, очевидно, ничуть не смущало, что упомянутый «урод» стоял тут же, за его правым плечом, подливая в тонкостенную чашку дымящийся черный напиток.

Рука слуги дрогнула вторично за вечер, и немного кофе пролилось на блюдечко, хотя Каю больше всего хотелось вылить его старику за шиворот, причем весь кувшин разом. Он ощутил на себе внимательный, полный иронии взгляд Мастера Ара и быстро отступил в тень: «Еще не хватало, чтобы Мастер читал мои мысли!» Он ожидал, что хозяин поправит гостя — ведь Кай был послан на охоту, а вовсе не навстречу Такхейвекху. Но Мастер Ар промолчал.

— Кстати, по поводу урода, — продолжал, ничего не заметив, старый волшебник. — Во время нашего э-э… небольшого приключения в этом ущелье…

— Ущелье Исполинов, — вежливо подсказал Мастер Ар.

— Да, Исполинов. Удивительное волшебное сооружение, знаете ли, никогда не видел ничего подобного… Так вот, когда э-э… этот ваш провожатый свалился мне буквально на голову, я успел — по неведению — бросить в него разнимающие чары. Результатом этого, как нам обоим известно, должна была стать его немедленная кончина. Нелюдь, однако, — ик! — здравствует и сейчас, — облизнув ложечку, старик помахал ею в воздухе, указывая то ли на Мастера Ара, то ли на переместившегося за его спину Кая. — Интересно, как объяснит этот феномен многомудрый Ар?

Создавалось впечатление, что в пьяном виде Такхейвекх становился агрессивен.

— Возможно, достопочтимый Такхейвекх, не в обиду будет сказано, промазал? — промурлыкал Мастер Ар, прикрыв глаза.

— О, нет! Готов поклясться пламенем! Мое заклинание насквозь пронзило глупого мальчишку, но принесло ему не больше вреда, чем нам — этот невинный яблочный пирог! Кстати, очень нежный бисквит. Никогда бы не подумал, что гоблин способен создать такой кулинарный шедевр — ик!

— Боюсь, вы недооцениваете этих «монстров», Мастер. Кажется, в Анклаве позабыли, что именно эта ошибка была одной из причин поражения в Последних Войнах!

— Да-да… Пресловутый гоблинский вопрос… Ну, у вас, дорогой Ар, на него свой взгляд, а у меня свой, и позвольте мне при нем — ик! — остаться. А что до урода — не поделитесь ли, каким это мощным амулетом вы его снабдили? Признаюсь, не встречал еще ничего, способного рассеять разнимающие чары, да еще на таком близком расстоянии, ик!

— Поделюсь, несомненно, достопочтимый Такхейвекх, когда для этого придет время, — Мастер Ар сделал крохотный глоток из своей чашки, на вид очень довольный собой. — Кстати, а как поживает ваш э-э… «трофей»? Я слышал, он пытался бежать?